Владимир Клименко - Ловцы ветра

– Да-да, – поддержала сестру Памела, чуть более рослая и спокойная. – Нам здесь скучно.

И вызывающе взглянула на Тана.

– Так пойдемте вместе в бассейн, – тут же предложил Бакаль, неумело разделывая порцию омара. – А позже выпьем что-нибудь в баре. В путеводителе сказано, что бассейн – это лучшее из развлечений, которое может предложить «Голубой Голиаф» своим гостям.

Тан в основном помалкивал, но стал оказывать сидящей от него по правую руку Памеле мелкие знаки внимания. Этого оказалось достаточно, чтобы девушки оживились и с обещающим блеском в глазах все смелее стали поглядывать на своих спутников.

Договорились встретиться через час у бассейна, раньше не получалось – всех желающих сразу бассейн вместить не мог, пришлось внести свои фамилии в специальную карту, которая регулировала очередь.

– Сестры Вингшток, – Тан нашел в карте пассажиров фамилию Памелы и Хельги. – Каюта сто шестнадцать. С замком, надеюсь, справлюсь. А ты постарайся, чтобы никто из сестер не вернулся туда раньше времени.

Бакаль мрачно кивнул в ответ, идея проверки со взломом ему явно не нравилась.

– И что будешь искать? -спросил он наконец. – Документы, оружие?

– Еще не знаю. Но что-то ведь делать все равно надо. Бассейн и впрямь относился к одному из лучших аттракционов в арсенале строителей гигантских дирижаблей. Прозрачный куб с водой был подвешен к днищу гондолы, и небольшая его глубина позволяла видеть под собой и белые гребешки пологих волн, и редкие облачка.

– Это потрясающе! – воскликнула Хельга, встречая Бакаля у бортика бассейна. – Но я боюсь входить в воду. Мне кажется, что я могу упасть с этой высоты.

– Хельга у нас очень впечатлительная, – насмешливо сказала Памела, перетягивая длинные волосы шнурком. – Но где же ваш друг?

В купальниках сестры выглядели очень эффектно, это Бакаль отметил сразу.

– Тан сейчас подойдет, – как можно непринужденнее ответил он Памеле. – Все равно он плавает плохо.

– А здесь для хорошего пловца мелковато, – вновь рассмеялась Памела и с шумным плеском первой прыгнула в воду.

Купались весело, как дети брызгая друг на друга водой. Так же оживленно вели себя и остальные посетители. Несколько раз Бакаль нырял с открытыми глазами, и тогда ощущение парения казалось особенно полным. Через полчаса у бассейна появился Тан.

Памела и Хельга приветственно замахали ему руками, а Бакаль выжидательно посмотрел другу в глаза, но по внешнему виду Тана невозможно было определить, удалось ли ему найти что-нибудь в каюте сестер. Мысленный сигнал, посланный Бакалем, также остался без ответа. Приходилось только гадать, как следует себя вести дальше. Впрочем, у самого Тана, похоже, таких сомнений не было. Он шумно присоединился к развлекающейся компании, затем увлек сестер к бару. Потом они все вместе перебрались в небольшую сауну, где Памела и Хельга как истинные скандинавки учили друзей умению расслабляться в горячем воздухе. Потом вновь последовал бассейн.

Улучив момент, Бакаль раздраженно дернул Тана за руку, но получил в ответ такой многозначительный взгляд, что тут же оставил дальнейшие попытки выяснить что-нибудь немедленно.

В сауне сестры сняли купальники, объявив ношение какой-нибудь одежды в этом месте непростительными предрассудками, и продемонстрировали мужчинам свои безукоризненные фигуры, способные украсить страницы любого эротического журнала, но Тан, казалось, не придал этому никакого значения, давая понять Бакалю, что и ему следует оставаться сдержанным.

В баре выпили по коктейлю, а затем Тан предложил угостить сестер шампанским в обзорном зале, куда все и направились сразу после того, как покинули бассейн.

И Памела, и Хельга казались очень возбужденными, резко смеялись каждой незначительной шутке, но сам Тан пил мало и дважды осторожно придерживал руку Бакаля, когда тот пытался допить вино.

Было ясно, что у Тана появилось подтверждение ранее возникших подозрений. С этого момента Бакаль начал контролировать себя и ситуацию с особым вниманием.

То, что Тан старается сестер напоить, не вызывало никакого сомнения. Он вдруг стал очень весел и расточителен, уговорил скандинавок отказаться от дежурного посещения ресторана и заказал ужин к ним в каюту. Причем и предложение, и заказ были сделаны им настолько стремительно и напористо, что у сестер не осталось и минуты на размышление.

– Вы так прелестны, – восклицал он, – что нет сил с вами расстаться ни на мгновение!

Бакаль отметил не свойственный Тану лексикон и старался во всем его поддерживать. Короче, ужин в результате стал напоминать обычную студенческую вечеринку, на которой предпочтение отдается горячительным напиткам, а не закускам.

Когда сестры стали сползать с кресел на пол, стараясь уютнее расположиться на ковре, Тан, с которого Бакаль не спускал теперь глаз, вытащил из кармана какой-то приборчик и сунул его под диванную подушку. Потом попросил у Памелы разрешения отлучиться с другом на одну секунду – он приготовил им сюрприз, а для этого следует сначала кое-что принести.

Сестры захихикали и милостиво отпустили их с обещанием, что это ненадолго. «Мы так будем скучать!»

Бакаль и Тан вышли в коридор.

– Что ты задумал? – спросил Бакаль, едва они остались одни. – Какой сюрприз?

– Тебе возвращаться в каюту необязательно. – Тан, казалось, за дверью начисто стер с лица приклеенную улыбку. – А я зайду через пять минут. Иди к себе, поговорим позже.

– Что ты положил перед уходом на диван?

– Иди, иди, – подтолкнул его в спину Тан.

В своей каюте Бакаль оставался один недолго. Тан пришел почти следом и расслабленно рухнул в кресло, небрежно бросив на стол какой-то приборчик размером с сигаретную пачку.

– Всё, – сказал он незнакомым глухим голосом. – Что всё? – ужаснулся Бакаль. – Ты их убил?

– Этого еще не хватало. Сестры в коме, выйдут из нее примерно через неделю. В это время мы будем уже далеко.

– Давай, рассказывай все подробнее.

– А что тут рассказывать? – Тан сел удобнее, постучал ногтем по приборчику. – Это мнемоаннигилятор. Их собственный, между прочим. Как я понимаю, предназначался для нас. Я его нашел, когда осматривал каюту сестер. Впрочем, они и не сестры вовсе. Вот документы. – Тан вынул из кармана пластиковые карточки агентов Интерпола и положил их рядом с прибором. – Но на дирижабле они зарегистрированы под другими фамилиями. Вот пусть местные детективы и разбираются потом со спецслужбами, это уже не наше дело. А мнемоаннигилятор – довольно противная штучка. Изобретен достаточно недавно. Способен подавлять волю объекта, сильная доза излучения вызывает кому вместе с полной, а если повезет – частичной потерей памяти. Не смертелен, но очень опасен. Пользуются им исключительно агенты спецслужб. Так что сомнений насчет того, кто они такие, едва я нашел прибор, у меня уже не было.