Ларри Нивен - Проект «Барсум»

Он достал плитку, зубами развернул фольгу и принялся жевать.

— А может, поосторожнее с этим? — засомневалась Трианна.

— Не беспокойтесь. Хорошо бы еще найти баночку фруктовой воды.

— Знаете, — внезапно заговорил Орсон, до этого изучающий странное место с пристрастием заправского сыщика, — мне почему-то кажется, что эту картину я уже где-то видел.

— Между прочим, — заметила Шарлей, — эти черепа не очень-то похожи на эскимосские.

С девушкой согласились многие игроки. Если полуистлевшие лохмотья еще можно было назвать традиционной эскимосской одеждой, то черепа несчастных почти не несли на себе характерных монголоидных черт.

Внезапно Эвиана побледнела.

— Что с вами, моя дорогая? — ласково спросил Макс, обняв женщину за плечи.

Эвиана не ответила.

— Не переживайте, ведь это всего лишь игра, — продолжал успокаивать Макс.

Вновь ничего не ответив, Эвиана осторожно высвободилась из объятий мужчины и направилась к Шарлей.

— У нас так и не было возможности поговорить, — произнесла она, глядя на девушку снизу вверх.

— Я знаю, что скоро все закончится, — ответила Шарлей. — И у нас действительно было мало времени. Похоже, вам было хорошо самой с собой.

— Шарлей, — неуверенно начала Эвиана. — Можно вас кое о чем попросить?

— Конечно. Что угодно.

Эвиана улыбнулась, но ее лицо оставалось напряженным.

— Я знаю, что это звучит очень странно, но не могли бы вы хоть немного меня рассмешить. Может, в этой свалке меня ударили по голове? Знаете, небольшая амнезия — и я забыла все человеческое.

— Не знаю, Эвиана, воспринимать ли вас серьезно, — изумилась Шарлей. — Похоже, вы слишком погрузились в эту игру.

— Игру… — повторила Эвиана. — Я только и слышу, как все вокруг рассуждают об этой игре. Я… я хотела бы знать, что вы имели в виду, когда говорили, что я погрязла в игре.

— Не погрязла, а погрузилась. Да, именно в эту игру, — голос Шарлей звучал несколько таинственно. — Вас просто заворожили все эти монстры, эскимосы и кровавые схватки. Но ведь все это — обыкновенная коммерция, грезы, поставленные на конвейер.

«…Грезы, поставленные на конвейер…» Эвиана усмехнулась и внезапно почувствовала облегчение. Многое вдруг стало ясным и понятным: это была всего лишь игра. Шарлей, как и раньше, была ее подругой, а все они сейчас находились в том месте, где, как пирожки, пекутся грезы — в «Парке Грез».

Над удивительным городом опускался туман. Игроки стали поеживаться от холода.

— Мы не расстанемся? — спросила Эвиана.

— Конечно, нет, — заверила Шарлей. — Знаете, если бы не вы, я бы так и не узнала, что значит по-настоящему провести отпуск.

Массивные руины и опустившиеся на город сумерки спрятали игроков от чужих глаз, но Максу от этого было не легче. Они потеряли двух товарищей, и этот факт больно терзал душу Макса Сэндса. Последние ли это жертвы?

Город-призрак был, похоже, разрушен сильным землетрясением. Большие и малые каменные блоки, груды щебня и строительного мусора валялись по всему городу, но наиболее разрушенной оказалась центральная часть, подступы к цитадели.

Макс стоял на возвышении, где два больших каменных блока соединялись в верхней части, образуя нечто пункта наблюдения. Отсюда отлично просматривалось логово каббалистов. Неподалеку уродливо торчали разломанные статуи, изображающие странных отвратительных существ.

Прошло немного времени, и на месте недавней схватки послышалось оживление. Зазвучали уже знакомые гортанные вопли — перебранка монстров. Неожиданно воздух прорезали человеческие крики.

К Максу, стараясь ступать как можно тише, подобрался Джонни Уэлш.

— Это Робин, — убежденно сказал Джонни. — Черт возьми, что они там с ним делают? Мы должны, просто обязаны помочь Робину.

Появившийся Йорнелл согласился с Уэлшем.

— Посмотрите, над их логовом вьется легкий дымок. Очевидно, это вентиляционная труба. Давайте попробуем взобраться на здание и воспользоваться этой трубой.

— Только надо быть крайне осторожными. Как бы наши действия не навредили Робину, — предупредил Макс.

Все трое вернулись к основной группе игроков.

— У нас есть план, — доложил Йорнелл. — Мы хотим перебраться на ту сторону, к дому, и попытаться освободить Робина. Добровольцы есть?

Первой подняла руку Шарлей, затем Пегас, а после него Макс. Не захотела оставаться в стороне и Эвиана.

— Наш план таков, — начал Йорнелл. — По всей видимости, Робина Боулза держат вон в том доме, над которым вьется дым. Значит, в дом можно проникнуть через трубу. Если не проникнуть, то хотя бы узнать, что там происходит. Разделимся на две группы. Кстати, потребуются некоторые альпинистские навыки, — предупредил гвардеец и продолжил: — Обе группы должны идти окружным путем одновременно. При этом необходимо находиться в поле зрения друг друга. Как только мы переберемся на ту сторону…

Продолжая объяснять, Йорнелл стал рисовать прямо на земле.

«Я здесь раньше была… Я…» У Эвианы закружилась голова, и если бы не Макс, на руку которого она оперлась, она бы не удержалась на ногах.

Путь игроков лежал через массивные камни с пиктограммами и иероглифами. Взобравшись на высокое место, Эвиана смогла их рассмотреть. Это были настоящие жанровые сценки, вырезанные из камня.

К Эвиане присоединилась Трианна, и они не могли оторвать от рисунков восхищенных; взглядов, чем задержали остальных игроков.

— Пойдемте, милые женщины, — подстегнул их Макс. — Комиксы будем рассматривать позднее.

Эвиана перебралась на другую сторону плоского камня и глянула вниз. До логова каббалистов и конечной цели их миссии было рукой подать.

Вопли амартоков стали громче, и в этой какофонии все отчетливее слышался голос бедного Робина Боулза.

Эвиана схватилась за голову; в ее памяти всплыли сцены, одна ужаснее другой. И иероглифы с пиктограммами… Она уже видела изображенных существ, огромных, похожих на осьминогов и издающих невообразимо громкий клекот, который невозможно перевести на нормальный человеческий язык.

— С вами все в порядке? — встревожилась Трианна.

Эвиана открыла глаза и посмотрела на спутницу. Неужели и эта женщина погибнет? Сейчас они пытаются спасти Робина Боулза, но Эвиана чувствовала, что все уже слишком поздно. А Трианна? Должна ли умереть она? Эвиана вглядывалась в лицо женщины, пытаясь прислушаться к собственному внутреннему голосу и голосу Мишель Старджен.

— Что вы на меня так смотрите? — испугалась Трианна.

— Просто я подумала, что сейчас всему конец, а мы с вами так толком и не поговорили, — солгала Эвиана. — Я вас совершенно не знаю.