Билл Болдуин - Приз (Рулевой - 3)

- Куда ехать, Анна? - спросил он, глядя вперед, потому что не смел посмотреть на нее. - Мы получили столько приглашений, что и за месяц не разгребешься - как всегда, впрочем.

В ее голосе, когда она наконец ответила, неожиданно прозвучала меланхолия.

- Даже не знаю, Вилф. Каждое из них кажется чем-то вроде повестки особенно для свежеиспеченного лейтенанта-коммандера.

- Будь моя воля, - грустно молвил Брим, - я бы лучше остался с тобой здесь, на стоянке. В этом году мы провели уйму времени вместе - но спорить могу, что наедине мы пробыли каких-то полметацикла.

Она кивнула, глядя в запорошенное снегом окно, как разъезжаются запоздавшие гости и мерцают огни за пеленой снегопада.

- Неужели они все живут в таком темпе? - задумчиво произнесла она и повернулась к Бриму. - Ты правда хочешь посидеть со мной на стоянке, вместо того чтобы ехать куда-то?

- Да. Хочу.

- Несмотря на то что для вашей карьеры полезно как можно больше бывать в свете, коммандер?

- Ты, Анна, давно уже стала самым важным для меня.

Внимательно изучив его лицо в темноте, она как будто пришла к какому-то решению.

- Вилф, - без дальнейших предисловий сказала она. - Я хочу тебя с той самой ночи в "Шеррингтоне" - когда я оробела, как дура, и не позволила тебе меня поцеловать. И я думаю, что ты тоже меня хочешь. Но с тех пор мне никак не удается заинтересовать тебя снова. Даже когда я задираю юбку выше некуда. Она резким движением села поглубже, приподняв бедра. - Ну, - сказала она, на этот раз задрав юбку до самой талии, - если уж и это тебя не проймет, то я сдаюсь. - Под платьем у нее не было белья, и темный треугольник волос четко выделялся на молочно-белой коже. Вдоль левого бедра тянулся коричневый шрам.

У Брима перехватило горло.

- В-великая Вселенная, Анна, - прошептал он хрипло, обнимая ее, - каким же я был дураком!

- Это я была дурой. - Она прерывисто вздохнула, когда его холодная рука осторожно коснулась ее между ног, - но я так боялась тебя потерять, что...

Не дав ей договорить, он накрыл ее дрожащие губы своими, и они задохнулись в долгом поцелуе, пока он торопливо стаскивал с себя брюки. Он каким-то образом оказался на месте Анны, а она - у него на коленях, и ее карие глаза смотрели ему в самую душу - как год назад на Лайсе.

- Ты скоро поймешь, что не первый, - задумчиво шепнула она, - но до тебя я никого не любила, правда.

Брим хотел ответить, но она приложила палец к его губам.

- После. Теперь только это... - Она направила его и опустилась пониже, охватив его кольцом влажной, набухшей плоти. - Сделай это, Вилф, - выдохнула она. - Скорее!

***

Она осталась у него на коленях, лаская его губами и языком, и после того, как их судорожные вздохи утихли. Наконец она глубоко вздохнула, положила руки ему на плечи, покрытые флотским плащом, и заглянула в глаза.

- Вилф Брим, я боюсь, что влюбилась в тебя по уши, и теперь не знаю, как с этим быть.

- Ты серьезно? - нахмурился он. - Ты правда в меня влюблена?

Она тихо засмеялась, оглядывая свою пришедшую в беспорядок одежду.

- Не думаешь ли ты, что я всем и каждому показываюсь в таком виде? - Она закатала безнадежно испорченную юбку еще выше. - Я говорю и о шраме. Это он причина хромоты, в которой я никогда не сознаюсь.

- Это прекрасный шрам, - прошептал Брим, - и в чем бы он там ни провинился, он делает твою походку невероятно сексуальной. Видишь ли, Анна, вздохнул он, лаская ее твердые соски, торчащие из выреза открытого, без бретелек, платья, - я ведь тоже в тебя влюблен. Причем давно уже.

- Ты? - ахнула она. - В меня?

- А что тут такого удивительного?

- Не знаю. - Она нахмурилась каким-то своим мыслям. - До этого самого момента мне это казалось очень даже удивительным. Ну что я могу предложить герою войны, к тому же первому пилоту ИЗО? Тебя ведь вся галактика знает. Говорят даже, что у тебя был роман с самой Марго Эффервик. А я всего лишь рабочая лошадка, к тому же хромая. Весьма состоятельная, не спорю, но все-таки рабочая. - На миг ее счастливое лицо омрачилось. - Я всю жизнь только и знаю, что работаю. Вот я сегодня и подумала: может, он хоть раз займется со мной любовью, прежде чем вернется на свой Флот и забудет обо мне.

Брим недоверчиво покачал головой.

- Забыть о тебе? Выходит, мы оба заблуждались, Анна, потому что примерно то же самое я чувствовал к тебе. Я боялся, что окажусь тебе не нужен - ведь ты такая удачливая и влиятельная особа.

- Может, теперь я и такая, Вилф Брим, но когда я начинала, то была бедна, как уличная попрошайка. Взять хоть эту хромоту: ребенком я совсем не могла ходить. Специальный аппарат вполне мог бы исправить мой дефект, но у родителей не было денег на такое дорогое лечение. Поэтому моя мать обратилась к местному коновалу - и он сравнительно неплохо справился. Теперь я хожу - и даже прилично, раз ты находишь мою походку сексуальной. Но когда у меня наконец появились деньги на операцию, то не стало ни времени, ни охоты. Я научилась с этим жить. Вилф, милый, мне пришлось с боем добывать все, что я имею. Я ведь никто.

- Для меня ты очень даже "кто", Анна Романова. А я, как только мы познакомились, стал бояться, что ты не захочешь иметь со мной дела. Если для тебя Марго Эффервик - это величина, каково мне было сравнивать себя с Виверном Дж. Теобольдом? Ликсор куда фешенебельнее, чем Карескрия.

Анна со вздохом опустила глаза на его руки, все еще ласкающие ее грудь.

- Может быть, мне не следует сознаваться в этом, но фешенебельный мистер Теобольд из Ликсора так и не продвинулся дальше того, чем ты сейчас занимаешься. Он, конечно, мужчина сексуальный, но я его не люблю.

- Бедняга, - сочувственно сказал Брим. - Как много он потерял.

- Зато я нашла, - весело хихикнула она. - И твои умелые руки вызвали у меня желание повторить все сначала, Вилф Брим. - Она легонько поцеловала его в губы. - Раз уж мы правда любим друг друга, у нас будет еще тысяча возможностей прояснить наши отношения. Но этой ночью - вернее, утром, - меня занимает одно: добрый, основательный, старомодный секс. - Она поправила лиф платья и приподнялась с его колен. - Вот что, любимый: если ты переместишься на место водителя и натянешь штаны, я покажу тебе место, где мы сможем продолжить свои порочные игрища с удобством, лежа в постели, чтобы я не стукалась головой о потолок. Как тебе эта идея?

Брим только засмеялся, передвигаясь к рулю.

- Разве это не ответ, моя прекрасная леди? - спросил он, указывая вниз. Я поеду куда угодно, лишь бы предаться с тобой пороку.

- В таком случае поторопимся, - радостно улыбнулась она. - Если Военный Мемориал действительно функционирует каждый день и стоянка скоро начнет заполняться, неудобно будет, когда нас застанут здесь в разгаре нашего "пророчества". Меня давно уже никто не обрабатывал так, как ты, Вилф Брим, и я даже не начала насыщаться.