Владимир Контровский - Заданное значение судьбы

"Да, - подумал Диего-Рой, - похоже, только мы с Мерседес имеем двойную память, а для всех остальных обитателей этой Реальности никаких других Реальностей нет, и никогда не было".

Волна наступления катилась на север.

Флот ведунов высадил десант в Барранкилье, не встретив сопротивления, а затем там же высадилась и вся армия северян. Отряды ортов Катакомб подошли туда по Магдалене, мимо дышащих смертью развалин Пуэбло-дель-Рио, и союзники двинулись к Панамскому каналу. Над войсками непрерывно висели эскадрильи боевых летателей - все попытки элов атаковать противника крылатыми ракетами были отражены. Орбитальные станции русичей фиксировали точки пусков, и уже через несколько секунд после старта ракеты сгорали в воздухе, рассыпаясь безвредным пеплом. Три базы Хозяев на перешейке - одна до линии канала и две за ней - были взяты с ходу и почти без потерь, хотя штампы дрались упорно и ожесточённо: похоже, лорды отключили даже тот минимальный инстинкт самосохранения, которым изначально обладали биороботы.

Одновременно ифриты высадились на восточном побережье Северной Америки, а даосы - на западном. Военный флот элов погиб в коротких и яростных прибрежных боях - несколько субмарин, пытавшихся затаиться на глубине, были найдены и уничтожены Детьми Моря. Союзные армии наступали на Город с трёх сторон, тщательно очищая материк и гася очаги сопротивления. Восточные орты отвергли план нанесения по Городу ядерного удара: расчёты и данные разведки показали, что для сокрушения силового поля Города потребуется взрыв мощностью около гигатонны, а такой взрыв мог привести к непредсказуемым последствиям - вплоть до разрушения земной коры или цепной реакции всего водорода в океанах планеты, не говоря уже о сильнейшем радиоактивном заражении атмосферы и её загрязнении миллионами тонн пепла и пыли. И поэтому орты наступали по суше, взяв Город в широкое, но неумолимо сужающееся кольцо. Элы привыкли воевать на чужой земле - теперь война пришла в их собственный дом.

Но по мере приближения союзников к Городу сопротивление Хозяев усиливалось, и наступление замедлялось. Равнодушные к своей жизни солдаты-клоны сражались до конца, цепляясь за каждый городок, который приходилось брать с бою. Рвались атомные мины-ловушки, нанося ортам ощутимые потери, - от Адского Огня не могла полностью защитить ни техника, ни магия. Телепортаторы забрасывали в тылы наступающих диверсионные группы, для ликвидации которых приходилось выделять значительные силы, снижая темп наступления. Мобильные части штампов переходили в контратаки - глайдеры горели вместе с экипажами, но задерживали ортов на часы, а иногда и на сутки. И даже несовершенные, ютившиеся в подземных коммуникациях бывших городов, слепо бросались прямо под смертоносную боевую магию восточных пришельцев.

Судьба этих несчастных - последних реликтов ушедшего времени, ещё хранящих в памяти предания о былом величии, - была особенно трагичной. Идентификационные чипы служили также и коммуникаторами - люди зомбировались трансляторами Города. Ифриты, даосы и ведуны представали в их воспалённом воображении отвратительными монстрами, пришедшими пожрать живьём женщин и детей, и люди бросались на них с ножами, камнями или просто с голыми руками. И умирали сотнями, потому что из-за их спин в ортов стреляли гремлины, использовавшие несовершенных в качестве живого щита. Их старались брать в плен, но даже парализующая магия не могла стереть выражение ужаса с лиц пленных - люди ждали, что их потащат на алтари кровавых восточных богов или в мрачные лаборатории для чудовищных генетических экспериментов, не подозревая, что самый страшный эксперимент, начатый тысячелетия назад, над ними уже проведён…

И всё-таки кольцо сжималось. Вожди ортов не могли понять, почему элы не пускают в ход атомное оружие - ведь война проиграна. Чэнхошан и Джафар полагали, что Хозяева намерены нанести последний массированный удар всеми оставшимися в их распоряжении Адскими Зёрнами в упор, когда армии союзников подойдут к Городу; Всеслав считал, что элы, как в своё время главари Третьего Рейха, надеются на некое секретное оружие, спешно создаваемое в Гнезде Зла, - кое-какие сведения об аннигиляторах дошли до северных князей. К сожалению, проверить эти сведения не представлялось возможным: Город закутался в силовую и магическую броню. Хозяева привели в порядок и гоуст-защиту - Наташу сильно обожгло, когда она попыталась проникнуть в Город в фантомном обличии, и после этого Всеслав запретил жене повторять такие попытки. Орты прикрыли свои города, готовые отразить последний удар агонизирующего зверя, но шли и шли вперёд, чтобы раздавить змею в её гнезде. И дошли - через два месяца после того, как был потоплен "Карфаген".

…Мать-Ведунья Муэт увидела Город одной из первых. Магия воинов Осо оставила чёрный выжженный кратер на месте последнего опорного пункта штампов на подступах к Городу, и разведка донесла: путь свободен - впереди нет ни засад, ни атомных мин.

Орта увидел исполинскую каменную гору, лишённую какой-либо растительности. И ещё она увидела - магическим зрением - то, что скрывалось под пластами камня. Её взору предстал чёрный купол - точно такой же, какой увидел алый эск Эндар пятнадцать тысяч лет назад на другом конце Вселенной, в Пограничном Мире.[18] Вероятно, на самом деле защитный металлосинтетический купол Города, спрятанный под каменной оболочкой и прикрывавший подземную часть Гнезда Зла, выглядел несколько иначе, но Муэт увидела его именно таким. И ещё она почувствовала, какая мощь вложена в энергополе Города: если бы вся эта энергия была направлена на разрушение, то на сотни километров вокруг этой мёртвой горы осталась бы раскалённая безжизненная пустыня. Но магиня ощутила и другую мощь, собиравшуюся за её спиной, - могучую Силу десятков тысяч ведунов, ифритов, даосов и ортов племени гор.

"Delenda est Город Хозяев…" - прошептала Муэт.

ГЛАВА ШЕСТАЯ. ВРЕМЯ ПЛАТИТЬ ДОЛГИ

– Они сильнее, чем мы предполагали, - мрачно сказал Чэнхошан.

"Он прав" - подумал Всеслав, глядя на бурое облако, клубившееся над Городом.

Дым понемногу рассеивался, пыль оседала, и сквозь редеющую тёмную завесу уже проступили очертания мёртвой горы - каменной шапки Гнезда Зла. Гора была словно облита толстым слоем глазури, сгладившим все выступы и неровности, - энергоразряды сплавили камень в однородную массу. От мёртвой горы ощутимо веяло жаром - это чувствовалось даже на расстоянии пятнадцати километров; кое-где у её подножия тягуче струились потоки раскалённой лавы, светящиеся тускло-вишнёвым. Скатившись по склонам, лавовые реки теряли свой разбег и постепенно остывали, заполняя многочисленные трещины, изрезавшие истерзанную огнём землю. Но самые глубокие шрамы лава затянуть не могла - они были слишком глубоки. Эти рубцы длиной в милю оставили ответные удары осаждённых - Город плевался пламенем, словно дракон, обороняющий свою пещеру. И всё это - и стекловидная корка, и шрамы-ущелья, и ручьи расплавленного камня, - было результатом высвобождения всего лишь малой толики энергии, пущенной в ход обеими сторонами: основная её часть взаимокомпенсировалась. Если бы не защитное силовое поле, от Гнезда Зла со всеми его обитателями давно осталась бы гигантская - в километр глубиной - воронка, выжженная в земной коре. Однако Хозяева действительно оказались сильнее, чем считали союзники, - они выдержали шесть сильнейших энергетических атак и сумели нанести ортам чувствительные потери, накрывая боевые порядки осаждающих мощными и точно нацеленными ответными энерговыбросами.