Инна Зинченко - Превратности судьбы и недоразумения

— Вот! — Я торжественно выложила то, что осталось.

— Что это? — Удивлённо спросил Соф.

— Понятия не имею. — Легкомысленно ответила я. — Тирто называет это «штучками». Но это не главное.

Все напряглись. Только Ари сосредоточенно рассматривала маленькую капсулу с золотистым светящимся порошком.

— Ари, — обратилась я к ней, — отложи это на потом. Сейчас лично для тебя будет очень интересная новость! — Торжественно объявила я.

Ари неохотно отвлеклась от изучения таинственной капсулы. Она разве что на зуб её не пробовала. То, что я обратилась к ней лично, её насторожило.

— Мы нашли дракона! — Торжественно объявила я, внимательно наблюдая за её реакцией. Как ни странно, она вообще никак не отреагировала.

— Ари, этот дракон с Шакты, возможно, даже твой далёкий родственник.

То, что последовало за этим моим заявлением трудно описать словами. Ари и Соф, которые знают о драконах не понаслышке и лично встречались с этими удивительными созданиями, замерли, как будто в них кончилось горючее. По их глазам я поняла, что они не очень-то мне верят, а зря.

Перебивая друг друга, мы с Тирто очень красочно поведали всем нашу душераздирающую историю. Я даже позволила себе немного приврать на тему, как же я страдала под проливным дождём, ожидая нападения чудовища. Этот момент я описывала особенно тщательно, надеясь, что мои друзья наконец-то проявят милосердие и, хотя бы просто посочувствуют мне. Куда там!

— Точно с Шакты? — Засомневалась Ари.

— Точно. Вылитый Князь. Но, поскольку этот мерзавец отдал Богу душу, его можно исключить.

— Как он сюда попал? Они и на Шабаре — то почти не встречаются?! — Всё ещё сомневалась Ари.

Я начала выходить из себя. Им хорошо, они чистые и сухие, могут себе позволить тянуть резину сколько угодно, а я могу вообще заболеть!

— Я не знаю, как он сюда попал, понятия не имею. Одно могу сказать, что случилось это лет так сорок тысяч назад. Не знаю даже настоящий он или только клон. И не спрашивайте меня о том, почему гело решили его законсервировать! Я не могу ответить вам на эти вопросы. Единственное, что могу сказать точно, так это то, что эта тварь — вылитый дракон с Шакты в его человеческой ипостаси. Вот!

Наконец-то подала признаки жизни Икко. Она поднялась и вышла на середину. Вид у неё при этом был странный. Губы дрожали, в глазах стояли слёзы.

— Значит, это всё правда! — Воскликнула она. — Эти существа действительно есть!

— Ещё как есть. — Ответила я. — А в чём дело?

— Я знаю лишь то, что гело их очень боялись, но мне всегда казалось, что все рассказы о них — вымысел.

— Сказка ложь, да в ней намёк. — Сказала я. — А откуда ты знаешь, чего боялись гело?

Всё-таки я не очень сообразительная. Ведь она сама мне рассказывала о том, что училась в этом их «храме» и знает больше, чем говорит. Где же нелёгкая носит Счастливчика?! У меня для него столько поручений!

— Всё! — Закричал вдруг Ирф. — Мне здесь надоело! Мы ничего не сможем решить. Пусть посылают кого-нибудь поумней! Мы не успеваем ответить на один вопрос, как тут же на нас сваливается целая куча новых. Так нельзя! Я покидаю это треклятый мир!

Я кровожадно усмехнулась. Ну-ну, мне очень интересно, как он собирается это сделать? Забыл, что ли, о Тирто?

Ари нервно ходила по берлоге и что-то шептала. Она не замечала ничего вокруг. Мне с трудом удалось завладеть её вниманием.

— У меня накопилась целая куча вопросов. — Заявила я.

Меня никто не слушал. И тогда в разговор рискнул вмешаться Арки. Он прыгнул и приземлился прямо перед Ари.

— Ты, что, глухая? — Гневно крикнул он. — Слушай, что мама говорит.

Мама? Это что-то интересное! Я поймала на себе заинтересованный взгляд Тирто, он, словно изучал мою реакцию на выходку нашего "сына полка". А какая может быть реакция? Я смутилась, но промолчала. Просто потому, что не знала, что сказать. Но Ари остановилась.

— А? Что? — Растерянно спросила она, словно только что проснулась.

— Во-первых: надо нам выяснить, настоящий это дракон или пустышка? — Начала я. — Во-вторых: Если это пустышка, то зачем он гело? В-третьих: если дракон настоящий, то, как он сюда попал, и почему его законсервировали? В четвёртых: надо узнать, что это за «штучки»?

Я хотела продолжить, но меня перебил Соф:

— Пока этого достаточно! Кто-то должен отправиться на Базу.

Кто-то — это Счастливчик. Где же он запропастился?! Смог ли узнать что-нибудь из того, что я ему поручила? Теперь без него нам никак не обойтись. Меня охватила непонятная тревога, а, что, если с ним случилось что-то плохое? Я всегда была уверена, что уж с кем, с кем, а с ним-то ничего плохого произойти не может и всё же… Тирто тоже не спокоен, он успел полюбить маленькую ящерицу — учуял родственную душу.

— Ребят, а Счастливчик не появлялся? — Спросила я, старательно скрывая тревогу. Никто их ребят не знал, куда я его послала и зачем.

— Нет. Запропастился куда-то. — Ответил Соф. — Счастливчик — существо непредсказуемое. Должен скоро появиться.

Да уж давно должен! Где его носит?

— Я ухожу! — Сказала Икко. — помни, девочка, я всегда готова тебе помочь. — Это она сказала как-то очень уж многозначительно.

В этот момент я услышала шелестенье крыльев и знакомое стрекотание. Слава Богу! С ним всё в порядке! Счастливчик вернулся! Теперь начинается самая интересная часть разговора и хорошо, что Икко ушла — некоторые вопросы решать при ней невозможно, хотя эта старушка, по-моему, уже давно всё знает, только молчит почему-то. Вопрос: почему?

Глава 23

Он порхал вокруг моей головы и щебетал:

— Здравствуй, красунечка! Я всё сделал, я — молодец, да? Вот что я раздобыл!

Мне на руку падает хрупкая веточка с мелкими сероватыми плодами. Ломать голову над тем, что это такое мне не пришлось — вот она виновница всех бед гело! Именно эта безобидная на вид травка убила таинственный народ. Я просила Счастливчика найти страшное растение. Теперь ему надо отправляться на Базу и выяснить всё, что только возможно об этой веточке. Ему много чего предстоит сделать!

Ночью разразилась буря. Я всё ждала, когда явится «пустышка» и начнёт завывать. Не дождалась. Ничего, кроме шума ветра и грохота грома. И что-то такая тоска на меня навалилась, что захотелось завыть вместо пустышки. Глубокая, как омут, вязкая, как сироп, непроходимая, как трясина безнадёга! Хотелось поскорее уснуть, но сон где-то заблудился. Я слушала, как сопят во сне мои друзья, и завидовала им серой завистью: то есть я не желала им ничего плохого, просто очень уж хотелось, чтобы хоть кто-нибудь проснулся и разделил со мной эту мутную тоску. Да, я добрая, но и у такого совершенного существа, как я, могут быть небольшие слабости. Я грустно улыбнулась сама себе. Лежала в темноте и накручивала от нечего делать на палец прядь волос — привычка ещё с детства, иногда это меня успокаивает. Мы никогда отсюда не выберемся. Нас сожрут кипары, морские Охотники или какая-нибудь другая местная мерзость. Но, даже, если этого и не произойдёт, то всё равно ничего хорошего нам ждать не приходится. Никогда ещё нам не попадалось более сложного задания! Я вспомнила все свои приключения. Даже погибшая Хрифа казалась мне сейчас детской забавой.