Джек Чалкер - В поисках Колодца Душ

– Мы много лет вместе работали на ферме, – добавила Вули. – Замечательное было время. Родили девять детей и дали им хорошее образование. Они всего добились самостоятельно – пошли в политику, космический флот, полицию Конфедерации – такой вот уровень. Почти все покинули мир Харвича, но одна осталась.

Дата кивнула:

– Наша дочь Вашура. Чертовски умная и красивая женщина. Она стала сенатором округа и могла бы быть канцлером, если бы захотела. А Калли и я сделали одно омоложение, довольно удачно, по-моему, продали ферму и вместе покинули нашу планету. В полиции Конфедерации нам предложили заняться расследованием дел, связанных с наркобизнесом. Работа была интересная, но по мере того как мы старели, приходилось все труднее и труднее. Наконец мы встали перед выбором – либо пенсия, либо новое омоложение и очередная частичная потеря памяти. Нас обоих больше устраивало первое – у Вашуры возникли проблемы с комами, которые захотели наложить лапу на мир Харвича, и надо было ей хоть как-то помочь. Вначале у комов не было никаких шансов, однако внезапно они заполучили ключевые посты в правительстве. Мы точно знали, что за всем этим стоит наркобизнес, но ничего не смогли доказать. Наконец настал день, когда мы поняли, что все кончено, и решили убраться подальше. Это было выше человеческих сил – наблюдать, как мир, в который ты вложил столько труда и нервов, превращается в гнездо бездушных механических насекомых.

– А как же ваша дочь? – спросил Ренар.

– Мы до последнего часа пытались убедить ее бежать вместе с нами, – ответила ему якса. – Но Вашура заупрямилась. Она считала, что может противостоять комам. А когда убедилась, что все это бесполезно, было уже слишком поздно. На наши плечи легла забота о внуках. И перед тем как отправиться в Мир Колодца, мы использовали все связи, знакомства и уловки старых должников, чтобы связаться с Натаном Бразилом.

– И вам это удалось? – удивленно спросил аджитар. – Бразил действительно вернулся в нашу Галактику?

Вистару кивнула:

– Конечно. Он пообещал вытащить всех наших внуков, если это еще возможно и если их родители не будут возражать. Но ему удалось спасти только Мавру. – Последние слова лата произнесла с невыразимой печалью.

– А этот Бразил, когда вы его нашли – почти через двести лет, – как он выглядел? – спросил Бен Юлин, искренне заинтересованный.

– Точно так же, – ответила якса. – Ни капельки не изменился, никаких признаков старения. Мне кажется, он так выглядел всегда.

– Интересно, почему он решил жить именно среди нас? – размышлял вслух Ренар. – Неужели из-за наших прекрасных глаз.

– Он участвовал в создании Глатриэля, – объяснила Вули. – Это была не его идея, но он стал, так сказать, исполнителем. Он организовал переброску людей на Старую Землю. Но в отличие от собратьев не стал радикально изменять свое природное естество и так и остался марковианином.

Минотавр кивнул:

– Понятно, линия времени. Когда мы с Зиндером построили Оби, мы узнали об этом. Вся Вселенная представляет собой стабилизированные энергетические поля. В зависимости от того, как эта энергия трансформируется и распределяется, образуются различные материальные формы, и Колодец – или, на более скромном уровне, Оби – стабилизирует их. Тот, кто умеет управлять процессом, может не только изменять реальность, но и создавать нечто новое. Причем окружающие будут воспринимать перемены как что-то само собой разумеющееся. Так, с помощью Оби мы превратили женщину в кентавра задолго до того, как услышали о Диллии, и, естественно, после трансформации все помнили ее как кентавра. Появилась логическая причина того, что она кентавр с самого рождения. Аналогичным образом марковиане создали Вселенную.

– В общем, дело ясное, что дело темное, – сказал Ренар.

Юлин пожал плечами:

– Затем, по желанию Трелига, мы обработали его гостей – посланцев Совета Конфедерации. В результате они все получили лошадиные хвосты – предполагалось, что это будет наглядным примером наших возможностей. А могли мы ни много ни мало изменить базовое уравнение стабильности любого объекта. Как марковиане, человеческий облик Бразил получал, изменяя свое собственное базовое уравнение. И только в Колодце он принимал свой нормальный вид. Интересно, он единственный марковианин, который вытворяет подобные штуки?

Вопрос повис в воздухе. Никто не хотел обсуждать подобные проблемы.

Ренар посмотрел на Мавру.

– Какого черта вы ее покинули? – зло спросил он Вистару и Вули. – Почему вы не остались с ней, чтобы вырастить и воспитать?

По этому поводу долгожители, естественно, испытывали определенные угрызения совести, но среагировали они совершенно по-человечески – стали нападать в ответ.

– А почему ты покинул ее в Глатриэле? – возмущенно воскликнула Вистару. – Сколько визитов ты нанес ей за двадцать два года? В конце концов, я ничего не знала до тех пор, пока Ортега не открыл мне глаза. А ты-то обязан ей жизнью. Так-то ты отдаешь долги!

Аджитар начал было оправдываться, но понял, что она права.

– Нас всех можно упрекнуть, правда? – сказал он покорно.

– Когда яксы решили уничтожить Мавру, – продолжила Вули, – Ортега рассказал мне ее историю, чтобы заручиться моей поддержкой, и мне каждый раз удавалось вовремя вмешаться. Поэтому именно меня в конце концов послали на ее поиски. – Ее блестящая черная голова повернулась к Вистару. – Что же касается тебя, то я долгое время ни о чем не догадывалась. Но пару лет назад Ортега случайно проболтался, а я сделала соответствующие выводы.

– Насколько я помню, Натан Бразил предусмотрел, что Колодец обязательно вызовет его, если детищу марковиан будет грозить какая-нибудь опасность, – заметила лата. – Почему же он не появился, когда сюда были перенесены Новые Помпеи?

– Могу объяснить, – ответил Бен Юлин. – Марковиане надеялись, что когда-нибудь одна из созданных ими рас научится преображать Вселенную так же, как они сами. Тогда Колодец перенесет их к себе и получит новые инструкции – произойдет, так сказать, смена руководства. Так вот, сейчас Колодец просто ждет, что Оби или его операторы заговорят с ним. С таким же успехом можно ждать, что мартышка начнет цитировать Коран. Марковиане сделали серьезный промах. Мы слишком рано расшифровали их формулы. Наши компьютеры не в состоянии усвоить исходную информацию, не то что разговаривать с Колодцем. Оби не хочет даже попробовать, и его можно понять. Что, если он неверно подаст команду и уничтожит все человечество?

Эта речь подействовала на всех отрезвляюще. – Ты все время говоришь о компьютере, как о живом человеке, – отметила Вули. – Почему? Юлин усмехнулся.