Скотт Вестерфельд - Особенная

«И быть может, снова попытаться, — подумала она. — И уже другая».

Тэлли еще немного постояла у разбитого окна, силясь представить лицо Зейна.

— В конце концов, что с нами могут сделать уж такого ужасного, Шэй-ла? Снова превратят в пустоголовых красоток? — пробормотала она. — Может быть, это не так уж плохо…

Шэй молчала, но через скинтенну Тэлли услышала негромкое ритмичное попискивание.

— Шэй? Что это за звук?

— Тэлли, тебе лучше спуститься сюда. Палата номер триста сорок, — ответила Шэй скованно и встревоженно.

Тэлли отвернулась от окна и быстро прошагала по осколкам разбитых горшков и сломанным цветам к двери. Ритмичный сигнал звучал все громче. Шэй к чему-то приближалась — видимо, к источнику этого звука. Тэлли стало не по себе.

— Что происходит, Шэй?

Шэй открыла канал связи для остальных «резчиков».

— Кто-нибудь найдите доктора и приведите сюда.

Она повторила номер палаты.

— Что там, Шэй? — прокричала Тэлли.

— Тэлли, мне так жаль…

— Что там?!

— Зейн.

Пациент

Тэлли помчалась по коридору. Сердце у нее было готово выскочить из груди. Ритмичный сигнал звучал все громче.

Она перепрыгнула через перила пожарной лестницы, сиганула через лестничный пролет. Вбежав в коридор на третьем этаже, увидела Тэкса и Хо рядом с палатой, на двери которой висела табличка: «Послеоперационная». Вид у них был как у зевак, сбежавшихся поглазеть на уличную аварию.

Тэлли протиснулась между ними и чуть не поскользнулась на осколках оконного стекла.

Зейн лежал на больничной кровати. Он был очень бледен. К его рукам и голове были подведены провода и трубки от множества приборов. Каждый аппарат пищал по-своему, в такт сигналам мигали красные лампочки.

Рядом с кроватью стоял красавец средних лет в белой медицинской форме. Оттянув вверх веко Зейна, он осматривал его глаз.

— Что случилось? — крикнула Тэлли.

Врач не обернулся.

К ней подошла Шэй, крепко обняла за плечи.

— Мужайся, Тэлли. Сохраняй хладнокровие.

— Хладнокровие?

Тэлли вырвалась из рук подруги. В крови бушевал адреналин. Гнев прогнал чувство онемения, охватившее Тэлли после бомбардировки.

— Что с ним? Что здесь делает этот человек? — Она явно нервничала.

— Послушайте, красотки, вы не могли бы потише? — процедил сквозь зубы врач.

Тэлли повернулась к нему, оскалив зубы:

— Красотки?

Шэй обхватила Тэлли руками, оторвала от пола и практически донесла до двери. В коридоре она опустила ее на пол и оттолкнула подальше от палаты.

Тэлли встала в боевую стойку, хищно согнула пальцы. Тэкс бесшумно закрыл дверь. Все «резчики» не спускали глаз с Тэлли.

— А я думала, ты меняешься, Тэлли, — жестким, сдержанным тоном проговорила Шэй.

— Я тебя сейчас поменяю, Шэй! — обозлилась Тэлли. — Что происходит?

— Мы не знаем, Тэлли. Врач пришел только что. — Шэй умоляюще сложила ладони перед грудью. — Держи себя в руках.

Мысли Тэлли бешено метались. Она видела только возможные направления атаки и могла думать лишь о том, как пробиться в палату. Но на стороне «резчиков» было численное преимущество. Злость постепенно уступила место паническому страху.

— Его оперировали, — прошептала Тэлли, часто дыша.

У нее закружилась голова. Она вспомнила, как все «кримы», сойдя с вертолета, сразу направились к больнице.

— Похоже на то, Тэлли, — тихо проговорила Шэй.

— Но он прилетел в Диего всего два дня назад! — в отчаянии воскликнула Тэлли. — Остальные «кримы» пришли на вечеринку вечером того же дня, как только прибыли. Я сама их видела!

— У других «кримов» мозг не был так сильно поврежден, Тэлли. Обычные микротравмы, как у всех красавчиков и красоток. Ты же знаешь, с Зейном все было иначе.

— Но ведь это хорошая больница. Что могло случиться?

— Тсс, Тэлли-ва. — Шэй подошла к Тэлли и заботливо положила руку ей на плечо. — Наберись терпения, нам все расскажут.

Гнев охватил Тэлли с новой силой. Она в упор уставилась на дверь палаты. Шэй стояла достаточно близко. Ее можно было стукнуть кулаком по лицу. Хо и Тэкс немного отвлеклись, поскольку пришел еще один врач. Если броситься в атаку сейчас, можно было проскочить…

Но гнев и страх, борясь друг с другом, парализовали мышцы Тэлли. У нее отчаянно засосало под ложечкой.

— Это из-за бомбардировки? — сдавленно пробормотала она. — Вот почему ему стало так плохо.

— Мы не знаем.

— Это мы виноваты.

Шэй покачала головой и проговорила ласковым голосом, словно общалась с ребенком, которому приснился страшный сон:

— Мы не знаем, что происходит, Тэлли-ва.

— Но вы нашли его здесь совсем одного? Почему его не эвакуировали?

— Может быть, он нетранспортабелен. Может быть, его безопаснее было оставить здесь, рядом с аппаратурой.

Тэлли до боли сжала кулаки. Еще ни разу с тех пор, как она стала чрезвычайницей, она не чувствовала себя такой беспомощной и обычной, такой бессильной. Все вдруг показалось простым и ужасным.

— Но…

— Тсс, Тэлли-ва, — произнесла Шэй спокойным голосом, от которого Тэлли готова была сойти с ума. — Нам просто нужно подождать. Больше мы ничего сейчас сделать не можем.

Через час дверь палаты открылась.

Теперь врачей было пятеро. Вернее, их осталось пятеро. За час в палате Зейна побывало немало докторов. Они непрерывно входили и выходили. Некоторые из них опасливо поглядывали на Тэлли, понимая, кто перед ними: то самое опасное оружие, которое сегодня сбежало из камеры с мягкими стенами.

Весь этот час Тэлли ужасно нервничала. Она ждала, что к ней кто-нибудь бросится, что ее усыпят и снова попытаются провести жуткую «деспециализацию». Но рядом с ней все время держались Шэй и Тэкс. Они не спускал и глаз со смотрителей, которых к ним приставили. Кое-что хорошее в лекарстве, придуманном Мэдди, все же было: остальные «резчики» переносили ожидание более терпеливо, чем Тэлли. Они сохраняли просто поразительное спокойствие, а она на протяжении всего часа ходила из стороны в сторону, и ее ладони покрылись кровоточащими ранками, оставленными острыми ногтями.

Врач кашлянул.

— Боюсь, у меня плохие новости.

В первый момент сознание Тэлли не уловило смысла этих слов, но она почувствовала, как Шэй сжала ее руку выше локтя железной хваткой. Наверное, решила, что Тэлли сейчас бросится на врача и разорвет его в клочья.

— В какой-то момент во время эвакуации организм Зейна отторг новую ткань головного мозга. Система жизнеобеспечения подала сигнал тревоги, но рядом с Зейном в это время никого не оказалось. Система пыталась связаться с нами через пейджеры, но городской интерфейс был сильно перегружен, и сообщение не поступило.