Максим Ленин - Черное и белое

— Чего это? Мы же собирались раздаривать чиновникам щенков в качестве взяток. Вот тебе типичный полезный чиновник в местных органах правопорядка.

— Он мне не нравиться! — Продолжила настаивать на своем, моя супруга.

— И человеГ он, с большой буквой «Гэ», и должность тоже, мягко говоря, мелковата.

— Не скажите Лариса Игоревна, — вмешался в дискуссию Мамба. — В Багомойо — сержант начальник всей полиции, из пяти человек. Он нам, собственно, честь оказал, придя собственной, важной персоной. И не обманывайтесь его любовью к пиву и дружескими словоизвержениями, он не может быть дурнем по определению, должность у него значимая. Просто так — такое место не занять!

— Гамлет, не преувеличивай, я знавал полицейских в значительно более высоких чинах, у себя на РОДИНЕ. Так вот, они не «Эркюли Пуаро» и не «Шерлоки Холмсы», даже высшая полицейская спец. подготовка, рядом с такими глубинами не лежала, методы совсем другие. Таких заморочек можно ожидать от оперативников госбезопасности, но наш новый друг, явно просто «Анискин», его должность проверяется на «раз-два». Уйми параною!

— Вот! Правильно! Хрен ему, а не собака! — Продолжила гнуть свою линию Лара.

— Нет, — форсировав голосом, заявил я, — Он человек нужный, и щенка ему надо подарить.

— НЕТ!

— ДА!

— НЕТ!

— ДА, БЛИН — столица Ирландии! Что ты, как ребенок себя ведешь? Это надо для дела, а собак таких, еще настругаем.

— Это мои собаки! И я буду решать, что с ними делать! Дайте ему денег, если надо, собаку он не получит!

— Ладно, посмотрим через два месяца. — Сдался я.

— Не посмотрим! Нет!

— ЗАКРЫЛИ ТЕМУ! Ни кто твоих собак пока не отнимает!

— То-то же!-

Блин, надо замолчать, последнее слово, все равно останется за женщиной, это факт общеизвестный. Не стоило давать им равноправие! Они сами его отменили, в свою пользу!

— Ладно, чего-то мы ступили…, мы потеряли кучу времени, сидя без дела, как мышь за веником.

— Влад, но ты сам говорил, что надо затаиться, после того происшествия! — Удивился смене курса Гамлет.

— Ошибки в этом, я не признаю! Да, надо было ограничить активность в направлении приисков, здесь все правильно. Но кто нам мешал заниматься реализацией награбленного? Это, ведь ни какого отношения к инциденту с повстанцами не имеет! Надо звонить мистеру НДваргоне, надо продавать камни, надо двигаться дальше!

— Влад, «ступили» не «МЫ», а ты!

— Лара, не начинай! Что тебе это даст?

— Мне ничего, а вот ты в следующий раз будешь умнее! Я тебе доверилась, я отдала тебе лучшие годы, а ты… похоже поребешь «Конец света»! Ты меня совсем не любишь! Ты, в сущности меня ненавидишь! Надеюсь, я ни в коем случае не оскорбила тебя, я пришлю тебе письмо с извинениями! — С этими словами, Лариса Игоревна покинула наше с Мамбой общество, хлопнув дверью в нашу супружескую спальню. Гамлет стоял с выпученными глазами и отвисшей челюстью. Он переводил застывший взгляд с двери на меня, и обратно. А так, как взгляд был застывший он для этого вертел соей башкой. Наконец, Мамба обрел дар речи и поинтересовался: — Что это было?

— Ну…, как тебе сказать, чтобы не обидеть? Ничего такого, что тебе могло бы показаться… Просто у моей жены веселое настроение. И заниматься делами, мы сегодня не будем. Я должен пойти исполнить долг! Все фигня, весь текст, озвученный Ларой, — стандартный набор упреков и цитат, призванных подчеркнуть несерьезность обвинений в упреках. Готовься, женишься, вкусишь полной ложкой. Пока! Пойду оправдывать потраченные годы. — С этими словами я отправился к спальне, расстегивая ремень брюк — тем самым выдавая всем находящимся в помещении и подглядывающим в дверях свои планы. Зубейда округлила глаза и произнесла «О!!!»

— Что, «О!!!» — перейдя на английский язык огрызнулся я. — Пороть буду, воспитывать! Услышите стоны, не обращайте внимания! И скрывшись в спальне, завершил для себя этот день.

Глава 17

Вчерашний визит сержанта НВроди, ослабил наше беспокойство и усилил деловую активность. Сразу после завтрака, я набрал на коммуникаторе номер Башара НДваргоны. — Здравствуйте Башар! Это Влад Цыпин. Есть ли у Вас некоторое свободное время и желание для продолжения нашего сотрудничества?

— Здравствйте Влад! Конечно, у меня есть желание продолжить наш бизнес! И я даже отложу все остальные дела, ради удовольствия снова встретиться с Вами и Вашей очаровательной супругой! Кстати, как она поживает? Передавайте ей мои наилучшие пожелания и искреннее восхищение. Вам очень повезло с такой замечательной женщиной!

— Мистер НДваргона, мне кажется, что Вы проявляете излишнюю заинтересованность!

— Нет, что Вы, что Вы! Это всего лишь вежливость, но это ни в малейшей не умаляет искренности моих слов. Но к делу! Что Вы хотите предложить мне на этот раз, надеюсь, количественный и качественный состав товара будет аналогичен нашей прошлой сделке?

— Не совсем, Башар, не совсем! Количество камней будет удвоено и ассортимент будет отличен.

— Влад, давайте не будем употреблять «Это» слово при наименовании товара! Некоторое время назад, произошло некоторое событие. При чем некоторые обстоятельства этого события вызвали некоторый интерес у некоторых организаций, что послужило наложению некоторых ограничений на проведение некоторых сделок, в некоторых областях бизнеса. В том числе и на ту область бизнеса, некоторое участие в которой принимаю и я.

— Хм! Некоторым образом я Вас понимаю! Тьфу! Вот зараза! Конечно, Башар! Я буду использовать в разговоре некоторые эвфемизмы, за место слов, которые могут вызвать включение записывающе-следящего оборудования на сотовых станциях. Я могу предложить Вашему вниманию несколько иную цветовую гамму, чем в прошлый раз. Будет представлено два цвета, в примерно равных количествах и совместно вдвое превышающих то количество красного цвета, которое я предлагал Вам прошлый раз.

— Подождите Влад! Какие цвета? Вы о чем?

— Но Вы ведь сами просили не применять «ЭТО» слово и я, выполняя Ваши пожелания…

— Ну, что Вы Влад! Все не так плохо, слова «рубин», «танзанит», «золото» можно использовать совершенно свободно, ведь ювелирное дело — это мой бизнес. Но вот упоминание названия товара синего цвета не являющегося танзанитом, может вызвать нежелательные последствия. Я теперь обязан сообщать обо всех крупных сделках с данным видом товара!

— Печально, именно этот товар представляет половину предлагаемого к реализации.

— Будем считать, что его нет. А что со второй половиной? Что из себя представляет вторая половина?

— Это изумруды, Башар. Пятьдесят килограммов необработанных изумрудов.