Леонид Кондратьев - Проблемы космического масштаба

Ну, не о пирожках речь - заведя нас в зал, Аюни с совершенно индифирентным видом рассадила мальчиков в кресла и ничтоже сумняшеся плюхнулась на диван, закончив таким образом композицию «четыре прелестницы в собственном соку на диванчике». Такие - немного помятые прелестницы. Слегка... прожженный в нескольких местах костюмчик Анасии. Встрепанные серебряные локоны Лайны, обзаведшейся какими то неведомыми путями шикарным бланшем справа и парой царапин слева. Ее высочество, набухшее как мышь на крупу, красное до такой степени, что кажется что выглядывающие из прически кончики ушей засветятся в темноте, стоит какому-нибудь самоубийце выключить хотя бы на минуту свет. И только сейчас ставшая видимой хорошая такая подпалина на правом боку халата Аюни. Которую она изящно так попыталась закрыть от наблюдения, прижавшись к Кальне.

- И что это было?

Ответом на вполне себе невинный вопрос были четыре невинные улыбки, вида - девочки немного пошалили, ведь ничего страшного не случилось... ведь, правда!

Ну, я-то к этому дурдому хоть немного привык, а вот фсбшника так вообще закоротило. Сам представляю себя на его месте - нестись разгребать начавшуюся мировую войну с

представителями внеземной цивилизации, а придти к «тихой» практически внутрисемейной разборке. Еще бы знать, из-за чего весь кипеж, так вообще идеально было бы.

Пауза затягивалась... и атмосфера, и до того не блиставшая прозрачностью и тишиной, немного так сказать... еще, конечно, не искрила, но уже была на полпути к этому. Во всяком случае, вокруг меня точно.

- Так! Я услышу сегодня хоть что-то разумное, кроме своей биографии и потраченных мною сумм. - Взглядов в сторону подполковника я старался не допускать, а то хрен его знает, пойдет по пути своего диктофона, так тогда из окружающего дерьма я точно не выберусь.

- Дорогой, скушай пирожок, они очень вкусные. - ангельский голосок, с которым Аюни подвинула в мою сторону многострадальную тарелку, заставил меня зарычать и попытаться скомкать эти самые излюбленные всеми демонами вселенной пирожки вместе с этой долбанной тарелкой и гребанным

столиком в один умиротворяющее выглядящий комок. И мне стало бесконечно безразлично, что получившаяся скульптура одним своим существованием сможет вызвать сенсорный шок у неподготовленного индивидуума или как максимум свести его с ума.

Побрякивание тарелки, потрескивание начинающего расслаиваться журнального столика было прервано голосом того, кто, вообще-то, в моем понимании сейчас должен молчать в тряпочку и не отсвечивать, это я о представителе местных властей.

- Девушки, можно узнать причину вашего конфликта? Неужели присутствующий здесь молодой человек вас каким либо образом обидел или оскорбил. В таком случае я как представитель Российской федерации приношу извинения за действия одного из наших граждан. - Прочувствованная, исполненная дипломатизмом речь подполковника привела к странному эффекту. Очень странному. По моему этого не ожидал не только он, я. Но и все сдесь присутствующие - Лайна засмеялась! Нет - даже не так - Лайна заржала как породистая кобылица, всхлипывая и вытирая проступившие в ее фиолетовых очах слезы. После чего Аюни с абсолютно невинным видом толкнула в бок все еще краснющую Кальне и вроде бы ни к кому персонально не обращаясь произнесла:

- Давай, начинай, а то ведь...

Моментально выпрямившись и одернув платье, принцесса как по мановению волшебной палочки, моментально поменяла окрас лица на аристократическую бледность и поприветствовав Петрова небрежным легким кивком, обратила свой точеный профиль в мою сторону. Вроде бы даже попытавшись подняться, но моментально напрягшаяся рука Аюни просто-напросто не дала ей этого сделать.

И вот, в напряженной пустоте разрушенной гостиной, под аккомпанемент сдавленного икания пиратки раздался звенящий наряженный голос, такой родной, манящий своими переливами и ранящий острыми кромками. Если бы можно было провести аналогию это был голос-роза - ледяная роза, возникшая в сердце вьюги и несущая волшебство одним фактом своего существования.

- Мы, принцесса Кальне ни Джали, заявляю свои права на мужчину, рекомого Антоном и признаю его своим мужем перед богами и смертными. Я сказала...

Особенно громкий всхлип Лайны практически полностью разрушил торжественность момента, особенно после того как эта сребровласая пиратская ехидная сволочь как будто бы из последних сил подняла правую руку и произнесла:

- Я того же мнения! Хихи! - кое-как проглотив смешинку Лайна устремила на меня взгляд полностью спокойных, хотя и чуточку распухших после слез глаз и моментально переключившись на высокий штиль окончательно выбила меня из окружающей действительности. Почище хорошего удара дубиной.

- Я Лайна Шаа-Сарени, Неуловимая, Серебрянная тварь, Кровавое отродье заявляю свои права на этого идиота и признаю

его своим мужем перед богами и смертными. Я сказала...

В этот же самый момент тело Анасии, задрожав исчезло, а на мою многострадальную спину навалился уже знакомый вес, ласковым зверьком обнявший так и не пришедшую в себя лупающую глазами тушку и задорно и несколько агрессивно провозгласивший:

- Мой!

- Ну, вот как-то так - заметила Аюни. - На моего подопытного большой спрос. А что поделать...

Она сделала наигранно-удручённое лицо.

- Интересный мужчина - это такой ценный ресурс, что приходится всю галактику обшаривать. А то кругом одни, как это по вашему, козлы... А конкуренция - она бросила показательный взгляд на остальных дам - большая.

Кажется, ГБшник не знал, как на это реагировать. Ну, могу его понять... Он бросил взгяд на меня, но я только индифферентно пожал плечами. Вообще, я вдруг обнаружил, что... мне как-то всё это безразлично. Пропало любое желание что-то делать, и только что кипевшее раздражение спенилось апатией. Я уже вообще не знаю, чего дальше ожидать, и даже желания что-то делать никакого не осталось... Устал. Разве что немного любопытно, как эта четвёрка намерена разгребать наваленную кучу - а они определённо намерены это делать. Ну, по крайней мере, перспективы прояснятся... надеюсь.

- Ну, с делами частными закончили, перейдём к делам политическим - сообщила Аюни, усаживаясь на висящую в воздухе подушку, скрестив ноги. - а пирожки всё-таки попробуйте, они вкусные.

На месте испорченной тарелки возникла новая.

- Итак, товарищ подполковник... Думаю, для начала стоит кое-что прояснить. Мы не чужие на этой планете... да, аппаратуру вашу я забрала, коллекционирую, знаете ли, примитивные устройства.

Петров захлопал себя по одежде, а Аюни продолжила.