Ульяна Глебова - Ветка кедра

«В начале было слово!» — сказал кто-то из великих. Да, все начинается словом. И вот они — тысячи, миллионы слов проходят по конвейеру. Движется основной поэтический материал, который в течение многих веков считался загадочным и недоступным пониманию широких масс.

Я обращаюсь к начальнику цеха слововыработки:

— Полина Самсоновна, конечно, завод ваш не первая ласточка на небосклоне поэзии — давно уже появляются подобные предприятия и у нас, и за рубежом… И все-таки, что нового внес ваш завод в вечное дело стихосложения?

— Я отвечу вам стихами, которые можно назвать девизом нашего предприятия:

То, что сам не поймешь,Ты другим передай в рассмотренье,То, что сам не успеешь,Другим в исполненье отдай;То, что сам не споешь,Для других запиши — вдохновеньеПусть озвучит тебя,Пусть твоя пропоется печаль!

— И радость пусть пропоется! — говорю я.

— Да, — соглашается Полина Самсоновна. — Переполнится душа, запоет сердце от любви, счастья, берите бумагу, пишите, присылайте свои заявки на предприятие! Здесь переработают письмо, и ваше настроение зазвенит в отточенных строчках, радуя миллионы читателей.

— То есть ваша задача сделать творчество доступным для каждого, говорю я.

— Да, — опять соглашается Полина Самсоновна, — ведь, как говорится в одном из наших стихотворений, душа поет не только у поэтов!

— Ну и немного о технологии слововыработки…

— Основа нашего цеха — лаборатория, которая высчитывает среднюю употребимость каждого слова, выставляя ему количество баллов. Сумма этих баллов в каждом стихотворении, деленная на количество слов, не должна превышать десяти.

…Мы в тематическом цехе. Я останавливаюсь около одной из самых молодых работниц завода.

— Инна, расскажи, пожалуйста, почему ты выбрала именно этот завод и этот цех.

— В детстве я сама любила сочинять стихи, но поняла, что в одиночку никогда не создашь, как говорится, общественно значимого произведения. И еще в шестом классе я решила: буду работать на стихотворном заводе! А почему тематический цех?..

Инна на секунду задумывается, но ответ уже написан в ее широко открытых глазах: тематический цех один из самых главных на заводе. Здесь обрабатываются письма, подбираются слова на тему… Вместе с цехом смысла тут рождают идею стихотворения!

Кстати, с удовольствием отмечу, что в последнее время все меньше становится тем социального неблагополучия, неудовлетворения собой. Этому противоречит сам характер нового производства. А вот кустарное творчество как раз и порождало разобщенность авторов, нездоровую конкуренцию между ними. Поэты, противопоставив себя обществу, чувствовали свою отчужденность, отсюда одиночество, душевный разлад, непонимание. «То, что сам не поймешь, ты другим передай в рассмотренье…» Труд и счастье, любовь и коллективизм — вот темы, которые преобладают сейчас на заводе.

— А с добрыми, веселыми темами и работать весело, — улыбается Инна.

— А какое твое любимое стихотворение, Инна? Конечно же, о любви?

— Конечно! Мое любимое стихотворение — «Моя любовь не мне принадлежит».

Цех рифмы по праву считают самым передовым на заводе. Сегодня он работает уже в счет 55-й пятилетки. Ганна Игоревна — лучшая рифмовальщица.

— Ганна Игоревна, расскажите немного о себе.

— Не могу, — виновато отвечает ударница, — работа! Извините!

Ну что ж, «о деле скажет дело!». Кстати, именно так называется стихотворение, которое сейчас рифмует работница…

…Мы в цехе сборки. Пожалуй, на любом предприятии этот цех считается самым ответственным. Евгения Муньевна — сборщица, да не простая! О ее труде на заводе складывают легенды. Вот стихотворение, которое только что собрала она. Называется оно «Диагональ» и, безусловно, содержит глубокий философский смысл. Но отвлечемся от содержания, вглядимся в ровные строчки… Если провести диагональ из начала в конец стихотворения, то в каждой строке линия пройдет через букву «д».

— В чем секрет такого мастерства? — спрашиваю Евгению Муньевну.

— Какие у меня секреты! — машет руками мастерица. — К любому делу нужно подходить творчески!

Я тайно восхищаюсь этими людьми. Таких, как они, можно уважительно называть поэтами. Но как просты они, как скромны. Они просто работают, они честно делают свое дело.

Мария Сидоровна — выбраковщица. Человек она веселый, доброжелательный.

— Брака у нас почти не бывает, — улыбается она и, словно поддерживая мою недавнюю мысль, добавляет: — Люди у нас работают добросовестно. Мне лично вообще все стихи нравятся.

Цех смысла. Основную его часть занимает творческая лаборатория. В ней всегда шумно.

Сквозь оживленный творческий гул пробивается голос начальника цеха:

— Наш участок самый сложный на заводе. Я сам еще не до конца понимаю его технологию… Читатели часто жалуются на отсутствие смысла в наших стихах, поэтому в поисках смысла приходится работать по вечерам и в выходные дни.

Печатный цех, иллюстративный, переплетный… Производство на заводе комплексное — от обработки писем до упаковки готовой продукции.

Упаковочный цех. Незаметная и скромная работа. К сожалению, пока многое здесь делается вручную. Но зато, наверное, как приятно держать в руках готовое изделие и знать, что в нем частица твоего труда.

— Да, — соглашается упаковщица Татьяна Ефимовна, уверенными движениями перетягивая шпагатом огромную стопку с книгами и завязывая концы шпагата на традиционный бантик.

Грустно уходить с завода, грустно расставаться с хорошими людьми. Заметив мою грусть, мне дарят на память еще пахнущий типографской краской сборник стихов. «Поступь века» — бросается в глаза название книги, и я горжусь, что буду первым ее читателем.

На обложке нет подписи автора — это еще одна особенность завода. Коллективный сборник создан коллективным трудом. И вспоминается мне, что когда-то, на заре нашей публицистики, между ведущими журналистами возник спор: нужно ли подписывать свои статьи? Анонимность считалась признаком единодушия и единомыслия создателей газеты. Но есть еще один великий смысл в анонимности. Читатель, восторгаясь лучшими произведениями, уже не сможет сказать: я не Маяковский, я не Роберт Рождественский, я так не смогу. Я человек и я должен! — подумает он и захочет трудиться так же ударно, как коллектив завода, который выдал в этом году 350 сборников стихов сверх плана.

Анатолий Шалин

Заблудились

— Приехали! Дальше машина не пойдет! К пассажирам просьба выйти и прогуляться. — Василий демонстративно отодвинул крышку панели управления и полез в хитросплетения проводов индикаторной отверткой.