Алина Болото - Тайфун в закрытом секторе

Клим наклонился, засунул руку под лежанку. Сундучок, хотя и небольшой по размерам, оказался неожиданно тяжелым. В его деревянную крышку был врезан королевский герб Филиппа Четвертого из полированной меди, и Клим тут же вспомнил рассказ дона Мигеля о находке подводных археологов.

Вот и сундучок! Как все идет одно за другим, даже страшно становится…

— Возьми под подушкой ключ, — сказал капитан.

Сундучок, как и ожидал Клим, был наполнен серебряными монетами. Поверх их лежали два кисета-кошелька, вероятно, с золотом.

«Так и есть — золото! Археологи кошельки не нашли, значит, их кто-то успел вытащить».

— У тебя есть нож? — спросил капитан.

Крышка у сундука оказалась двойная, нижняя стенка отодвинулась под лезвием ножа, и на руки Климу выпал конверт с тремя восковыми печатями. Ни адреса, ни какой-либо надписи на конверте он не нашел.

— Что с ним делать?

— Спрячь пока у себя. И запомни, никто, кроме вас двоих, об этом конверте не должен знать.

— Понимаю.

— Ни мои люди, ни люди Оливареса тем более. Мать-королева о чем-то догадывается, поэтому приставила ко мне своего Оливареса. Он верный ей человек. Он, Оливарес, хотя и сын гранда и дворянин, глуп и жаден, думает не столько о служении Испании и королеве, сколько о себе. Он везет на «Санте» рабов, собираясь продать их на Ямайке. Он решил захватить «Аркебузу», и я не стал ему мешать, — пусть он будет подальше от меня… Теперь слушай внимательно. Когда «Санта» придет в Порт-Ройял, вы сойдите на берег и разыщите церковь святого Себастьяна. В церкви спросите настоятеля. Его зовут Себастьян, он пока не святой, но истинный и верный католик и, кто знает, может, удостоится когда-нибудь святого звания. Передайте ему письмо. И постарайтесь выполнить то, о чем он вас попросит… На моем столе лежит Библия?

— Вот она.

— Опустите на нее ваши руки и поклянитесь…

Без лишних сомнений Клим и Ника выполнили просьбу капитана.

— И еще… Если я умру, Оливарес явится сюда и постарается занять мое место. А он имеет на это право. Но тогда он может повести «Санту» куда вздумается, где ему выгоднее продать и «Аркебузу», и рабов. А вы должны попасть в Порт-Ройял, независимо от того, что придет в голову Оливаресу. Позовите мне моего помощника, я с ним поговорю.

— Сеньора Винценто?

— Никакой он не сеньор, — отец у него был простой рыбак. Но Винценто хороший моряк и верный человек, хотя и не годится для того дела, которое я поручил вам.

— А если Оливарес, став капитаном, не послушает ни меня, ни его? Нам трудно будет его убедить.

— Тогда вы не станете его убеждать. Вы просто уберете его с дороги. Да, да, мой мальчик, вы просто уберете его с дороги. Дело, порученное вам, слишком важное, чтобы какой-то Оливарес, хотя он и сын гранда Испании, мог бы вам помешать. Сейчас я жалею, что там, на «Аркебузе», не подсказал твоей сестре, она могла как следует царапнуть его по физиономии и уложила бы на недельку в постель. Или пусть даже убила его… Вот так, мой мальчик. Поручение мое не только важное, но и опасное. Но вы смелые люди, я успел в этом убедиться. Пречистая ли дева водит рукой твоей сестры, но я не встречал в королевстве шпаги более ловкой, нежели ее.

Капитан Кихос закрыл глаза, перевел дыхание и сказал тихо, уже не открывая глаз:

— Там, в сундучке, лежат два кошелька.

— Да, капитан.

— В них золото. Заберите их с собой. Золото может понадобиться вам в Порт-Ройяле. Не жалейте его… А теперь — идите! Идите, и пусть поможет вам пресвятая дева.

— Аминь! — ответил Клим.

Ника покрыла капитана пледом. Выходя из каюты, Клим заметил на столе толстую тетрадь в кожаном переплете. Он открыл ее. Как и думал — это оказался судовой журнал.

Клим прочитал последнюю запись, положил журнал обратно и, выйдя из каюты, тихо закрыл за собой дверь.

— Итак, — сказал он Нике, — сегодня 4 июня 1692 года. До гибели Порт-Ройяла остается всего три дня. Пожалуй, нам придется поторопиться с государственными делами капитана Кихоса.

Пабло Винценто был не только хороший моряк и верный человек — он оказался незлопамятным и на Нику взглянул без обиды и неприязни. Тем более, что в его зубах дымилась новая трубка, в два раза больше прежней. Он выслушал Клима и направился в каюту к капитану. Ника только указала ему на трубку, и он сунул ее, как подобает настоящему курильщику, прямо с огнем в карман.

Вернувшись в свою каюту, Клим поплотнее прикрыл дверь. Задернул шторку на окне и бросил на стол два тяжелых мешочка. Ника прикинула их на руке, заглянула. Достала одну монету.

— Пиастры, пиастры!

— Пиастры были серебряные, — сказал Клим. — Это старинная английская гинея.

— Первый раз вижу золотую монету. Сколько она может стоить в переводе на наши рубли?

— Порядочно. Это же антикварное золото.

— Вот бы захватить с собой хотя бы мешочек. Жаль, что оно мне только снится.

Клима, однако, больше занимал конверт. Он вертел его и так, и этак, разглядывал на просвет, щупал, но смог только установить, что в конверте лежит лист плотной бумаги, похоже, сложенный вдвое.

— Вижу, — заметила Ника, — тебе бы очень хотелось в него заглянуть?

— А как ты думаешь? Конечно! Здесь же письмо. Государственной важности, касающееся королевского дома Испании. Тайна какая-то. Я могу только догадываться, но толком-то не знаю ничего. И эта тайна так и потонет вместе с Порт-Ройялом. Обидно — история все-таки.

— Так в чем же дело? Возьми и загляни.

— Здесь печати.

— Подумаешь — печати!.. Слушай, Клим, ты что, на самом деле решил искать в Порт-Ройяле этого отца Себастьяна?

Клим взглянул на Нику задумчиво:

— Ты считаешь, мы здесь можем не выполнять своих обещаний?

— Так здесь же все неправдашное.

— Мы поклялись на Библии…

— Поклялись? Это же смешно, Клим. Причем здесь Библия?

— Библия, разумеется, ни при чем. Но обещание капитану Кихосу — не знаю, как ты — а я дал совершенно серьезно. Ведь он же выручил нас из настоящей беды. Люди Оливареса смогли прихлопнуть и тебя, и меня, и было бы совсем не смешно. А ты считаешь, если этот мир не наш, то ты можешь вести себя в нем непорядочно?

Ника заметно смутилась. Сунула монету обратно в кошелек.

— Я не знаю, Клим… Ну, что ты ко мне привязался: непорядочно, непорядочно! Ладно, на самом деле, я не подумала. Будем и здесь вести себя достойно… Итак, поплывем в Порт-Ройял. Это даже интересно! Посмотрим старинный флибустьерский городок.

— Порт-Ройял — не городок.

— А что же?

— Это настоящий большой город. Самый богатый город Нового Света. По торговому обороту он больше Лондона.