Владимир Контровский - Крик из будущего

– Женское начало вообще, - какими бы умелыми бойцами ни были его носительницы, - склонно к покою, уюту и упорядоченности, - объяснила Мать-Ведунья. - Инь - такова суть этого начала - дарит жизнь, а не отнимает её; рождает, а не уничтожает. И элам это известно - именно поэтому Хан и предложил Муэт выбор: долгая и счастливая жизнь в роскоши и без забот или никчёмная смерть.

– Значит, вы убеждали всех, что элам не нужны женщины, только для того, чтобы скрыть то, что предлагает дочерям племени гор Город? - догадалась Муэт. - Вы прятали от нас опасный соблазн!

– Это война! - отрезал Вождь. - И в этой войне применимо любой оружие! Сладкий яд Гнезда Зла - это тоже оружие, и оружие страшное. Есть и ещё одна причина, по которой мы не раскрывали перед всеми истинной судьбы, уготованной пленницам. В сознания всех девочек-бутонов - всех без исключения! - вплетались тончайшие заклятья. Эти заклинания дремали до той поры, пока цветок не оказывался перед выбором "или-или". Иногда эти чары помогали устоять, и тогда пленница понимала, что ей предстоит в будущем, и что надо делать.

Но если она всё-таки сдавалась, заклинание стирало из памяти орты, становящейся элой, все сведения о нашем Плане разрушения Города изнутри. Об этом Плане знает узкий круг эрудитов и умудрённых ведуний, а подавляющее большинство простых магов-бойцов уверены в том, что пленницы просто уничтожаются Хозяевами неким изощрённым способом - кстати, это не так далеко от истины. Память любого при определённых обстоятельствах можно вскрыть, а лучший способ не проболтаться - это ничего не знать. Есть такое понятие - военная необходимость.

– Вы умышленно подставляли цветы под удары штампов… - прошептала Муэт, -…в надежде на то, что кто-то из них будет захвачен в плен, попадёт в Город и станет Тайной!

– Да, - подтвердил Отец-Воевода с ледяным спокойствием. - Если хоть одна из десяти сорванных цветов оборачивалась воткнутой в тело Города отравленной иглой, это уже много. Это война, - повторил он, - и мы жертвовали самым ценным достоянием нашего народа ради победы в этой войне. Мира с Хозяевами быть не может, а для достижения победы хороши любые средства!

– Возможно, - негромко, но веско сказала Мать-Ведунья, - когда вы с Хоком станете Старшими, вам удастся найти менее болезненный и более эффективный способ покончить с Гнездом Зла.

– Что!? - воскликнули Избранные в один голос.

– Что слышали. Неужели вы всё-таки уверены, что мы с Вермеем будем держаться за власть до последнего вздоха? Вам теперь известны наши имена, а это значит, что вы вошли в круг претендентов. Назначать себе преемников мы не имеем права - и не будем этого делать! - но вы можете добиваться верховного лидерства, - пояснила Старшая.

– Если захотите, - подчеркнул Старший.

– Мы другие, - подытожила Верховная Магиня, - и мы идём по другому пути. И само существование ортов свидетельствует о том, что посеянное Внешними семя Разума не отравлено, что цветение Добра ещё возможно, и что нужно помочь этому семени выбросить ещё один росток. Ради этого тебя и спасали, Муэт. Случайностей не бывает - вы избраны Внешними. И вы должны сделать то, что должны сделать.

– Ты сама веришь в то, что говоришь? Хан - он был убеждён в своей правоте. А ты? - Муэт пристально и испытующе посмотрела на Мать-Ведунью

– Я - мы с Вермеем - убеждены в том, что сейчас сказали. Хозяева - Зло. Они убили этот Мир, они уничтожили всех Настоящих Разумных, не желавших подчиниться, - кроме нас, Уцелевших! - и заменили их штампами. Это наша правда - в отличие от правды Города. И мы всегда считали, что вы разделяете эту нашу правду…

– Кто вы, Старшие? - Хок опередил свою жену, хотевшую задать тот же вопрос.

– Мы не мессии и не аватары Внешних. Мы такие же орты, как и вы, просто знаем немного больше. Наверно, благодаря этому мы и не сомневаемся. Хотя Настоящие Разумные считали, что в сомнениях рождается истина, - ответила Мать-Ведунья.

– Они были правы, - согласилась Муэт. - Мне надо было задать вам, Старшие, эти вопросы и надо было получить на них ответы. Я разделяю правду ортов, и я не сомневалась - я просто хотела знать. И я узнала то, что хотела. Вот теперь, наверно, всё, и мы с Хоком…

– Ну, слава Внешним! - полушутя сказала Верховная. - Цветок вспомнила, что кроме мировых проблем существуют и другие - и не менее важные. Напоследок могу сообщить вам одну вещь как раз из разряда этих самых "других": до следующего Праздника Цветов никто не будет принуждать тебя, Муэт, брать себе других мужей. Это не нарушение законов народа гор - это их неукоснительное соблюдение. У тебя сейчас остался только один муж - Лайон не вернулся из Развалин, остатки штурмового отряда вывел Дрэгон. Конечно, если ты сама захочешь, то…

– Нет, она не захочет взять себе ещё одного мужа, - прервал Старшую Хок. - Я так думаю.

Муэт не сказала ничего: она только улыбнулась и молча кивнула.

…Они любили друг друга жадно, словно ощущая, как неумолимо истекает отмерянное им время. Горечь незримо витала над их ложем, и её привкус разбавлял сладость поцелуев. Ночами, оставаясь вдвоём, Муэт и Хок забывали обо всём: о Городе, о зловещих Машинах Проникновения, нацеленных на Катакомбы, об истерзанном Мире, о войне. Они забывали даже о том, что им, Вестникам, - так их называли посвящённые в тайну Избранных эрудиты и умудрённые ведуньи, - предстоит сделать: спасти посев Разума, дав жизнь зеркальному отражению умирающего Мира.

Они изменились - оба - от того, что им пришлось испытать, и от понимания того, кто они есть. Муэт стала настоящей умудрённой ведуньей, невзирая на свой юный возраст, и Хок считался ветераном не только из-за своего внешнего вида. Старшие Маги не ошиблись, предрекая этой паре большое будущее, вот только для осуществления их пророчества требовалась самая малость - Вестникам надо было остаться в живых. Но об этом Избранные тоже не думали.

Изменился и оттенок их страсти - молодая торопливость уступила место взрослости. Эгоистическая нетерпеливость обладания исчезла: обоих теперь прежде всего волновало и заботило то, что испытывает в минуты слияния вторая половина единого целого.

А спустя всего несколько дней Муэт поняла, что в ней зародилась новая жизнь. Сирин, к которой тут же обратилась Вестница, была ошеломлена. В не меньшей степени удивилась и извещённая целительницей Мать-Ведунья. И было отчего - цветок по имени Муэт должна была дать жизнь близнецам.

– Такого не случалось уже сотни лет… - задумчиво проронила Старшая, когда окончательно убедилась в том, что Сирин не ошиблась. - К тому же, мальчик и девочка - это вообще чудо! Сирин, если ты и твои помощницы не сделаете всё возможное - и невозможное тоже - для того, чтобы эти ростки увидели свет, я буду считать, что в племени юго-западных ортов нет настоящих магинь-целительниц! А ты, Муэт, знай: если бы не Весть, которую посылаете вы с Хоком, я бы запрятала тебя в самый безопасный закуток Катакомб и чар с тебя не спускала! Кстати, как у вас дела?