Лора Андерсен - Дети Вечности (Часть вторая)

- Нарочно, - невозмутимо сознался Строггорн. - Не смотрите так на меня. Чтобы это убрать до конца, нужно снести ей полголовы. Этот страх глубоко, нужно забраться чуть ли не в пренатальные воспоминания. Я могу еще раз попытаться, но до конца мы его не уберем. Была надежда, что она сама справится, но раз прошло столько времени и никакого результата - ждать больше бессмысленно. Этель, ты пойдешь еще раз на зондирование? - Она сразу кивнула. - Но я ничего не гарантирую, только немного ослаблю твой страх? Это понятно?

- Хорошо, я же не ребенок и разводиться не хочу. - Этель только грустно оглядела всех, меньше всего ей хотелось исповедоваться в таком деликатном вопросе.

- Боюсь, что этого будет недостаточно, - вмешался Лао, приступая к салату. - У нас уже есть статистика, и если Этель будет испытывать страх, почти наверняка все закончится для нее психотравмой.

- Почему? - удивился Диггиррен, он вообще начинал все меньше и меньше понимать. Создавалось впечатление, что его жизнь положили на операционный стол и проводят вскрытие, выясняя причины болезни и не спрашивая у него на это разрешения.

- Потому что и так бывает достаточно психотравм. В свое время Креил отправил в нее Тину, и нам еле удалось ее спасти. А вообще статистика говорит, что при таком общении на три нормальных случая один, в первый раз, обязательно кончается психотравмой. Бог его знает, что можно узнать друг о друге, и далеко не все готовы к этому, - пояснил Лао. - А у тебя, Диг, весьма печальный опыт. Большинство женщин, с которыми ты имел дело, получили психотравмы, ну, и три смерти - это ты тоже знаешь. По большому счету Этель вполне обоснованно боится снимать блоки - зачем ей подвергаться такому риску? - Он поглядел на Этель и добавил: - Так что ты еще хорошо подумай, стоит ли рисковать или лучше все-таки развестись?

- Я уже давно обо всем подумала, Лао, и хочу рискнуть. - Этель не смотрела на него, осторожно нанизывая кусок помидора на вилку.

- Тогда так. - Лао поглядел на них, словно что-то прикидывая. - Только не обижайтесь на меня, ладно? Когда надумаете этим заняться, после того, как Строггорн немного поправит тебе голову, я бы хотел видеть вас у себя дома.

- Что ты имеешь в виду? - Этель перестала есть и посмотрела на Лао.

- Мне это нелегко говорить, но я собираюсь присутствовать при этом.

- Тебе не кажется, что это переходит какие-то моральные рамки? Диггиррен тоже перестал есть и едва не поперхнулся.

- Кажется. Только я не вижу другого выхода. Если понадобиться моя помощь - а это более чем вероятно, - я бы хотел быть рядом, например, в соседней комнате.

- Никогда не знал, что у тебя такое болезненное любопытство.

- Это не любопытство, это осторожность, - грустно заметил Лао. - У меня очень печальный опыт. Так как? Решитесь?

- Я понимаю, у нас не большой выбор? - Этель посмотрела на Лао.

- Ты же не хочешь еще раз умереть? Четверо детей все-таки?

Все молча ели, все было и так достаточно ясно, и только Строггорн вдруг улыбнулся чему-то своему и сказал:

- Я решил назвать ее - Лейла. Как думаете, Аолле понравится это имя?

Только через полгода Диггиррен и Этель решились попробовать снять блоки. Строггорн выполнил свое обещание и попытался приглушить страх у Этель, но это не очень удалось, и он прямо сказал ей об этом.

Этель и Диггиррен вошли в квартиру Лао. Диггиррен нервничал, а Этель, наоборот, казалась совершенно спокойной, и Лао усадил их пить чай. Его всегда развлекал заказ различных десертов и сейчас он выбрал один с совершенно невозможным названием. Десерт включал несколько видов фруктов, в том числе киви и бананы, мороженое, сладкие соусы и был так искусно выложен на больших блюдах, что не сразу можно было сообразить, что к чему. Диггиррен был известным сластеной, все хорошо знали эту его слабость, и Лао был уверен, что уничтожение десерта слегка отвлечет его.

Они сидели в огромной гостиной за небольшим столиком и слуга-человек, что удивило Диггиррена, но не Этель, которая уже привыкла к этому, налил вино в красивые бокалы.

- Я понимаю, что вино на нас не действует, но у всех народов есть такой обычай выпивать его при встрече. - Лао поднял бокал и слегка пригубил вино. Этель улыбнулась. Она была необыкновенно хороша в этот день, в струящемся серебристом, коротком платье без рукавов, и со свободно спадавшими волосами, асимметрично собранными серебристой заколкой с одной стороны. - Ты сегодня прелестна, Этель.

- Начну ревновать, - вмешался Диггиррен. - Почему вы всегда хотите вызвать у меня ревность? - Он тщательно уничтожал десерт: было вкусно, но не очень понятно, из чего тот состоит.

- Никто не хочет. - Лао снова улыбнулся. - Еще консультации нужны?

- Достаточно, - Диггиррен вспомнил, как почти четыре часа вникал в подробности, слушая Лао, и еще почти столько же - Строггорна, но почему-то после этого возникло еще больше вопросов. Он понял лишь, что это происходит настолько по-разному, и что невероятно сложно обобщить еще такой небольшой в целом опыт телепатов.

- Этель, я вам приготовил большую спальню, - сказал Лао, как будто речь шла о еще одном десерте.

- Спасибо, - ответила она, и Диггиррен, только когда вошел туда понял, за что она благодарила Лао. Спальня была большим, около пятидесяти метров помещением, утопавшем в мягком полумраке из-за цветных витражей в окнах. Огромная кровать в спадающих волнах полога, плыла в море отблесков - это лучи солнца проникали сквозь цветное стекло, разбиваясь на тысячи эфемерных осколков и создавая неуловимый призрак ирреальности. Мебель витиеватой формы, расставленная по стенам, казалась совсем крохотной, а сами стены, затянутые тканью, слегка колыхались от малейшего потока воздуха. С веранды проникал мягкий запах цветов, и две корзины с розами были оставлены прямо на полу, перед кроватью, распространяя по комнате аромат. Диггиррен остолбенело рассматривал все это. Он вырос в современной обстановке и только у Лингана встречался с чем-то подобным. Этель нашла задрапированную дверь и вошла в ванную, отделанную под розовый мрамор и состоящую из двух помещений. Этель хорошо знала, что во втором сделан бассейн. Она потрогала воду ногой - та была теплой и казалась розовой из-за отражения стен. Этель разделась и окунулась в бассейн, не больше трех с половиной метров в длину и закругленный мягким овалом.

- Диг, иди ко мне! - позвала Этель и встретилась с его пронзительным взглядом. В этой розовой воде она была похожа на русалку. Каштановые волосы Этель собрала наверх, чтобы не намочить, и сейчас Диггиррен не мог оторвать взгляд от ее шеи, на которой застыли капельки влаги.

- Этель... - сказал он, и она почувствовала, как откуда-то изнутри поднялся страх. Хотя кругом была вода, во рту стало сухо. Диггиррен сразу ощутил это и постарался смягчиться, не спеша раздеваясь и теперь лишь изредка поглядывая на нее. Этель откинулась на спину, Диггиррен стоял совершенно обнаженный, в который раз удивляя ее своим пропорциональным сложением. Он подобрался к ней совсем близко, встав на колени и осторожно наклонившись над водой. Отражение розового мрамора застыло в его глазах.