Виктория Угрюмова - Огненная река (Кахатана - 3)

В этом приподнятом настроении они посетили рощу Салмакиды, а часом позже познакомились с новыми спутниками Каэтаны - Магнусом, Рогмо и Номмо. Альв произвел на бессмертных неизгладимое впечатление своим сходством с Воршудом, смерть которого га-Мавет перенес тяжелее всего. Поэтому Хозяин Лесного Огня был смущен и даже потрясен теплой встречей, которую устроили ему грозные и свирепые в его представлении боги. Наверное, Номмо был одним из первых живых существ, которым приятно было ощущать пристальное внимание Смерти к их скромной персоне.

Каэтана заметила, что га-Мавет уже успел привыкнуть к своему увечью и одной рукой довольно ловко производил все манипуляции. Поймав ее взгляд, он широко улыбнулся и сказал:

- Мечом я уже вполне владею.

Но в его желтых вертикальных зрачках стыла тоска. Оба брата еще не успели уйти, когда Тиермес и Траэтаона появились в храмовом парке и двинулись им навстречу.

- И вы тут! - весело заметил Вечный Воин. - Я так и думал. Прощаетесь?

- Да, - немного грустно ответил Арескои. - Тебе не тревожно?

- Я утешаю себя тем, что мы можем хотя бы время от времени навещать их в течение всего странствия. Если же случится какая-нибудь скверная история, то Каэ обязательно позовет нас. Так мы условились.

- Уже легче, - сказал га-Мавет, - но отчего-то мне кажется, что все так просто не обойдется.

- А просто ничего и никогда не бывает, - вставил прекрасный и сияющий Жнец, - даже если кажется, что никаких сложностей нет.

- Не пугайте меня раньше времени, - возмутилась Каэ. - Если теперь это называется "пожелать счастливого пути", то как же накликают беду? Справимся как-нибудь. Главное, присматривайте за Вардом - ведь такое количество проблем. По сравнению с ними путешествие на Иману - сущий отдых.

- Если бы так, я был бы только рад.

- Жнец, - обратилась Каэ к великолепному Тиермесу, - у меня к тебе сразу много просьб. И ко всем присутствующим тоже. Главная... - Она немного замялась, но Траэтаона пришел ей на помощь, лихо подмигнув остальным:

- Самая главная проблема на сегодняшний день - это стабильность империи Зу-Л-Карнайна, которая занимает слишком большую территорию, чтобы мы могли забыть о ней. А также процветание нынешнего императора и его приближенных, которые способствуют процветанию самой империи. Можешь не просить - я всегда был прекрасным политиком и военачальником. Пригляжу за твоим, тьфу ты, прошу прощения, нашим императором.

Каэтана тепло посмотрела на своего неугомонного родича. Она была ему бесконечно признательна и за заботу, и за ту радость, которую он в последнее время распространял вокруг себя.

- А мне что делать прикажешь? - шутливо осведомился Тиермес.

- Не представляю того безумца, который возьмется приказывать самому Тиермесу! - сказала Каэ торжественным шепотом. Потом продолжила уже серьезно: На Джемаре новая "радость", ты уже знаешь?

- Краем уха. Что-то о хорхутах.

- Вот именно. Их скрестили с людьми. А Веретрагна и Вахаган поехали на охоту и не вернулись. Не ждите очень долго, пока Джоу попросит вас о помощи. Вы же знаете, когда это произойдет.

- Когда реки потекут вспять, - моментально отреагировал га-Мавет. - Не волнуйся.

- И еще не забывайте поглядывать на урмай-гохона Самаэля...

- Хорошо.

- Ну что, - она улыбнулась во весь рот, - кому еще голову не заморочила на прощание? Знаете, я себя чувствую старой, склеротичной тетушкой, которая, покидая большое семейство своих родственников, никак не может вспомнить, упаковала ли она зонтик и калоши и передала ли привет троюродной сестре племянника, будто та без этого привета тут же скончается...

- Приятные ощущения, - рассмеялся Арескои. - Говорю вполне серьезно. Я и сам почти то же самое чувствую, хоть и не смог бы так образно выразиться.

- И это самое прекрасное! - торжественно отметил Траэтаона. - Когда вы выступаете?

- Завтра на рассвете, - ответила Каэ, нервно пожимая плечами. - Кто мне объяснит, почему необходимо обязательно не выспаться перед дальней дорогой? Почему на рассвете? Чем девять часов утра не устраивают странников?

- Ты все равно этого не поймешь, - отечески улыбнулся Тиермес, - лучше следуй традиции, не рассуждая.

- Тогда завтра на рассвете выходим к Охе, затем садимся на корабль и спускаемся вниз по течению. Потом нам предстоит сомнительная радость плавания через море Надор до самого Хадрамаута. Там по суше до Эш-Шелифа, и уже оттуда через Коралловое море выйдем в океан.

- Географию ты выучила, - похвалил га-Мавет. - Я тобой просто горжусь.

- Не смейся, мне ведь не до смеха, - пожаловалась Каэтана. - Я плохо представляю себе, как мы увезем всю ту кучу вещей, которую сейчас пакует наш верховный жрец.

- Самое идеальное решение, - откликнулся Арескои, - это аккуратно упаковать их и оставить на месте.

Каэтана пристально посмотрела на рыжего бога. Что это? Неужели у грозного и величественного воина вдруг прорезалось чувство юмора? Или он скрывал его до недавнего времени? Пока она размышляла над этим немаловажным вопросом, к компании бессмертных ковыляющей, утиной походкой приблизился Барнаба. Толстяк был наряжен в еще более неописумые одежды, такие яркие, что в глазах рябило, и казался страшно довольным. Это довольство собой физически ощущалось уже на расстоянии нескольких десятков метров. Когда же он подошел поближе, всем стало трудно дышать.

- Я умен! - грозно возвестил Барнаба некую аксиому, неопровержимость которой пока что была видна только ему одному. - Я настолько умен, что иногда ужасаюсь этому. Я где-то гениален... мне кажется.

- Ничего, ничего, - успокоил его невозмутимый Тиермес, - это распространенное заболевание. То и дело кому-то кажется, что он гениален, но от этого быстро излечиваются, не бойся.

- Издеваешься, - скорбно констатировал Барнаба, изобразив на своем лице благородное негодование. Эффект был еще тот: на его физиономии, с которой нос, словно оползень, намеревался скатиться куда-то в область рта, благородное негодование выглядело всего лишь комично. - А я, между прочим, кое-что придумал. И это кое-что стоило мне бессонной ночи. Скажу больше - бессонных ночей и смятенных дней, мятых простынь и отсутствия аппетита...

- Если так, - сказал га-Мавет, - тогда дело действительно серьезное.

- Более чем! - Толстяк назидательно поднял кверху сразу два указательных пальчика на правой руке: любимый жест. - Я знаю, как сделать, чтобы наша дорогая Каэ все же потратила на странствие меньше времени.

- Как? - рявкнули все дружным хором. Проблема времени была самой серьезной. Его катастрофически не хватало с тех самых пор, когда стало ясно, что на Каэ абсолютно не действуют никакие заклинания или попытки Барнабы вернуть ее в ту же самую секунду, в которую она начинала свое странствие. Истина абсолютно не желала проживать куски своей жизни с огромной скоростью.