Людмила Белаш - Слуги

Дочь Крота кричала, упираясь руками и ногами; лицо её краснело от потуг, губы отливали синевой, на шее набухали вены. Хотя кондиционер гудел во всю мочь, она обливалась потом. Когда она задерживала дыхание, Лео кидало в панику и он едва справлялся с собой, чтобы не бегать от стены к стене.

Друзья, пришедшие посочувствовать роженице, сидели рядком в сторонке, чирикали; усики их взволнованно извивались.

Стоило Лео представить, что у Кротёнка осложнения в родах, как он ощущал приближение обморока.

Он выбрался на палубу отдышаться. Здесь шпарило под сорок градусов, небо обжигало глаза, металл под ногами был накалён, как плита на камбузе. Лишь в тени ощущалось веяние моря. Несгораемый и жаропрочный барон продолжал обсуждать со старшиной водолазов план предстоящих погружений.

- Не унывай, - швед ободрил Лео, похлопав его по плечу. - Я думаю, всё обойдётся. Мадинат аль-Кар - в десяти километрах от города. Ты сможешь навещать свою подружку.

Вынос коконов друзей из пещер оплачивался средне. Будь уровень подготовки выше, Лео предпочёл бы искать на дне ту штуку, которая в бумагах экспедиции называлась «Объект F». Однако сейчас его мысли были заняты совсем иным.

- Эй, папаша, добро пожаловать на презентацию!

- Все таращимся на Лео - такое выражение лица за деньги не увидишь!

- Исстрадался, мученик.

Побледневшего Кротёнка бил озноб. Тугой живот-купол обмяк и ввалился, а в каюте появилась новинка - маленький человечек. Он вякал и сучил ручками. Друзья просовывали к нему лица, чтобы ощупать малыша чуткими усиками, впитать и запомнить запах.

- О, пусть не трогают… - слабо стонала дочь Крота. - Лео, забери у них…

- Лео, первый парень у тебя удался! Когда будет второй?

- На бис!

Грянул общий ржач. Лео ответил несколькими подзатыльниками - кого достал, тем и влепил.

- Все вон! Друзья, помогите их выгнать.

Дважды просить не пришлось. Шипя и скрипя угрозы, слуги Феникса тотчас перестроились в боевой порядок и выперли из каюты взбудораженно галдящую ораву.

Пока Лео шептался с измождённым Кротёнком, утешал, друзья бережно обмывали младенца обильной слюной и поминутно бегали к умывальнику напиться. Дочь Крота притихла и не возражала. Ещё в пору рукоприкладств Готвина она испробовала на себе действие слюны и убедилась: обезболивает, заживляет и так далее.

- Думала, не выдержу, - признавалась она. - Я вся никакая. А он хорошенький, верно?

- Копия ты, - Лео нежно поцеловал её.

В дверь постучали. Блаженно распластавшийся у порога друг привстал, посипел носом и повёл усиками: «Там капитан. Лео, можно впустить?»

Командир судна с журналом под мышкой перешагнул через живой барьер.

- Мои поздравления! У нас новый пассажир, полагается его записать. Судовладелец о нём распорядился: проезд и питание - бесплатно.

Друзья держали беспокойного малыша в гибкой корзине из сложно переплетённых рук, дышали на него влажным теплом и облизывали.

«26 августа, суббота, 11.34 по Гринвичу. На борту родился живой ребёнок мужского пола», - строчил капитан.

Выслушав мнение старшего дайвера, барон Меермонд ответил:

- Ты прав - это отличная наживка для Феникса.

This file was created with BookDesigner program [email protected] 17.11.2008(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});