Андрей Богданов - В нужное время в нужном месте

Ознакомительный фрагмент

Пираты требование выдвинули: мы вам людей отдаем, вы нам беспрепятственный проход по реке – река там есть,

Вилка называется, в бухту впадает. Для морских судов мелковата, но для катеров – в самый раз. Будем, говорят, на своих катерах по реке идти, вашими великими князьями и дворянами прикрываться. А потом всех отпустим. У них из той крепости один путь был – по реке. А речка, чтобы уйти, очень даже подходящая: с притоками, озер не счесть, а по берегам лес… Времени на размышление дали трое суток.

Полторы тысячи морячков и мелких дворян сразу со счетов списали… Но два великих князя с матушками – это, прямо скажем, ценность. Их просто так не разбомбишь. Ну и, конечно, терять все колониальные драгоценности Вацлаву тоже как-то не хотелось.

Короче, стратегическое решение выработали быстро – штурмовать засранцев. Вроде бы как и подданных в беде не бросили, и добро царское спасли.

Основной штурм решили начать с воздуха.

… Это сейчас воздушный десант – дело обычное. А тогда, сорок лет назад, оно только-только начиналось. Да и парашютной подготовки у нас почти не было. У большинства, как и у меня, так, один прыжок в безветренную погоду на ровное поле. Даже без учебного боя. А там, в крепости, нас ждут около двух тысяч пиратов, которым терять нечего. А у нас на всю страну едва тыща парашютистов сыщется.

Ну и начали под это дело всех парашютистов загребать. А я – вот он! И искать не надо. Сижу себе на „губе“, ни от кого не прячусь, трибунала жду.

Тут открывается железная дверь, входит наш майор. Говорит, не желаешь ли, мерзавец, кровью искупить, ну и так далее… Само собой согласен, говорю, искупить, терять мне один черт нечего.

На толковую подготовку к операции времени вообще не было. Инструктаж за полчаса провели, примерный план морской крепости раздали. Объяснили, что к чему. Выброску назначили на вечер. Расчет был, во-первых, на то, что, когда мы всерьез штурм начнем и на себя пиратов отвлечем, темнеть начнет и у морского десанта появится возможность незаметно на катерах в бухту войти. Во-вторых, наступать будем с запада. И солнце окажется на нашей стороне, оно противнику глаза слепить будет. Если, конечно, погода не подведет. В итоге мы должны взять разбойников в клещи. И разгромить.

Место выброски на карте показали – в километре от крепости довольно большая проплешина есть – вот на нее и надо попасть.

И вот сидим мы в самолете, лицом друг к дружке. Каждый о своем думает. А у меня с того момента, как взлетели, только одно в голове было, вы уж извините…

Когда Капочка тогда возле Академии в обморок упала, у нее халатик задрался. И как открылись мне ее аппетитные длинные ножки, да как увидал я ее кружевные белоснежные трусики, да такую сладенькую упругую попочку! Ой-йо-о!!! От вида всех этих деликатесов мое солдатское сердце так горячим ходуном и забухало, так любовью и заклокотало…

… В этом месте повествования Капитолина Карловна покрывается густым румянцем, скромно тупит взор и как бы невзначай одергивает юбку.

– Ну, что ты, Отто, право… Неловко при детях-то…

А дети – зять Бонифаций, дочь Вероника и внучка Алиса – уже невольно перевели оценивающие взгляды на участок, из-за которого „горячим ходуном забухало“ сердце юного гвардейца Отто Фишера.

– Нет, Капочка, без этого никак нельзя, – протестует генерал. – Это ж самое главное. Только благодаря твоим ножкам, попке и трусикам я остался жив! Они у меня в мозгах все время боя как припаянные стояли, они меня не хуже талисмана берегли! А может, даже и лучше…

… Как ни странно, выброска прошла удачно. В заданном квадрате, в точное время. То есть в километре от крепости, на ровной площадке. И, само собой, под довольно плотным огнем неприятеля. Пираты же не глухие и не слепые – гул самолетов с такого расстояния отлично слышен, выброска десанта видна. Но солнце не подвело – сияло, как по заказу, прямо в глаза противнику.

А пули знай себе мимо посвистывают. Самое то, чтобы в атаку идти. Командир наш по рации говорить закончил, к нам повернулся.

– Ну, ждать тут нам, ребята, нечего. Мы на месте. Противник обнаружен. Задача прежняя. Значит, так. По-пластунски двигаемся в сторону форта. Наше направление – к воротам у недостроенной дороги. Это на юго-запад. Снайперам время от времени останавливаться и вести огонь по пулеметным гнездам. Все. Вперед!

И только он это сказать успел, как ему прямо между глаз пуля досталась. Хорошее начало для хорошей атаки… Мы чего-то как-то приуныли даже… Но тут наш сержант Рыка…

Что? Да, Бонифаций, тот самый Рыка, что сейчас у меня разведкой командует…

Так вот, Рыка не растерялся. Гавкнул на кого положено, что положено, и кем положено. Восстановил боевой дух. Не дал сопли распустить. Приказ, говорит, прежний – вперед, на юго-запад!

Доползли без потерь. Молодец, Рыка, правильно нас между кочек ориентировал. И прямо перед нами – здоровая такая дыра в стене. И туннель. Если он внутрь крепости ведет, пиратам, считай, крупно не повезло. Мы проверили, вроде мин нет. И – айда в туннель. Тьфу, ты! Тупик. Мы обратно, к свету.

Выглядываем мы из дырищи, и что же видим? Подарок для взвода царских гвардейцев. Пираты, человек 400, не меньше, слева, из ворот у той самой недостроенной дороги выбегают и прут вдоль стены. Вооружены толково. Видимо, абордажники. Эти умники хотели с фланга десант погасить. Прут плотным стадом, нас не видят, не оглядываются.

Рыка, молодчага, шепотом говорит:

– По моей команде… Огонь!

И мы оттянулись! Изо всех стволов, как в тире, по плотной массе неприятеля, в идеальный момент, с тыла, метров с полста. Пока пираты прочухали, откуда смерть к ним летит, мы их почти на две трети уничтожили.

Вдруг – бац! – уж не видно никого из пиратов. И огня по нам никто не ведет. В траву залегли, хитрецы. Типа спрятались. Тут Рыка дает нам знак, мы меняем магазины – уже все, по последнему вставили…

И Рыка начинает „переговоры“.

– По приказу царя Вацлава всем добровольно сложившим оружие гарантируется жизнь! Вставайте, не бойтесь! Вы нам нужны живыми, проходы в крепости показывать будете. Считаю до трех! Раз…

И тупоголовые пираты начали подниматься. Один, другой, четвертый, десятый… Около полусотни в траве живых лежало. Прятались. Теперь они перед нами стоят. С поднятыми руками. Без оружия. А Рыка не унимается, толковый парень:

– Да что вы стоите?! Товарищей своих поднимайте! Не все еще встали. Я же вижу.

Ни хрена он, конечно, не видит, но все верно рассчитал. Пираты сами же своих друзей за шкирку подымать начали. Еще человек двадцать.

– Ну, теперь все, что ли? – спрашивает Рыка.

– Все… – отвечают.

– Тогда стройтесь, пойдем в наш лагерь… – говорит Рыка.