Марина Казанцева - Рушара

Они расхохотались.

— Это не я придумал, а как раз Берайя!

Пришёл Ивлеарс. Поинтересовался, что они нашли полезного.

— Сожалею. — ответил Аарон, рискуя навлечь на себя презрение вождя. — Но мы так ничего ясного и не обнаружили, по-прежнему всё непонятно. Волшебник из меня не получается.

— Пророчество не ошибается. — ответил Ивлеарс. — Значит, ещё не время.

Слова его звучали утешающее, а в лице выразилось беспокойство. Он не хотел торопить гостей, но явно был разочарован.

— Рушер выпил воды из чаши в горе — там, в нашем мире. Он, наверно, хотел быть всесильным, вот к нему и явилась Сила. — рассуждал напряжённо Аарон. — Я пожелал быть Соломоном и найти свою любовь. И я нашёл её.

— А я хотела быть царицей Савской, чтобы возлюбленный подарил мне Песнь Песней. И я получила всё. Что пожелала. Всё, что пожелала.

— Что такое символ власти? — спросила Маргарет — они пытались осмысливать каждое слово пророчества.

— Атрибутика какая-нибудь имперская. — рассеянно ответил уставший Аарон. — Корона там, скипетр, трон.

Он вспомнил о своём стеклянном озере в тронном зале, где сидел с зеркалами, хитро подставленными позади спинки, чтобы создавать сияние над троном.

— Где Рушер прячется? — спросила Маргарет у Ивлеарса.

— Как всегда, в своём дворце в горах Рорсеваана, меж двух океанов. — отвечал вождь горы. — Не надейся, Маргиана Прекрасная, нам туда не долететь — мы не Синкреты.

Они так ничего и не придумали в тот день. Хоть и ломали головы безостановочно. Ночью Маргарет не могла заснуть на своём ложе. Едва она смыкала веки, как снова просыпалась и думала о пророчестве. Ей всё казалось, что ещё немного, и тайна раскроется сама собой. Отчего нельзя было изложить яснее — к чему такие запутанные изречения?

А вот Аарон, наоборот, как только приложил ноющую голову к подушке, так сразу и соскользнул в призрачный и странный сон.

«Так ты реален, Берайя?!»

«И да, и нет.»

«Аарон, во сне всё можно. Пожелай. Что хочешь.»

«Я хочу быть волшебником.»

«Аарон, жид паршивый! Волшебником нельзя — я волшебник!»

Видение. Царица Савская стоит на краю стеклянного озера и смотрит на сияющий трон. Вот она ступает в воду и тонет. А на троне — Рушер. Но где же Соломон? Вот он, тоже стоит перед стеклянным морем, в котором тонет Маргиана Прекрасная. Он бросается к совей царице Савской и уходит вместе с ней под воду. Но почему ноги не достают до дна?! Ведь тут же мелко!

Рушер смотрит и смеётся: Аарон, жид паршивый, Мэллори не для тебя. Я — царь!

Они уходят всё глубже во тьму. Откуда здесь такая глубина? Навстречу всплывает Берайя. Разве ты реален, Берайя?! И да, и нет… И да, и нет…

Утром рано гости вышли посмотреть на восход. За ночь в голове Маргарет от бессонницы и упорных мыслей словно образовался ком, от которого давило в висках. Гости аллерсов опять уселись на краю выхода — хотелось вдохнуть свежего воздуха, и устали они уже от темноты, царящей в горе. Аллерсам свет не нужен, лишь для своих гостей они принесли гроздья светящихся насекомых. Гости уже три дня не выходили наружу, просиживая в нижних помещениях среди стариков и слушая легенды материка Ларсари и пытаясь их понять. В конце концов это безнадёжное занятие утомило их.

Запел воздух — значит, кто-то вылетает из горы. Или наоборот — идёт на посадку.

— Маргарет! — окликнул её напряжённым голосом Аарон.

Она подняла голову и увидела.

Прямо перед ними, совсем рядом, завис в воздухе Ахаллор. Его тёмные глаза внимательно смотрели на людей. И тут раздался голос Рушера:

— Маргарет?! Что ты делаешь тут, в моём сне? И ты, Коэн? Ты-то здесь зачем? Значит, я не ошибся — это вас я видел три дня назад! Вы прятались позади аллерсов! Ну что ж, теперь их участь решена. Передайте Гленнару, что я их обманул: пророчества лгут! Я сам подкинул их пророкам. Аллерсы, никогда, никогда не найдут хранилище Сил! Маргарет, ты сама придёшь ко мне! А тебе, жид паршивый, вообще конец!

И Ахаллор тут же взлетел под гул воздушных струй.

К пришельцам бежали аллерсы, их оттащили вглубь, входы закрывали. А гости словно окаменели. Маргарет сосредоточенно пыталась поймать ускользающую догадку.

— Как вы могли быть такими невнимательными?! — принялся ругаться подоспевший Ивлеарс, обращаясь почему-то только в Аарону. — Разве вы не слышали предупредительные сигналы рога? О приближении Синкрета всегда извещают! Да его и так слыхать — от его крыльев воздух поёт иначе! Надо было немедленно бежать внутрь! Ахаллор мой бы вытащить вас, как улиток, и утащить к Рушеру во дворец!

Но, кажется, вся его пламенная речь производила на гостей ничтожное впечатление — оба явно были не в себе.

— Как он нас видел? — пробормотал Аарон.

— Кто? Синкрет? — сердито спросил вождь. — У него глаза пока на месте.

— Нет! Рушер! Он же обращался к нам откуда-то! Он явно видел нас!

— В тронном зале Владыки есть всевидящее озеро. — сообщили ему. — Рушер может говорить через него с любым на планете.

— Вот они, зрячие воды Рушера! — воскликнул Аарон.

— Ну да. — с подозрением посмотрел на него Ивлеарс. — Тебе разве не говорили?

— И всё же Рушер не всевидящ и не всеведущ. — заявил гость. — Он ведь не знает, что Гленнар погиб.

Спорить с этим никто не стал — факт очевиден. Все уже думали, что инцидент исчерпан и хотели расходиться по своим делам, но тут выступила Маргарет — она в отличие от вождя поняла, что именно сказал Аарон. И тут же решительно высказала идею:

— Нам придётся отправиться к Рушеру в его дворец.

— Да ты сошла с ума! — в ужасе отозвался Ивлеарс. — Никогда ничего хорошего от этого не было! Попасть к Рушеру — верная гибель! Оттуда ещё никто не возвращался! И мы все тогда погибнем!

— Как раз наоборот. — ответила она. — Вы погмбнете, если мы не пойдём. Рушер сам сказал, что ваша участь решена.

— Дева, ты идёшь на смерть! — в отчаянии ответил вождь, видя, что все его доводы не действуют.

— Ивлеарс! — со смехом отвечала Маргарет. — Ты ничего не знаешь! Рушер влюблён в меня! Он не посмеет.

Аарон хотел что-то возразить, но промолчал.

— Да, я понимаю, что ты хочешь сказать. — по-своему поняла его бесстрашная Дева-воин. — Да, мы отправимся вдвоём. Мы откроем хранилище. Подлец Рушер думал, что надёжно спрятал вход в хранилище от аллерсов. Конечно, кто бы из них проник в тронный зал дворца на Рорсеваане!

— Что ты хотел сказать, Ааренс? — спросил вождь, впервые назвав его тем именем, которое звучало в пророчествах. Все разошлись, и Маргарет тоже удалилась.