Наталия Мазова - Андорэ и Эстелин, или Во дворце опять измена

Я злорадно усмехаюсь про себя. Среди Рыцарей Долины за этим столом не хватает одного, и лишь двоим в зале известно, какое такое неотложное дело предпочел Йоралин Даквортский песне на свадебном пиру... Лишь Россиньоль слышал ту фразу, которую я быстро шепнула Флетчеру сразу после свадебной церемонии, и видел, как мгновенно помрачнел его взгляд...

Растрейн тоже поглядывает в сторону королевского стола. И не молодая чета притягивает его взор - нет, не она, а затянутая в парадное платье - серебро звезд на бархате ночи - красавица Йоссамэл, гордо восседающая по левую руку брата. Старшая - но до сих пор не замужем. Не уступающая в красоте Клематис - но похожая на нее не больше, чем еловый лес на сосновый. Будь ее воля, соком аконита стал бы березовый сок в обрядовой чаше! Подле нее младшая из трех сестер, белобрысая Наинрин. Роскошное светлое платье в пене оборок болтается на ее тощей фигуре, как на вешалке или швабре. Эта умна и не истерична - удалась в отца не только внешностью - но уж больно любит быть каждой бочке гвоздем, а потом удивляется - чего это лорды и рыцари обходят ее стороной, как Гнилые Болота? Между прочим, эта парочка всегда на меня косо поглядывала - за то, что в преклоняющих передо мною колени я никогда не имела недостатка. Каждый такой (да простится мне гнусное женское самомнение!) воспринимается ими как добыча, выхваченная из их пасти. Эх, знали бы они, что я давно уже стремлюсь не привлечь новое внимание, но лишь удержать кое-какое старое...

Не желая лишний раз встречаться с ними взглядом, резко поворачиваю голову влево. А вот и аттары Черных Песков, полный комплект. К этим невольно проникаешься уважением. Вон тот, судя по всему, предводитель - спокойный, немногословный, со взглядом ястреба. Наверное, это Гисор, а вот этот, с нервным лицом и быстрыми движениями - Сальх. Резные лица с одинаковыми темными полосками усов, и одежда тоже одинаковая - даже ради праздника не отказались от своего черно-красного. Я чую сталь, что притаилась в широких алых рукавах, как змеи чуют землетрясение. Ибо велико напряжение аттаров, хоть они и прячут его, они сейчас - перетянутая струна... я тоже.

Боги мои, это что, Элаур до сих пор не кончил балладу или я не заметила, как он начал следующую?! Нельзя же так, всему есть предел! Склонился над лютней, ухоженная челка мотается ровно настолько, чтобы не растрепаться. (Беглая мысль: а родись этот персонаж где-нибудь в Сутях Города - наверное, лажал бы в стиле рок на еще одну извечную тему о дыме сигарет и ночном окне...)

Нет, какая-то я сегодня ненормально злоехидная. Хороших людей за этим столом на порядок больше. Взять того же Орсалла или Госпожу Моря Хилгеритт, или Сарда, нового командора Рыцарей...

Ох... Наконец-то он кончил! Тянет перекреститься, но Миру Великой Реки неведом Распятый, а потому вместо этого я демонстративно прикладываю ко лбу пальцы, сложенные колечком...

- Да простятся мне мои дерзкие слова! - это Россиньоль. Тоже наверняка чуть не уснул... - Всем известно, как хороши баллады Элаура, но не кажется ли вам, почтенные гости, что сегодня мы собрались здесь не вспоминать о горестях минувшей войны, а петь и радоваться?

- Истина! Точно так! - гул голосов со всех сторон.

- И, так как сейчас настала моя очередь петь для молодой пары и всех вас, я спою веселую Эрг-Лэйскую застольную песню!

Так... Готовность номер раз. Россиньоль предупрежден: петь такое, подо что я могла бы танцевать.

Россиньоль пробирается на место певца. И с первым же его аккордом - "Хэй, пусть звенят бокалы - снова нам мало, хоть наливали вовремя нам сполна!" - я срываюсь со своего места и, покорный движению рук, взлетает вверх мой черный полупрозрачный плащ. Нет, Мастер Мастера всегда поймет, даже если один из них еще Подмастерье - то, что надо!

Хэй,

Пусть красотки пляшут

К радости нашей,

Путь наш украшен

ласками юных дев!..

Изящная прическа, которую Лейримэл утром целый час сооружала на моей голове, рассыпалась в какие-то считанные минуты - ну и хрен с ней! Я кружусь между накрытыми столами, и вот уже двое или трое юных девиц, которых некому оказалось вовремя ухватить за подолы - в том числе Эймо - присоединяются ко мне. Веселье охватывает зал, в глазах появляется блеск.

- Спасибо, сестра, ты подняла всех! - кричит мне Клематис, когда я оказываюсь слишком близко от новобрачных. Это придает мне силы, и одним прыжком я взлетаю на стол, с которого уже убраны основные блюда, и там с торжеством завершаю свой танец.

Музыка смолкла. Что ж, своего я добилась - все взгляды прикованы ко мне. Сейчас я как Поющая на возвышении, средоточие порывов и энергий тех, кто у моих ног...

Так не дрожи коленками, Эленд, мать твою! Что делаешь делай!

- Государь мой Атхайн, и вы, отважный Тэйрин и дивная Клематис!.. Пусть я не менестрель, но есть у нас в Рябиновом Доле одно... - секундная заминка, - ...Слово, которое будет очень уместно на этой свадьбе. Дозволите ли вы мне говорить, владыки?

- Говори, Эленд Плетущая Чары, - величественный кивок Атхайна.

СЛУШАЙТЕ! ПОКУДА НЕ ПРОБИЛ ЧАС,

ПОКУДА ОСТАЛИСЬ СИЛЫ И ГОЛОС...

Я делаю глубокий вдох, словно собираюсь скрыться под водой. Мир вздрагивает от звука моего голоса:

- Зажгите свечи, и звезды зажгите!

Сегодня ночью для вас танцует

Прекрасная Алла из храма Сиры...

Слово - не из этой Сути. Силийское. "Андсира", "Долквир" непонятные здесь слова, но плевать. Пусть думают, что хотят. Я - Говорю. Я делаю свою работу.

- Стекайтесь скорее на главную площадь!

Сейчас она начинает свой танец,

Ступая по черным зеркальным плитам

Легко, как будто по облакам...

Море огней - то факелы светят,

Море голов - то замерли люди,

А музыка громче и все быстрее

Как сердце выдержит этот ритм?

Одна - в толпе, на земле и на небе,

Под тонким сиреневым покрывалом

Так беззащитно гибкое тело,

И кровь струится музыке в такт.

А там, во дворах, столы с угощеньем

Но не позволит Андсира пройтись ей

Босыми ногами в безумном танце

По мясу с кровью и по вину...

Я Говорю, я уже сама не слышу своего голоса - я настоящая Поющая. Все, кто в этом зале, протекают через меня - и я знаю, что Флетчер уже тоже здесь, замер у дверей в напряжении ожидания. А я срываю со всех оковы, как скальпелем по душе, и все тайное незаметно становится явным, и все, кто в силах прикоснуться ко мне мыслью, наделяются даром видеть сущность вещей...

- Зажгите свечи, и звезды зажгите!

Сегодня женится мой любимый,

И перед тем, как сойти в могилу,

В последний раз я танцую для вас!

Все, отказали тормоза... Нетерпение аттаров - прибой, что не в силах коснуться моих ног. И вот теперь можно вставлять ключ, умело выточенный под замок. Монотонно, нараспев, в бешено-завораживающем ритме: