А Шаров - Загадка рукописи N2 700

Даже с точки зрения ратлоков, работа исторических сочинителей должна быть признана не только вредной, но и бессмысленной, поскольку и те, кто читает, сразу забывают прочитанное. Все же нельзя отрицать пользы проектов Карла Бурдбаха (младшего) с моим дополнением, изложенным выше, и особенной важности осуществляемого мною опыта придания полной необозримости письменам посредством метода выгрызания.

Природа ратлоков инертна, но среди них попадаются - и во все большем числе - экземпляры, опасные именно чрезмерным развитием памяти.

Наблюдение.

19+-17'24" южной широты. 80+-10'24" восточной долготы. Ощутив сильный толчок и опасаясь кораблекрушения, выгрызся наружу. Все спокойно. На поверхности моря многочисленные белые плавучие предметы обширных размеров и с заостренной вершиной, состоящие, очевидно, из морской воды.

Для предупреждения простуды удалился внутрь резиденции.

Мнение.

Персонажи исторические делятся на два разряда:

1) включенные в справочники, руководства, энциклопедии, словари и списки, и

2) не включенные по разным причинам.

Персонажи второго разряда, к которым отношусь и я, обязаны развить свойство время от времени рассматривать себя со стороны. Только таким образом открывается возможность оценить свое значение в должных масштабах. Пример: глядя на себя изнутри, пирамида Хеопса узрела бы камень и мрак. А со стороны, по свидетельствам очевидцев, она представляет зрелище внушительное.

Прочтя вполголоса эти строки, академик Рысаков воскликнул; "Жук-параноик с манией величия!" "Не торопитесь с выводами", - отозвался профессор Кущеев.

Данные.

Порт N.

По возвращении в порт приписки он (тут снова "икс" говорит о себе в третьем лице. - П. С.), когда команда сошла на берег и все успокоилось, выгрызся и сквозь нездоровый густой туман, свойственный данной местности, увидал фрейлейн Пицци. Она одиноко стояла на пирсе и не спускала полных слез глаз с палубы, несомненно, тоскуя по н е м у и, в силу своей южнобаварской распущенной чувствительности, нетерпеливо ожидая свидания с ним. Однако, ощутив нездоровый здешний климат, действие которого сказывалось и при выдвижении наружу одной головы, он счел непоказанным подвергаться простуде и удалился внутрь резиденции.

Этим отрывком сводка заканчивается. Возвращаюсь к прерванному повествованию.

- Начну свое выступление демонстрацией диапозитивов, любезно изготовленных в фотолаборатории отдела Якова Борисовича Адамского, которому приношу глубокую благодарность.

Кущеев говорил монотонным голосом, не чувствовалось и следа воодушевления, проявленного им в начале совещания.

Адамский подошел к пульту. Помещение погрузилось в темноту, как в тот памятный первый день, когда по экрану рассыпались звездообразные каскады искр, а все мы были полны предчувствием тайны.

Не знаю, что переживали другие, но мне не давала покоя одна мысль:

"Как можно душевно постареть за недолгий, в сущности, срок".

Темноту пересек световой конус, наполненный мечущимися пылинками. На выпуклом экране четко возникли две строки изображений: уже знакомые нам чередующиеся фигурки жука и человека.

- Lyctidae - представитель семейства древогрызов подотряда жуков разноядных - Polyphoga, - раздался в темноте голос Мудрова.

- Весьма своевременная справка, Александр Михайлович, - поблагодарил Кущеев. - Позволю себе напомнить, что автор рукописи пишет о себе: "занял на фрегате вакансию Lyctidae ". Но я бы попросил сконцентрировать внимание на другом: сходстве двух строк - верхней и нижней.

- Кажется, что фигурки изображены одной рукой, - задумчиво сказал Рысаков.

- Одной рукой, Олег Модестович? - Кущеев еле заметно повысил голос, но сразу же сдержал себя. - Это общее мнение? Тогда замечу, что верхняя строка фотокопия фрагмента изучаемой нами рукописи, с увеличением в сто пятьдесят раз, а нижняя - воспроизводит иероглифы так называемой "Большой каменной таблицы" Лашенхорского раскопа.

... Экран погас. Шторы на стеклянной стене раздвинулись. Стало снова светло.

- Если первая строка, - продолжал Кущеев, - написана, или, вернее, выгрызена, по данным Александра Михайловича, несколько десятилетий назад, то строка нижняя высечена на камне шесть тысячелетий до нашей эры. Оба этих памятника письменности - двойники, разделенные восемью тысячелетиями.

- Но... - начал было Ромео Альбертович.

- Но, - перебил Кущеев Талиани, - если вы желаете выразить сомнение в доказательности трудов Бенкса, то осмелюсь утверждать, что хулители молодого исследователя основывались единственно на формуле всех консерваторов: "невозможно, потому что невообразимо", справедливо высмеянной академиком Рысаковым. Не так ли, Олег Модестович?

- Хм... - пробормотал Рысаков, предоставив каждому трактовать это междометие по-своему.

- В обоих изучаемых письменах, скажем так, есть и другие черты сходства, все более возбуждаясь, быстро, почти скороговоркой говорил Кущеев. - Не только "одной рукой", тут чувствуется и одна голова. "Крэнгская письменность" - в рукописи. "Столица нашего великого государства Крэнгс" - в Большой каменной таблице. В Таблице, как и в рукописи, встречаются слова "саглократлок" и "ратлок". Согласно Таблице, расшифрованной Бенксом, саглократлок в своей человеческой стадии разительно сходен с человеком обычным, но отличается...

Кущеев не заканчивал фраз, проглатывал окончания слов. Говорил сбивчиво, задыхаясь:

- Напомню, что слово "жук", как свидетельствует Даль, связано с понятием о "жизни в черноте": чернота подразумевается не только физическая. Обиходное выражение "ну и жук" говорит о пройдошливости, пролазливости, опасности того, к кому оно отнесено. "Свиньин - российский жук" - у Пушкина. Жук рифмуется с "злой паук". Слово "дхарм" и в Таблице и в рукописи лишено мистического смысла. Оно означает просто метаморфоз особого вида насекомых, которые в одной стадии развития становятся неотличимо сходными с Homo Sapiens, писал Бенкс. И дальше, в том же "Предварительном сообщении": "Метаморфоз, отличающийся от других, изученных энтомологией, обратимостью, позволяющей ему (насекомому) каждый раз при изменении окружающих условий менять насекомообразную форму на человеческую". Бенксу кажется необъяснимым в метаморфозе гигантское увеличение массы тела при переходе в человекообразное состояние. Но вспомним у Даля: "Вырос наш жук с медведя". Дхарм - переход в человекообразное состояние происходил либо у отдельных экземпляров - "разведывательный" (по терминологии Бенкса), либо это был "Большой "дхарм" "при возникновении массовой потребности в определенных профессиях или видах деятельности, к которым саглократлок единственно приспособлен".