Ларри Нивен - Проект «Барсум»

Улыбка Хармони стала светлой и прозрачной, как китайский фарфор.

Замдиректора и посол энергично пожали друг другу руки.

После затянувшейся паузы посол Арбенц произнес:

— Думаю, это грандиозный успех. Собрать так много представителей разных народов, профессий и интересов в одном месте и в одно время — это что-то значит. Сомневаюсь, что такую работу смогла бы сделать какая-либо другая организация.

— Время покажет, победа это или провал, господин посол. Есть много вещей на свете, которые поважнее примитивного человеческого эгоцентризма.

— Совершенно верно.

К мужчинам подошла ослепительная высокая брюнетка.

— Вы еще не знакомы с моей племянницей? — осведомился Арбенц. — Шарлей, Шарлей, познакомься с Тадеушем Хармони и Алексом Гриффином.

Девушка, застенчиво улыбаясь, по очереди протянула мужчинам руку. Плоскогрудая и стеснительная, она, однако, была необычайно мила и трогательна.

— Я так счастлива, что попала сюда.

Эта фраза, сказанная Шарлей как-то по-детски наивно и непосредственно, добила Гриффина окончательно.

— Вы тренировались все эти восемь недель перед игрой?

— Да. Вообще-то это моя вторая игра, — Шарлей грустно вздохнула. — Я укрепляла ноги на беговой дорожке и велотренажере и, кажется, переусердствовала: у меня болят колени.

— Надеюсь, что перед игрой все будет нормально.

— Я тоже надеюсь, — неожиданно серьезно сказала девушка. — У меня два колена, а Парк Грез только один.

— Вы уже определились, с кем будете играть? — поинтересовался Гриффин, добавив про себя: «Черт, куда же запропастился этот Марти?»

— У меня есть подруга. Мы познакомились через Интернет. Она испытанный и отчаянный игрок. Мы играли вместе в нескольких видеоиграх. Я предвкушаю, как мы с ней здесь развернемся, — глаза девушки заблестели. — Нет, я до сих пор не могу поверить, что я здесь.

— Мне это чувство знакомо, — кивнул Алекс. Он очень часто слышал самые восторженные отзывы об играх в Парке Грез.

Неожиданно Шарлей коснулась ладонью его руки.

— Эти эффекты… они такие… настоящие. Как это удается делать?

— О, это большой секрет, — заморгал Алекс. — Знаете, после игры я познакомлю вас с эльфами. Хорошо?

— Чудесно! Большое спасибо!

Как только Хармони и Алекс покинули посла и девушку, шеф Службы Безопасности вновь ощутил напряженность, исходящую от мистера Хармони.

— Послушайте, Алекс… — неожиданно начал представитель «Коулз Индастриз».

Внезапно на запястье руки Гриффина заверещал браслет.

— На связи мой оффис, мистер Хармони. Извините.

— Хорошо, поговорим позже, — несколько разочарованно ответил Тадеуш и тактично отошел в сторону.

«О чем он там говорит? Что происходит?» — мучительно думал Хармони, прохаживаясь между гостями и украдкой поглядывая на занятого шефа Службы Безопасности.

Получив инструкции, Алекс проследовал к одной из многочисленных боковых дверей. Нажав несколько кнопок, он услышал в ответ долгий зуммер. Бросив последний взгляд на Марс, Гриффин переступил порог и исчез из виду.

ГЛАВА 2

КЛУБ «БУЙСТВО ПРИЗРАКОВ»

Гвен Райдер уже давно была наслышана о «Буйстве призраков», однако она долго стояла в дверях этого заведения, не решаясь войти.

На первый взгляд клуб напоминал библиотеку. Шкафы с книгами тянулись на полстены. На полках стояли огромные, богато иллюстрированные фолианты, посвященные исключительно кухне, кулинарии и виноделию. Некоторым томам было больше двухсот лет, а другие увидели свет лишь вчера.

Одну поваренную книгу, «Диету Беверли Хиллз», хозяева клуба давно разодрали самым безжалостным образом и оклеили ее страницами целую стену, от пола до потолка. Было забавно смотреть, как некоторые клиенты заведения подходят близко к стене и, уставившись в пожелтевшие тексты, неслышно шевелят губами.

Еще одна стена была оклеена огромными плакатами с изображениями изысканных десертных блюд. Тут же висел наглядный график, показывающий, сколько калорий сжигают участники традиционного нью-йоркского марафона.

Часы показывали 14.20. До прихода Олли оставалось десять минут. Хотя время ланча минуло, в заведении было еще полно народа. У всех завсегдатаев: у старых и молодых, веселых и грустных, одиноких и в больших компаниях — было общее. Все они казались круглолицыми, упитанными, а некоторые даже патологически тучными.

Гвен с удивлением узнала среди завсегдатаев клуба Робина Боулза, актера, сейчас живо раздававшего свои автографы всем желающим. Она недовольно нахмурилась, но не из-за популярности Боулза. Гвен неприятно поразило его чрезмерное веселье. Шести футов роста, упитанный и довольный, Боулз вальяжно развалился в просторном кресле, подписываясь на титульном листе своей последней книги.

«Слава Богу, что в „Буйстве призраков“ нет недостатка в просторных креслах», — подумала Гвен.

Только сейчас она заметила Мейзи Хендерсон, которая отчаянно махала ей рукой, сидя за четырехместным столиком. Мейзи была невысокой женщиной с пышными формами и круглым румяным лицом. Рядом с ней сидел мужчина много крупнее и старше.

Гвен пришлось подойти. Мужчина тотчас же вскочил с места и вежливо поклонился. У него были длинные черные волосы и окладистая пышная борода. Гвен бросилась в глаза серебряная пряжка размером с ладонь, украшающая ремень.

— Гвен, вы уже знаете моего мужа Аврама, — сказала Мейзи. — Теперь он фанатик всех этих магических игр.

Аврам вымученно улыбнулся, поцеловал Гвен руку и тяжело плюхнулся в свое кресло. Вид у обоих супругов был довольно усталым.

— Должно быть, вы насладились игрой «Восточные ворота», — Гвен надеялась, что ее широкая улыбка ничем не задела Мейзи и Аврама. — Как насчет участия еще в какой-нибудь авантюре? Я попыталась проверить себя в «Лыжном спуске с Эвереста» и должна сказать, что…

Не дослушав, Мейзи склонилась к Авраму и, указав пальцем в сторону Гвен, произнесла:

— Покажи-ка ей, ради меня.

— Дорогая, у меня нет сил.

Гвен успокаивающе положила руку на плечо Мейзи.

— О! Я уже насмеялась. Довольно. — «Боже мой, — подумала она, — эта Мейзи надоела мне со своими анекдотами и историями об играх еще в колледже».

Вообще надо отметить, что в юности Гвен и Мейзи наигрались вдоволь. Дюжина ребят и девчонок или все те, у кого было свободное время, собирались в чьей-нибудь комнате в общежитии и ставили двухсуточную игровую кассету. Гвен нравилось плутать в лабиринтах старинных игр. Именно там и в то время она почувствовала вкус к настоящей игре, какую ей теперь мог предложить Парк Грез.