Павел Шумил - Любит — не любит

— Галка, вот тебе карандаш, бумага, запиши как можно подробнее все, что помнишь из письма.

— Зачем?

— Пиши, потом объясню.

Пока я писала, он все рылся в бумагах в секретере. Там, где у меня квитанции на оплату коммунальных услуг. Потом сел верхом на стул, дважды перечитал мои каракули. Кивнул.

— Ну да.

— Что? — не удержался я.

— Ты детективы любишь?

— Не.

— А я люблю.

— Я знаю.

— Откуда?

— У тебя три полки ими забиты.

— Правильно… Слушай, у меня в кармане тоже было письмо! И тоже без имен.

— Ну и что?

— Как — что! Письмо с фотографиями, чтоб я узнал, где живу, что я в отпуске, что у меня два свободных месяца впереди. Все как у тебя! Это что? Ни о чем не говорит?

— Говорит. Только о чем — не знаю.

— А то, что письмо пропало?

— Как у Фантомаса?

— Нет. Совсем. Нет его — и все. Слушай, нам надо проверить квартиру на жучков.

— И тараканов! Ты детективов начитался.

— А ты очевидных вещей замечать не хочешь. Это все подстроено!

— Что — все?

— Ну, то, что нам мозги поменяли. И теперь за нами наблюдают!

— А письма?

— А письма — это чтоб мы в психбольницу не угодили! Я же хотел в поликлиннику идти. Сказал бы, что упал, головой стукнулся, ничего не помню. Ни имени, ни адреса. Пусть разбираются. А потом письмо прочитал, решил чуть подождать. Вдруг само пройдет.

Вот тут мне стало страшно. Страшнее, чем в тот момент, когда женщиной стала. Потому что поверила. Потому что все факты укладывались как патроны в обойму.

— Но что им от нас надо?

Сергей наморщил лоб.

— А что мы сейчас делаем? С нами сотворили страшное, а мы стараемся собой остаться. По-человечески жить.

— Реакции на нас изучают — вот как это по-научному называется. Мы — мышки в лабиринте. Идем!

— Куда?

— Куда Макар телят не гонял.

Сергей удивленно поднимает брови, потом кивает и натягивает ботинки. Я достаю с антресолей мощный аккумуляторный фонарь, разводной ключ, веду Сергея на второй этаж. Там живет Толик, мой старый знакомый еще со школы. Сейчас он на даче, но ключ от его квартиры у меня есть.

— Дай ключи.

Сергей протягивает мне связку. Открываю дверь, складываю в сумку кое-что из Толиковой одежды.

— Идем.

Спускаемся в подвал. В подвале у нас бомбоубежище. То ли со времен прошлой войны, то ли на случай атомной. Хорошее, теплое, сухое бомбоубежище. Мне с детства все подвалы в районе знакомы. В спелеологов играл.

Разводным ключом поворачиваю головки четырех запоров на толстой железной двери. Сергей включает фонарь. Запираю за собой дверь, щелкаю выключателем. Свет загорается.

— Раздевайся, — говорю Сергею и первая сбрасываю одежду. Толикова рубашка на мне как платье. А штаны чуть ли не до подмышек. У Сергея картина обратная. Рукава по локти. Складываю нашу одежду в сумку, саму сумку — в угол под скамейку и веду Сергея за следующую стальную дверь.

— Вот теперь можешь говорить.

— Думаешь, здесь нас не прослушают?

— Сегодня — нет. Если в одежде и были жучки, то все за дверью остались. Завтра Они могут что-нибудь придумать на такой случай, а сегодня — вряд ли. А если нас и сейчас прослушивают, то хана полная, и нечего об этом думать.

А потом мы почти час строили гипотезы. С пришельцами и без пришельцев, со злым умыслом и без, против нас и против всего человечества… На благо человечества… А потом Сергей сказал:

— Глупости все это.

— Почему?

— У нас улик нет. Без улик все это — слова.

Все-таки в подвале холодно. Я покрепче прижалась к нему и положила его руку себе на талию. Сам ведь не догадается. А это тело старается меня в бабу превратить. Ну и пусть. Не буду противиться.

— Где я тебе улики возьму?

— Галка, вдвоем мы — команда! Думать буду я, а ты специалист по оперативной работе.

— Был специалист, пока ты в мое тело не переехала.

— Глупая, ты ничего не поняла. Когда сила понадобится, ты меня позовешь. Я — теоретик, а ты практик. Как с этим подвалом — я бы в жизни не догадался.

— Уговорил. Что делать, шеф?

— Думать! Кто послал письма, мы не знаем, так?

— Так.

— Глубже копаем. Почему у тебя два отпуска подряд?

— Взял за этот год, и за предыдущий.

— А почему ты взяла их подряд?

— Тогда я был ОН! А почему взял, тебя не касается!

— Ну и глупо. Много мы так надумаем, если друг от друга будем улики прятать. Вот я сразу могу сказать, что ВЗЯЛА два отпуска, потому что обратилась в брачную контору. И мне там поставили условие: два месяца на медовый месяц. На привыкание к мужу. Иначе брак будет непрочным, и они ничего не гарантируют.

Я даже вскочила. Потому что месяц назад я тоже обратился в брачную контору. И мне выставили такое же нелепое условие. А перед этим две недели гоняли на компьютерных тестах, снимали энцефалограммы и брали анализы. Контора мне показалась серьезной. Солидный офис. И цены — сорок баксов, если не смогут подобрать партнера, и двести — если подберут. С возвратом суммы, если брак распадется в течении полутора лет.

Свои шансы я оценивал трезво. До тридцати жениться не успел, характер — не сахар, а бегать за девочками — времени жалко. И вообще, я бы на экономку согласился. Жаль, они вымерли после семнадцатого.

— Тебя на компьютерах тестировали?

Сергей кивает.

— А анализы брали? — еще кивок.

— А больше за последние полгода в моей жизни ничего необычного не было, — предупреждает он мой следующий вопрос.

— Это они! Печенкой чувствую, они!

— Я тоже так думаю. Что теперь делать будем?

— А ты что предлагаешь?

— Хитрая какая! Теперь твоя очередь! — возмущается Сергей. — Я тебя на цель вывел? Вывел.

— Надо похозяйничать в их офисе. Когда узнаем, что они из себя представляют, решим, что с ними делать. И откладывать это нельзя! Завтра они будут настороже. Идем сегодня ночью.

— Слушаюсь, шеф!

— А перед этим напишем завещание и пошлем по почте Толику. Если что, он заявит, куда следует! А наше исчезновение подтвердит серьезность дела!

— Тут могут быть варианты, — задумывается Сергей. — Ну ладно, второпях ничего лучше все равно не придумаем.

Не нравится мне, как себя Сергей ведет. Хмурится, губы кусает. И пассивный. Всю подготовку я должна вести. Сунешь одежину в руки, скажешь, где потайной карман пришить — пришьет. И опять застынет. А когда я начала раскладывать отвертки, ножи и пилочки по карманам, Сергей не выдержал.

— Галя, я не буду брать нож. И ты оставь, пожалуйста, кастет дома. Я тебя убедительно прошу.

Вслух! Конспиратор, ежкин кот!

Затащила его в ванную, включила воду, высказала все, что думаю. Молчит, губы кусает, в пол смотрит.