Марина Казанцева - Стамуэн

Мальчишка смотрел, как пойманный зверёк. Перед своим носом он держал крепко сжатый кулачок.

— Опять?! Ну, ты, брат, и вымогатель, — усмехнулся Вилли и принялся шарить по карманам в поисках чудом завалявшегося ещё одного десятицентовика. И в самом деле отыскал!

Ребёнок что-то прошептал. Послышалось что-то вроде «мара».

— Вот держи, но учти: это последняя!

Вымогатель искоса глянул на монетку и к немалому удивлению Вилли даже не подумал взять. Вместо этого он сунул свой чёрный кулачок прямо под нос студенту и с торжествующим видом разжал ладонь. На угольно-чёрной, без всякого светлого пятна, узкой ладони лежал полированный плоский каменный квадратик со сложным геометрическим рисунком и крошечной дырочкой в одном углу.

— Понимаю, — серьёзно ответил Вилли. — Ты предлагаешь мне обмен. Это точно твоё? Ни у кого не украл?

Ребёнок поднялся на цыпочки и, вытаращив свои необыкновенные глаза, прямо-таки сунул квадратик Вилли в нос. Едва студент принял странный дар, мальчишка тут же развернулся и бесшумно убежал обратно в город. Вилли догнал Маркуса.

— Что это? — спросил он, показывая приобретение.

— Маранатас! — воскликнул тот, схватившись за губы и тревожно оглядевшись. — Где ты его взял?!

— Мальчишка дал, — удивляясь реакции проводника, ответил Вилли.

— Маранатас… — задумчиво проговорил Маркус. — Кто бы подумал! Парень, ты обладатель состояния.

— Состояние?! За десять центов? — изумился тот. — Расскажи-ка поподробнее.

— Не сейчас. И не здесь. И хорошо сделаешь, если никому не скажешь, где и как ты приобрёл маранатас Императора Мёртвых! Понял? Никому!

Глава 3. Ночное наваждение

В лагере был переполох. Берелли так и не появился. Но, это ещё полбеды. Когда, отчаявшись его найти, Мариуш Кондор пришёл к выводу, что случилось несчастье, он хотел связаться с консульством. И тут обнаружил, что передатчик разбит вдребезги. А далее выявился ещё более непонятный факт: у всех машин оказались пробитыми баки. Экспедиция осталась без транспорта и без связи. Мариуш рвал и метал. Он подозревал всех и каждого.

— Ну ничего, — уговаривала его Эдна, ходя следом. — в консульстве догадаются, когда в определённый час мы не выйдем на связь.

— Нет, вы не понимаете всего трагизма ситуации! — кипятился профессор. — У нас не хватит воды, чтобы дождаться, когда они изволят сначала понять, как вы говорите, а затем прибыть за нами!

Это было совершенной правдой: питьевой воды едва хватило бы до послезавтрашнего дня — всего две десятилитровых канистры. Ещё вчера Франко Берелли должен бы отправиться с фургоном к Ахаггару, чтобы привезти новый запас. Он каждые три дня катал по пустыне и отлично ориентировался на местности. Даже непонятно, как он вообще мог куда-то уйти и заблудиться. Теперь же вода оказалась стратегическим продуктом.

Профессор тут же поставил двоих студентов для охраны запасов. Он назначил суточную норму каждому. И были эти нормы так скромны, что стало ясно: душ отменяется.

— А где берут воду местные жители? — поинтересовалась Эдна. Она всё ещё не представляла себе масштабов бедствия.

— Они ходят за ней в одну пещеру, — нехотя признался переводчик.

— Так и мы пойдём за ней! — воскликнула неунывающая врач.

— Не всё так просто, — пробурчал Маркус. — Если у нас кончится вода до того, как нас найдут, я подумаю о такой возможности.

Самым важным вопросом на сей момент оказались поиски пропавшего куда-то экспедитора.

Вечером все участники экспедиции собрались за столом под навесом — они сидели на раскладных стульчиках, только Кондор никак не мог успокоиться и мерил землю быстрыми твёрдыми шажками.

— Прежде всего я требую, чтобы не было никакой паники! Паника лишь усугубит наше положение! — потребовал он, решительно рубя воздух своей загорелой сухощавой рукой.

Профессор остановился и осмотрел присутствующих. Никто не паниковал, но все внимательно его слушали. Он возобновил свою беготню вокруг тента.

— Второе. Никаких самовольных отлучек!

Профессор снова остановился и внимательно обозрел окрестности, словно ожидая набега конных туарегов с первобытными копьями наперевес и автоматами Калашникова за плечами. Большинство сидящих тут же с опаской посмотрели в безмолвную вечернюю пустыню.

С уходом дня резко похолодало, и синие тени от барханов выглядели очень подозрительно. Вдали, почти у самого горизонта, виднелась одинокая скала. Белесое небо на западе и густая тьма на востоке. Множество, невообразимое множество звёзд в бездонном небе физически ощутимо подавляли рассудок. Пустыня казалась враждебной и полной страшных тайн, а старый Стамуэн — жилищем привидений.

— Третье, — твёрдо внушал профессор. — завтра делимся на пары и прочёсываем каждый камень в обозримом пространстве. Раскопки на время прекращаем. Охрана воды круглосуточная.

Все побрели прочь, по своим палаткам. Страх, поначалу захвативший студентов, рассеялся. Ну, подумаешь, несколько дней придётся обойтись без душа!

Вилли остановился и достал, пока никто не видит, из кармана маранатас. Зеленовато-серая пластинка при свете звёзд едва мерцала. Если пристально смотреть на выступающий узор, то начинает чудиться, что камень глубок и в этой глубине перемещаются тени. Похоже, что эта вещица — единственное, что есть интересного в этом умирающем от дряхлости и неуязвимом для влияния культур Стамуэне. Может, это не что иное, как древние деньги, оставленные тут кем-то из приезжих? Тогда Вилли плохо сделал, что скрыл от профессора этот маранатас. Но, Маркус велел помалкивать и, судя по его испугу, неспроста!

Как удобно, что в загадочном квадратике есть маленькая дырочка. Можно носить этот талисман на шее. Вилли поспешил в палатку, куда уже залез его сосед — Джед Фальконе. Следовало перед танцами переодеться во что-нибудь почище.

Лунный серп ссохся и готовился вот-вот исчезнуть — скоро новомесячие. Старая шаария сидела на крыше своего дома и неотрывно смотрела на осколок убывающей луны. Она тихо раскачивалась и мерно повторяла, обращаясь к небу:

— Дух Нарождающийся, найди себе живую душу. Да запоёт Источник. Да соберутся Трое, чтобы встретить Четвёртого. Да прекратятся жертвы.

Внизу, в каменной хижине, свернулся в клубок и молча дрожал ребёнок. Он держал денежку у самых губ и безмолвно шептал ей свои просьбы и молитвы.

Профессор Кондор не имел ничего против того, чтобы молодёжь веселилась. Чем дольше они будут думать, что всё не так плохо, тем лучше. Сам он вдвоём с Маркусом рассматривал карты местности. Необходимо решить задачу: либо уходить завтра утром, что будет очень трудно, поскольку пешими они далеко не уйдут, а вода закончится раньше. Либо искать источники. Проводник Маркус склонялся к первой версии, а Кондор — ко второй.