Кэролайн Черри - Испытание Шанур

— Охотница Пианфар, ваша настырность напугала бы даже чи. Мой подарок показался вам слишком незначительным?

— Хаккикт, я знаю, как использовать его к нашей обоюдной выгоде. Этот вопрос не терпит отлагательств. Если вы пришлете посыльного, я все расскажу подробнее.

Пауза.

— Охотница Пианфар, вы меня заинтересовали. Но я не вижу причины посылать к вам одного из моих сккукун, а потом дожидаться его возвращения.

К тому же мне нечего сказать вашему экипажу. На Центральной я сделал вам одно предложение, которое вы, как вы помните, отклонили. Я снова делаю вам это редкое предложение. Но на этот раз вам придётся подняться на мой корабль. Если это вам действительно нужно. Жду вас у себя — через час.

Щелк.

Пианфар откинулась в кресле.

— Капитан, — сказала Хэрел, — о боги, капитан… Пианфар посмотрела на неё:

— Вот так…

— Что же теперь делать? Связаться с Джиком?

— Зачем? Мы получили вызов, кузина. Я получила. Сфик. Игра началась.

— Они хотят добраться до вас, о боги, им не нужен Золотозубый, им нужны вы! Вы же слышали, что рассказывал Тулли про этого кифа, да и вы прекрасно знаете, что нужно Сиккуккуту. Вы встречались с Золотозубым, значит, знаете то, что так хотят знать кифы…

— Они убьют пленников. Если я не пойду, они наверняка их убьют, да ещё расскажут нам об этом. Если я не пойду, кифы начнут нас презирать. И тогда все.

— Вам нельзя туда ходить!

— Не ходить тоже нельзя. Нет. Этот безухий ублюдок просто нас проверяет. А я начинаю думать, что научилась понимать кифов. Со мной ничего не случится — пока ему будет интересно. Но мне нужна компания. Не хочешь прогуляться?

— Конечно хочу, — ответила Хэрел, с понурым видом пожимая плечами. — О боги, почему бы и нет?

Глава двенадцатая

Воздух Кефка стал вязким от запаха аммиака. Хэрел закашлялась, едва ступив на трап, Пианфар чихнула и почувствовала, как начали слезиться глаза, несмотря на принятые антиаллергены. Хэрел нарядилась в свои лучшие одежды, на фоне синей ткани поблескивали золотые кольца, браслеты на руках и браслет с колокольчиком на ноге, а на поясе, украшенном звонкими золотыми и серебряными цепочками, висели чудовищных размеров автоматический пистолет и нож. На Пианфар были красные шелковые бриджи, золотые браслеты, пояс и множество золотых сережек. Помимо автоматической винтовки у неё были нож и карманный пистолет.

— Мы похожи на пиратов, — заметила Хэрел, когда они подошли к шлюзовой камере.

— Настоящие пираты там, за дверью, — ответила Тирен.

Ким говорил что-то, а Хилфи и Герен хмурились и покусывали усы…

— Знаете что? — не выдержала Герен, с тревогой глядя на них. — Я, пожалуй, пойду с вами…

Хэрел:

— Не лезь.

И Тулли, потом:

— Куда ты идти — куда идти, Пианфар? Она не стала ему отвечать.

— Дай пройти, — сказала она, встретившись с ним в коридоре. — Я занята, Тулли. Я спешу.

— Осторожно, — ответил он, глядя ей вслед.

С тех пор как он вернулся из кифского плена, с его лица не сходило испуганно-тревожное выражение. Пианфар представила себе, как ему скажут, куда они пошли, когда они с Хэрел будут уже далеко. А ещё лучше, когда вернутся.

Когда.

Они шли по доку, Пианфар и Хэрел, освещённые адским светом натриевых прожекторов, окутанные густым дымом и отвратительным запахом аммиака. Откуда-то, словно с болота, тянуло влажным туманом. Повсюду мелькали чёрные тени кифов. Они виднелись возле складов, стен, цехов. Док Кефка освещался лишь тусклым натриевым светом, и единственным ярким пятном в этом мраке было белое пятнышко аргоновой лампочки, освещающей круглый стальной вход.

«Ккккт. Ккккт», — слышали хейни, проходя мимо кораблей кифов. Кифы, среди которых, конечно же, были те, с кем они уже встречались, увидев их, начинали собираться в группки и перешептываться, видимо решая, как подумала Пианфар, а не сошли ли с ума эти две хейни, разгуливающие здесь в одиночку.

(«Нет, вы только посмотрите на неё, — воскликнул Ким, когда увидел, как она вырядилась перед предстоящей вылазкой. — Это ты так оделась, чтобы посетить воровской притон? Пи, ради богов!»)

Конечно, нацепить на себя столько золотых украшений, когда идешь в логово кифов, мог только тот, у кого был сфик. «Пусть знают, что мы можем доставить им кучу неприятностей, — сказала Пианфар, когда они с Хэрел обсуждали предстоящую вылазку. — Пусть знают, что мы их не боимся».

Открыто ходить по причалу, надев яркие одежды и украшения, — и пусть кифы не забывают, что с экипажем «Гордости» шутки плохи, вот что решили они с Хэрел.

К тому же их пригласил сам хаккикт. По крайней мере на пути туда они были его гостями.

— Удивительные существа эти кифы, — прошептала Пианфар, когда никто из кифов не мог их услышать, — мне кажется, что все те, кто здесь находится, сейчас чувствуют себя так же спокойно, как и мы. Мы взлетели высоко, и они тоже, а ведь кифы умеют оценивать обстановку. Всегда знают, куда ветер Дует.

— Просто они другие, — ответила Хэрел. — Не злопамятны — и, о боги, всегда готовы чем-то торговать. Непостоянный народ. Я думаю, хейни их никогда не понимали. Может, не нужно нам было тащить с собой Сккукука, а?

— Я сама об этом думала. Но мне всё время кажется, что он какой-то странный. Не хотелось бы мне подпускать его к оружию.

— Ага. Мне тоже.

Внезапно они почувствовали какой-то запах. Кровь. Он перебивал даже запах аммиака. Пианфар зашипела и фыркнула:

— О боги.

Хэрел выругалась от отвращения:

— Мерзость какая.

— Мы почти… пришли, — начала было говорить Пианфар, но тут же осеклась, когда увидела кифский корабль: секция номер двадцать восемь, «Харукк». Здесь кифов было намного больше, а запах крови стал ощущаться ещё явственнее.

Он становился все сильнее и сильнее по мере того, как они подходили к кораблю. Вдоль ведущего к нему стального трапа тянулся ряд металлических столбов на опорах, на каждом из которых виднелся какой-то тёмный предмет.

— Проклятие, — пробормотала Пианфар, — Хэрел, держись.

Это были головы кифов. Кифы ходили вдоль секции номер двадцать восемь, не обращая никакого внимания на этих страшных наблюдателей. Пианфар и Хэрел вместе со всеми поднялись по трапу, каждую секунду ожидая окрика часового.

Их никто не окликнул. Они прошли первый столб, и Пианфар с холодным любопытством взглянула на предмет, украшающий его верхушку.

— Вот так расправляются с оппозицией, — отметила Хэрел.

— Чтобы другие были сговорчивее, — пробормотала Пианфар. Каждый заходящий на «Харукк» киф должен был видеть это зрелище, чтобы знать, что такое победа одних и поражение других.