Дмитрий Вейдер - Евангелие от Ram Stein

– Но более восьмисот лет… это уму непостижимо…

– Да, друзья мои, этот срок слишком большой для живущего существа. По преданиям, древние гиперборейцы тоже не знали смерти… их жизнь была спокойной и размеренной до Катастрофы и пришествия козлиноподобных… устав от жизни, их старики находили покой в водах Северного океана, куда они бросались, увитые цветами. Это помнили еще и древние греки, вообще все народы сохранили в своей исторической памяти предания о "золотом веке".

– Но начало тринадцатого века! Откуда…

– Продление жизни было доступно и в иных формах… за счет жертвы другими людьми. Группа безумцев или патриотов, как бы мы сейчас назвали, была одержима восстановлением Великой Империи… я пытался привлечь к этому делу русских князей, но, увы, и они были во власти раздоров. Однажды в Палестине мы добрались до тайного замка одного из духовно-рыцарских орденов латинян (глаза Евпатия-Маркса полыхнули огнем, зажглись ненавистью)… мы пытались расправиться с венецианцами, но проклятый Гандоло умер своей смертью, передав магистерскую корону своим последователям… оставались только крестоносцы и их предводители. Они добились своего, в развалинах древнего храма они нашли пещеру с заточенным за массивными серебряными печатями существом - безумным потомком предшествовавшей волны козлиноподобных. Они вступили с ним в сделку, согласно которой в обмен на жизни тысячи невинных младенцев они получат секрет долгой жизни и неуязвимости. Каждый участник этого тайного общества мог получить почти что бессмертие в обмен на свой вклад - сотни и тысячи безвинных младенцев. Тебе известно, что такое Детские крестовые походы?

– Да… но это было в несколько другое время и он был один…

– Хорошо поработали западные историки в более поздние века! Корабли с "живым товаром" приплывали со всех сторон. Обманутые родители искренне считали, что их дети наследуют царствие Божие. Но существо требовало все новых и новых жертв для своих мерзких опытов. Раньше мы считали все это мистикой и колдовством. Но только позже я понял, что склеп этого существа, лихорадочно пытавшегося вспомнить свои темные знания, больше всего напоминал… генетическую лабораторию. Что-то у них там не ладилось, возникали споры в среде верховных магистров. Информация по крупицам просачивалась и в среде профанов. Я и пятьдесят моих спутников, когда-то входивших в дворцовую стражу Константинополя, преисполненные религиозного пыла и ненависти, пошли на борьбу с дьявольскими отродьями.

– Пятьдесят человек против десятков тысяч?

– Сам замок охраняла отборная орденская стража в количестве тысячи двухсот человек. Плюс несколько магистров и до сотни посвященных рыцарей Храма Зла. Они держались особняком среди всех крестоносцев и делали свое дело до конца… Ночью, когда дьявольская церемония близилась к концу, мы напали на замок. Пятьдесят достойных мужей положили свои жизни, пока мы пробивались к алтарю. Более жаркой битвы и одновременно мерзкого и кровавого зрелища я не видел. Нагие трупы жертвенных младенцев - посреди тел воинов, крови и ихора, гноя этого существа.

– Но как вы справились с Бафометом?

– Посмотри на свое оружие… Зов предков привел меня в далекую северную страну, и я был в этой странной пещере, способной навевать видения.

– ?

– Было два меча… один из них у тебя, да и (он задумался) и другой тоже скоро поступит в твое распоряжение…постарайся один сохранить, а второй - разобрать и использовать для создания подобного оружия. То, что не удалось в веке тринадцатом, возможно в двадцать первом.

– Но как?

– В конце битвы существо столкнуло меня в чан с теплым и сладким варевом… ты понимаешь, что это было. От чана исходили какие-то колбы и трубки. Я погрузился в него с головой. Этого оказалось достаточно. Осознание ужаса от того, во что я попал, дало мне сил, я вырвался и, сломав древний клинок, использовал его истинное свойство, раскроив монстра. С его смертью древние капище и храм стали рушится. Я едва успел выбраться наружу, когда замок, вернее, то, что от него осталось, вспыхнуло синим пламенем и огромный гриб расцвел над развалинами. Все свидетели, даже уцелевшие в пекле, были мертвы. На сто полетов стрелы вокруг вымерло все живое. И только я, проклятый кровью младенцев - остался.

– Прости нас, что мы заставили тебя вновь пережить случившееся…

– Ничего, это и так глодало мою душу более восьмисот лет. Мою историю ты знаешь, а вот здесь, - Евпатий протянул старинный оптический диск, - содержится более подробная информация и описание возможных проблем, связанных, хм, с твоим новым состоянием. Мое бессмертие - одновременно и мое проклятие… я должен нести этот крест до конца своей жизни, потому что оно досталось такой неимоверно жестокой ценой. Тебе - проще и одновременно сложнее. Постарайся ничего не рассказывать о своей способности к трансформации никому, даже Ордену.

– Но эта история, она напоминает… - Евгения с ее даром исследователя была неугомонна.

– События более чем двухтысячелетней давности. Избиение младенцев Иродом, желавшим получить абсолютную власть над миром и стать царем царей.

– Из каких источников это было известно? - Евгения, считавшая себя сведущей в исторических апокрифах, продолжала расспросы.

– О существовании Ордена упоминалось еще в свитках Александрийской библиотеки. Часть из них после пожара была спасена и укрыта в Константинополе. Крестоносцы в 1204, как и арабы до них в 7 веке в Египте первым делом постарались уничтожить эти записи. Древний Орден боролся с демонопоклонниками, которые начинали забирать власть в Римской Империи, используя Палестину в качестве оплота. Катафракт и прокуратор Понтий Пилат как мог, усмирял бунтовщиков, но они съезжались туда со всего мира, из неизвестных земель и из провинций Империи. Мирное население страны оказалось между молотом и наковальней. Две силы должны были столкнуться в это время. И долго еще на этой земле не утихали отголоски тех страшных событий, не было мира и покоя. Люди видели даже в свои двоюродных братьях тайных врагов. Вековая ненависть сжигала их…

Не единожды прислужники темных сил пытались принести кровавую жертву своим богам, чтобы получить власть над миром. Не повезло им и тогда, более двух тысяч лет назад - вместо огненного дождя на многострадальную землю пролились слова человеколюбия и смирения. Впоследствии отделения Ордена во главе с Пилатом много постарались, распространяя свет нового учения и давая людям надежду. Не повезло последователям козлиноподобных и в моем случае и, надеюсь, не повезет им и сейчас.