Михаил Емцев - Клочья тьмы на игле времени

— Знаки, приметы и особые слова, достопочтенный.

— Скажите, прошу вас, каким человеком должен быть каменщик?

— Это должен быть человек, родившийся от свободной женщины, достопочтенный.

— Где вы сначала готовились сделаться масоном?

— В моем сердце, достопочтенный.

— Как готовили вас?

— Я не был ни раздет, ни одет, ни босой, ни обутый, с меня снят был всякий металл, я был с завязанными глазами, с веревкой на шее. Тогда меня повели к дверям ложи в неподвижно-подвижном положении, под руку с другом, в котором я узнал потом своего брата.

— Как вы могли узнать, что тут была дверь, когда у вас были завязаны глаза?

— Потому что нашел я сначала стену, а потом получил допуск, достопочтенный.

— Как получили вы допуск?

— Тремя сильными ударами, достопочтенный.

— Что вам сказано было изнутри?

— «Кто там?»

— И что вы ответили, брат?

— Человек, который желает получить и просит участия в благах этой достопочтенной ложи, посвященной святому Иоанну, как это сделали до него многие братья и товарищи.

— Почему вы надеялись получить это участие?

— Потому что я родился свободным и пользуюсь доброй славой.

— Что вам сказали на это?

— «Войдите».

— Как вы вошли?

— По острию меча, или копья, или другого военного оружия, которое приставили к моей обнаженной груди.

(Сидевший с шофером клавалер обернулся и, перегнувшись через спинку, больно ударил Мирчерта рукояткой пистолета. «Не вздумай выкинуть какую-нибудь штуку», — предупредил он связанного по рукам и ногам человека. Синий «лендровер» взял подъем и свернул в узкую пальмовую аллею.)

— Братья! — сказал мастер. — Помолимся Великому и Всеобщему Архитектору мира и Строителю человека о благословении всех наших предприятий, о том, чтобы новый друг стал нашим верным братом, чтобы ниспослал он мир и милость и сделал нас причастными к божественной природе.

Тихий хор братьев хлынул из темноты. И оборвался вдруг.

— О чем спросили вас, когда дали вы обязательство?

— «Чего вы желаете больше всего?»

— Как ответили вы?

— «Быть приведенным к свету», — ответил я. — С глаз моих сняли повязку, и я увидел себя перед братьями, направившими в грудь мою обнаженные мечи.

— И что еще увидели вы?

— Библию, наугольник и циркуль — три великих светильника масонства. Библия управляет нашей верой, наугольник делает прямыми наши действия, циркуль соединяет нас со всем человечеством.

— И что еще увидели вы?

— Три свечи — три меньших светильника масонства. Свеча-солнце управляет днем, свеча-луна управляет ночью, а свеча-мастер управляет ложей. Затем мастер взял меня за правую руку и дал мне прикосновение и слово новопринятого ученика.

«Прикосновение, которым братья ученической степени узнают друг друга, состоит в том, что надо ногтем большого пальца прикоснуться к правому суставу правой руки брата. Слово есть Иакин, произносимое братьями раздельно и по очереди: первый говорит «Иа», второй — «кин». Ученик должен знать и другое слово — «Боаз», без него нет двуединства столбов волшебных Соломонова храма. Наконец, знак ученической степени — правой рукой горизонтально провести у шеи. Если будете знать это, братья всегда узнают в вас брата, куда бы ни забросила вас судьба. На каком бы языке ни говорили братья, они всегда распознают друг друга» [22].

— Это брат наш! — сказал мастер.

(Синий «лендровер» подъехал к глухим воротам в каменной стене.)

«ТЗК, или Тайный Знак Клансмена. Это треугольник, на котором сделана надпись «ЯК», что означает «Я — клансмен». Когда вы находитесь в чужой местности или в незнакомом городе, все, что вам нужно сделать, чтобы связаться со своими братьями, это спросить: «Вы не знаете здесь мистера Яка?» Это означает: «Вы клансмен?» Если опрошенный окажется клансменом, он ответит вам так: «Да, я знаю мистера Яка» [23].

— Это шпион иезуитов! — раздался голос из темноты.

(Синий «лендровер» дал сигнал, и ворота стали медленно вдвигаться боком в стену. Светлый прямоугольник рос. На две трети он был голубым небо, на треть зеленым — трава. Потом показалась ферма под черепичной крышей. Типичная креольская гасиенда тридцатых годов прошлого века.)

Мирчерт напряг мускулы и попытался ослабить веревку на руках. Запястья занемели, и боль в них росла. Пол под ним дернулся, и он ударился головой об угол жестяной канистры. (»Лендровер» въехал в ворота фермы 111.)

Белый кабинет. Матовые стекла на окнах. Волосатые бегонии в расписных горшках на подоконнике. Бестеневая лампа под потолком. Два молодых, вполне интеллигентных молодых человека в белых халатах помогли ему раздеться. Оставили только трусы. Потом усадили в белое пластмассовое кресло. По виду зубоврачебное. Двумя ударами по педали подняли выше. Уложили руки на подлокотники. Застегнули белые пластмассовые ремешки. Это походило на подготовку больного к не очень серьезной операции. Мелькнули возле самых глаз чьи-то руки. Чистые, холеные руки. Рыжеватые волоски на нижних фалангах пальцев. Тщательно подточенные и отмытые ногти. На безымянном пальце серебряный перстень. В круглом матовом круге черным нарисованы крест и буквы ККК.

Над локтевым сгибом укрепили резиновую трубочку. Крепко обмотали руку черной эластичной тканью. Словно собирались измерить кровяное давление. «145/80, - автоматически отметила память. — Легкая форма гипертонии». На раскрытую ладонь положили круглую латунную пластинку, от которой уходил в стену тонкий проводок в красной хлорвиниловой оплетке. Мирчерт отдаленно представлял себе, с чем имеет дело. Очевидно, это был датчик прибора, регистрирующего потоотделение. Латунную монетку закрепили кусочком лейкопластыря. Так приклеивают телеметрические датчики космонавтам в НАСА. Он видел это по телевидению. Другую металлическую пластинку с голубым проводком сунули под язык. Датчик слюноотделения. На голову надели обруч с какими-то призмами и параболическими зеркалами. Регистрация расширения зрачков. Включили яркую лампочку, сфокусированный свет которой бил в лицо. Велели несколько раз моргнуть. На установленном в углу кабинета самописце запрыгал световой зайчик. Медленно завертелся барабан с разграфленной зеленым бумажной лентой. Еще один датчик с белым проводком прикрепили в области сердца. На запястье правой ноги надели резиновую манжету, от которой тоже тянулся провод. Электрокардиограмма. Датчик с зеленым проводком пришлепали к кадыку. Регистрация сглатывания слюны.

Процедура окончена. Молодые люди пощелкали тумблерами, проверили, как сматывают барабаны перфорированную ленту. Детектор лжи был готов к работе. На сером обтекаемом пульте загорелось круглое зеленое окошечко. Беспощадный световой луч жег глаза. С тихим жужжанием на окна наползли черные шторы. Погасла бестеневая лампа под потолком. Вокруг была черная тьма. Только горячий луч бил в лицо. Но внезапно и он погас. Темнота сомкнулась, как вода вокруг утопающего.