Уильям Кейт - Бригада «Боло»

– Плохо. Боло, даже обладающие сознанием, как наш друг Фредди, остаются машинами и подчиняются машинной логике. Возьмем ПВБ один и пять. «Стрелять первым нельзя» и «если тебе приказывают стрелять, надо получить подтверждение правомочности приказа». Впрямую эти пункты не противоречат друг другу, но формулировки расплывчатые. Боло, обычно реагирующий на приказ ну, скажем, в течение двух тысячных секунды, может потратить целых восемь, а то и десять сотых секунды, обдумывая все возможные варианты решения задачи. А это означает, что он может не успеть взорвать плохого парня и сам получит удар, прежде чем окажется в состоянии среагировать.

– Они думают так быстро?

– Гораздо быстрее, чем мы. Проблема еще и в том, что при таком количестве туманных приказов Боло легко может войти в логическую петлю. Он закончит тем, что будет сидеть, бесконечно бормоча что-то вроде «да, я могу, нет, я не могу, да, я могу», не способный больше ни черта делать.

– Я думала, что Боло гораздо умнее! Он помедлил с ответом, как будто подбирал наиболее удачные слова:

– Они действительно умнее. То, о чем мы говорим, относится к глубокому программированию. Это не имеет ничего общего с тем, как на самом деле думает Боло. Понимаете?

– Конечно понимаю. Если бы мы говорили о человеке, то обсуждали бы то, какой набор нейронов сработает первым, а не то, какие у него при этом мысли в голове.

– Вот именно! Хорошая аналогия. Ладно. В программу Боло встроен еще один набор инструкций. Он называется «Система Логического Разрешения Критических Конфликтов» и предназначен для решения подобных проблем. Говоря коротко, взвешиваются все опции и производится действие – либо по заранее определенным параметрам (скажем, в данной ситуации это важнее того), либо, в других случаях, так же, как человек решает проблему, подкидывая монетку… в нашем случае – путем генерирования случайного числа.

– Тогда в чем же проблема?

– Проблема в том, что эти чертовы ПВБ не уравновешены и основаны на извилистых наборах инструкций вроде «если-это-случится-не-делать-того-кроме-как». Фредди так запутался бы в ПВБ, что не смог бы эффективно сражаться.

Алекси проницательно посмотрела на Донала. Она что-то услышала в его голосе… и в том, как он построил последнюю фразу.

– Э-э… вы сказали «не смог бы». Как я понимаю, вы что-то сделали, чтобы преодолеть эту проблему.

– Э-э… – растерянно пробормотал он.

– О, не беспокойтесь, – рассмеялась она. – Я не собираюсь бежать с докладом к губернатору Чарду. Что вы сделали? Стерли ПВБ?

– Ну, на самом деле я не могу этого сделать, не затрагивая большую часть высших логических функций. Кроме того, всякий раз, когда Фредди подключается к диагностическому компьютеру базы, ПВБ проверяют, чтобы убедиться, что они в целости и сохранности. Если кто-то удалит их – а этим «кем-то», честно говоря, могу быть только я, – то людям это очень не понравится.

– И что же вы тогда сделали? Он вздохнул:

– Вы точно никому не скажете?

– Эй, я такая же чужая в этих краях, как и вы, Донал. Мы должны держаться друг друга!

– Ну раз вы так говорите, – улыбнулся Донал. Он немного подумал и пожал плечами. – Ладно. Я заменил Систему Логического Разрешения Критических Конфликтов.

– Что?

– Это был единственный способ. Я не мог просто добавить новый набор инструкций, потому что тогда Фредди точно начал бы жонглировать цифрами. Так что я просто поставил заплатку, написал новый набор программ, вошедший туда, где были правила разрешения конфликтов. Если я скажу особую кодовую фразу – не буду говорить какую, потому что он нас слышит, а я не хочу неожиданных проблем, – то вместо того, чтобы задействовать СЛРКК, он получит приказ удалить все ПВБ. Таким образом, никто ничего не замечает. Пока он на базе. Но если мы вступим в бой и дело будет дрянь, я скажу эту фразу, и Фредди перейдет в ничем не сдерживаемый боевой режим.

– Очень хитро, – сказала она. – Вы проделали это с обоими Боло?

– Я написал программу для Фредди. А он передал ее Ферди.

– У вас могут возникнуть очень большие проблемы.

– Это уж точно, – улыбнулся он. – Ну, обо мне ведь нельзя сказать, что я делаю все по учебнику.

– Вы не в первый раз обходите приказы, которые вам не нравятся?

Его улыбка разом померкла.

– Да, не в первый.

Она внимательно смотрела на Донала. Он казался довольно замкнутым и предпочитал не говорить о себе, но существовали вопросы, которые она обязана была задать.

– Донал…

– Мм?

– Я… я взяла на себя смелость просмотреть ваше личное дело. – Она прикусила губу и опустила взгляд, внезапно смутившись из-за этого признания. Записи были доступны любому, кто имел столь же высокий уровень допуска, что и она, но сейчас ей пришло в голову, что он может счесть это вторжением в его личную жизнь. – Вы были под трибуналом на Гаспаре.

– Да. – Он не выглядел рассерженным или шокированным. Скорее он казался смирившимся, как будто, признав это, он был готов рассказать и все остальное.

– Послушайте, я знаю, что это не мое дело, но…

– О, я вовсе не против рассказать об этом кому-нибудь. Как вы могли заметить из всех этих выговоров и специальных отметок, у меня была, скажем так, довольно пестрая карьера. Мне тридцать шесть лет, и я уже никогда не стану капитаном.

– Но тридцать шесть – это не такой уж значительный возраст!

– Не для лейтенанта армии. Я столько раз проходил мимо списков повышения в звании, что… ну этого просто уже не будет! В тот последний раз я командовал Боло в составе роты, отправленной на Дальгрен. Слышали о таком?

Она покачала головой. В Галактике было столько планет, даже если считать только заселенные людьми.

– До нас здесь доходит не слишком много новостей.

– Ну, на Дальгрене было восстание. Поселенцы объединились с аборигенами Дрозан против правительства системы. Правительство… ну, это была довольно мерзкая диктатура. Зато оно входило в Конкордат. Они обратились за помощью, и послали мою роту. Четыре Боло и группу поддержки.

– Четыре Боло! Это же огромная мощь!

– Это было просто смешно! Одного Боло было бы достаточно для прямого боя, но правительство решило, что если один – хорошо, то четыре – великолепно. Главная проблема была в том, что местные поднаторели в партизанской тактике. Нападения, отступления, засады и тому подобное. Командование Дальгрена решило, что если мы сотрем с лица земли деревни, поддерживающие повстанцев, то они выйдут из леса и сдадут оружие. Безмозглые идиоты. Главным там был генерал Бэзил Мозер. Мы называли его Без-Мозга, что может дать вам о нем некоторое представление. Говоря коротко, я не подчинился прямому приказу. Я должен был приказать Кевину – я командовал боевой системой Боло Марк XXVI/E-1104-KBH, очень умной машиной, – снести городок под названием Ростовер. И я не смог этого сделать.