Майкл Суэнвик - Кости Земли

Сама она села за стол, Джимми встал у окна.

Молли подумала, как обрадовалась бы Сэлли, узнав, что после своего ухода она занимает их мысли гораздо больше, чем раньше. Гертруда Сэлли входила в число людей, дискредитирующих свои собственные идеи силой, с которой они их навязывают. Теперь, когда ее не было рядом, они могли спокойно обсудить ее предположения и, возможно, прийти к выводу, что она права.

– Сэлли – ключ ко всему, – сказал Молли.

– Как это? – холодно поинтересовался Джимми.

– Она обо всем догадалась. Что происходит. Почему тормозят переговоры. Обо всем.

– Ты уверена?

– Абсолютно. Она еще умней, чем о ней говорят.

Гриффин вздохнул, встряхнулся, выпрямился. «Тик-так», – подумала Молли. Он напомнил ей включившийся механизм. По этой причине она и ушла с работы – ей не нравилось, что система делала с людьми, как она ожесточала и ломала их душу. Между тем Гриффин взял разговор в свои руки.

– Мы забежали вперед. Давайте-ка вспомним порядок событий.

Гриффин начал первым, поведав о том, как он после очередного тура бесплодных переговоров вернулся в коттедж, чтобы обнаружить исчезновение Сэлли и своего специального допуска. Затем Молли рассказала, как сопровождала Сэлли к временному туннелю.

– Я не могла предположить, что она выкинет, – смущенно объяснила Молли. – Я и не догадывалась, как дьявольски она хитра.

– Куда она отправилась? – спросил Гриффин.

– Не имею понятия. Видимо, в будущее. С вашим пропуском она могла поехать куда угодно. Если бы Сэлли вернулась в кайнозой или мезозой, Старикан был бы уже здесь. А поскольку его нет...

Молли пожала плечами.

– Как далеко в будущее?

– Не знаю.

– Ты можешь найти туннель, которым она воспользовалась? – спросил Джимми.

Молли закрыла глаза, вспоминая.

– Да.

– Тогда мы можем догнать ее.

– Что? Как?

– Ну, у нас есть свои способы. Честно говоря, о некоторых из них я не имею права даже догадываться...

– Нет, – сердито оборвал Гриффин своего адъютанта. Затем снова обратился к Молли: – Почему Сэлли отправилась в будущее? Что она хотела там найти?

– Трудно сказать. Но всю дорогу она толковала о конце линии. Об истинных хозяевах путешествий во времени в миллионах и миллионах лет от Терминал-Сити.

– Она так сказала?

– Не впрямую. Старалась не проговориться, но это было нелегко. Намекала то так, то этак.

– Это правда, – подтвердил Джимми. – Идеи у нее бьют через край.

– Через некоторое время я бросила попытки добиться прямого ответа и просто стала анализировать ее оговорки. Мне кажется, я нашла в них кое-какой смысл.

– И какой же? – насторожился Гриффин.

– Она постоянно переводила разговор на то, как здесь тихо. Как все неиспорченно влиянием разумных существ. Говорила, что собирается уйти подальше, посмотреть дикую природу, но не отреагировала на сообщение о том, что в здешней экосистеме абсолютно нет крупных животных. Мне кажется, Сэлли считала, что они вымерли после какого-то серьезного события, и не хотела, чтобы мы тоже об этом догадались.

– Она и мне намекала на тишину, – вспомнил Джимми. – Но я не придал этому значения.

Молли подумала, что она с самого начала была невысокого мнения об умственных способностях Джимми. Непонятно, зачем Гриффин взял его сюда.

– Это имеет огромное значение, – ответила она. – Это значит, что у животных просто не было времени адаптироваться к новым условиям.

– Не понял, – сказал Джимми.

– Эволюция, – пояснил Гриффин, – не похожа на стрелочку из учебника, где на одном конце выползающая из воды рыба, а на другом – белый мужчина в деловом костюме. Она развивается по всем направлениям, где есть возможность занять пустующую нишу. В обычных условиях таких ниш просто не существует. Пустынная мышь, забредая в поля, встречает там мышей полевых. Она не может собирать зернышки так же быстро и прятаться от сов и лис так же ловко, как они. Ей остается лишь вернуться в пустыню или умереть. Но после крупных катаклизмов пустующие ниши, свободные от хищников и конкурентов, оказываются повсюду. Поэтому представители одного и того же вида могут эволюционировать в разных направлениях, стараясь заполнить их. Они увеличиваются, они уменьшаются, они учатся лазить по деревьям. Глазом моргнуть не успеешь, а уж кругом мыши размером с зайца, мыши размером с бегемота, мыши-бизоны, а также саблезубые мыши и мыши-медведи, чтобы охотиться на всех остальных. Это достаточно быстрый процесс, требуется всего-навсего около десятка миллионов лет, чтобы ниши заполнились заново. Поэтому тот факт, что здесь они пустуют, дает возможность утверждать, что Земля пережила какой-то катаклизм, и это время не может быть родным временем Неизменных.

Он нахмурился.

– Я бы и сам это заметил, не будь я так занят переговорами.

– В общем, – сказала Молли, – вы согласны.

– И что из этого? – спросил Джимми.

– То, что Терминал-Сити – всего-навсего карантинная станция для животных, пересылаемых затем куда-то еще, а также склад различных предметов, которыми пользуются лишь иногда.

– Погоди. Если Неизменные – наши потомки, как же они могли не пережить каких-то там событий?

– Сэлли предполагает, что они не наши потомки.

– Но они выглядят как люди!

– Она тоже так говорила. И еще о том, что они не пахнут. Сэлли так часто к этому возвращалась, что я задала себе вопрос, какой же живой организм не имеет запаха.

Молли помолчала, ожидая, что Джимми задаст вопрос.

– Ну? – спросил вместо него Гриффин.

– Искусственный. Неизменные пришли к нам с приборами для странствий по времени в одной руке и правилами пользования – в другой. Естественно, мы решили, что они и есть их изобретатели.

– Елки-палки! – воскликнул вдруг Джимми. – Поглядите-ка на эту образину!

Молли обернулась и посмотрела в окно. Нелепый длинномордый хищник медленно шествовал вдоль берега реки.

– Я видела такого в Терминал-Сити! Он меня до смерти напугал.

– Это всего-навсего эндрюзархус, – раздраженно сказал Гриффин. – Потому и большой! Кто-то же должен быть большим, и нечего из-за этого такой шум поднимать! Сядь, Джимми. На стул, спиной к окну.

Джимми покорно повиновался.

– Продолжай, – обратился Гриффин к Молли.

– Да, собственно, все. Во всяком случае, идея Сэлли объясняет, почему все Неизменные одного роста, вида и размера и так нам симпатичны. Они просто сконструированы для этой работы – контактов с нами. А еще понятно, почему переговоры зашли в тупик. Мы не с теми разговариваем. Это не наши спонсоры, это их слуги, роботы.

Некоторое время стояла тишина. Затем Гриффин сказал:

– Нам надо поговорить с Неизменными.