Джон Кристофер - Маленькие человечки

Она попросила Мэри передать всем ее просьбу собраться в гостиной. Дэниел пришел последним и остановился у двери.

– Боюсь, что обед будет сделан на скорую руку, – начала Бриджет. – Холодное мясо, картошка и салат. А потом… в Баллине есть неплохая гостиница, где любой из вас может остановиться. Естественно, я не буду требовать оплаты за пребывание здесь.

– Вы не правы, – возразил Уоринг. – Мы заплатим.

– Тот, кто настаивает, может заплатить по счету, – улыбнулась Бриджет.

– Вы закрываете гостиницу? – спросил Мэт.

– Да.

– Надолго?

– Навсегда.

– А маленькие человечки?

– Останутся здесь полноправными хозяевами. Если известие о них просочится в прессу, я буду все отрицать. Надеюсь, и вы поступите так же. Юридически этот дом остается моей собственностью, но я не собираюсь высылать приглашения репортерам, операторам или, – она бросила взгляд на Уоринга, – известным ученым.

– Да, – сказал американец, – вы, наверное, правы.

Бриджет была удивлена – именно от него она ожидала возражений. Правда, ситуация слегка изменилась – понятно, что желание изучать существ, которые вполне могли сами проводить эксперименты над людьми, у него поуменьшилось, но она не думала, что Уоринг отступит так легко. Что-то мучило его. Скорое прощание с дочерью? Это казалось маловероятным, но никогда не знаешь, что у человека на уме.

Другие не вызывали у нее тревоги. А Хелен и Мэт давно хотели, чтобы их оставили в покое. Дэниел… ему лишь хотелось забыть обо всем, вернуться в знакомый мир, где он чувствовал себя в безопасности и его авторитет не подвергался сомнению.

– А что вы сами намерены делать? – спросил Мэт.

– Я останусь здесь, пока не подыщу место для миссис Малоне и Мэри. Затем, наверное, пойду учиться на администратора гостиницы. – Она улыбнулась. – Мне хочется заниматься этим делом и дальше. Надеюсь, таких сложностей, как здесь, у меня больше не возникнет.

Никаких препятствий к этому она не видела. У нее осталось достаточно денег, чтобы прокормить себя, – по крайней мере в течение двух лет, и она не сомневалась, что найдет себе место и добьется успеха. Наследство, полученное от дяди Шеймуса, для нее не представляло особой ценности. Правда, доверие, которое она испытывала к людям, порядком пошатнулось. Но задумываться об этом не стоило. Человек должен рассчитывать только на себя, а не на кого-то другого, пусть даже любимого. Ну, а неудачи ничуть не унизительны. Главное – выполнять свои обязанности… (Она вспомнила о миссис Малоне и Мэри.) Ну, а легче это делать, когда ты не связан узами любви и не подвержен самообману.

– Что с ними станется? – спросила Черри.

– С маленькими человечками? Думаю, у них не будет проблем. Они станут здесь хозяевами, а еды им хватит надолго.

Бриджет подумала, что время от времени можно будет пополнять запасы провизии в доме. Правда, в этом случае на нее ложится ответственность… Впрочем, не такая уж и обременительная.

– Вы не думаете, что они разбредутся по стране? – спросила Черри.

– Сомневаюсь, – ответил ей Уоринг. – Вспомни, ведь они до этого жили только в одной комнате. Похоже, они домоседы и вряд ли изменят своим привычкам. А этот дом слишком далек от цивилизации, автострад и тропинок, по которым бродят длинноногие туристы.

– А их потомки? – подал голос Мэт.

– Не думаю, что такое возможно. Если у животного вырезать гипофиз, оно не будет иметь потомство. Они вряд ли смогут размножаться.

– Так что в мир из болот Киллабега не выйдет никакое зло, – сказал Мэт. – Да и какое это зло? Они могут насылать свои чары ночью, но когда восходит солнце, с подобными лилипутами можно справиться одной левой… ногой. Лучше всего оставить их здесь.

Черри, которая стояла рядом с ним, придвинулась поближе; их руки соединились. Бриджет заметила, что Хелен следит за ними.

– Мы не хотим останавливаться в Баллине. Но ведь там можно взять машину напрокат? – спросила Хелен.

– Конечно, – ответила Бриджет. – Я все устрою.

Американка повернулась к Уорингу и Черри, ее голос стал громче и принял повелительный тон:

– Мы доедем до Дублина, потом на самолете отправимся во Францию, а оттуда, скорее всего, на машине в Италию.

– Только без меня, – сказала Черри.

– И ты, милочка. – Хелен изобразила улыбку.

– Я не против того, чтобы поехать в Дублин. Мы поженимся, как только Мэт получит разрешение.

– Это он тебе сказал? Значит, он не только совратитель, но еще и лгун. Ты – несовершеннолетняя и не можешь выйти замуж без согласия родителей. Он юрист и должен знать законы.

– Он знает не только законы, – подал голос Уоринг, – а также и то, что я даю разрешение. Этого, кажется, достаточно.

Хелен уставилась на него:

– Я чего-то не понимаю. Ты думаешь, твой подвиг тянет на приз «Отец года»? Если ты считаешь…

– Я считаю, что когда не можешь победить, нет смысла продолжать борьбу, – сказал Уоринг. – Надеюсь, тебе это тоже известно. Давай соблюдать приличия, а, дорогая? А сами будем жить, как Дарби и Джоан.

– Ты еще пожалеешь об этом, – на удивление тихим голосом сказала Хелен.

– Не думаю.

Все молчали. Хелен опять заговорила:

– Все эти приятные сны, игра света, наслаждение друг другом – считаешь, что это надолго? Думаешь, прошлой ночью ты видел свет над дорогой в Дамаск?

– Нет, – сказал Уоринг, – не свет. Скорее, Божью кару. – На его лице появилась отрешенная улыбка. – Мы теряем Черри, но мы остаемся вместе, дорогая. Нам ведь больше ничего не надо.

Хелен продолжала смотреть на него, но отвечать не стала.

– Значит, есть повод устроить маленький праздник? – спросила Бриджет.

– В холодильнике стоит бутылка шампанского. Дэниел, принеси ее, пожалуйста. И не забудь про бокалы.

– Да, конечно.

Он не мог встретиться с ней взглядом. Когда Дэниел вышел, у Бриджет на мгновение возникло чувство, будто она что-то теряет – даже не любовь, а что-то другое. Может быть, боль, которую она должна была испытывать? Бриджет убеждала себя в том, что это ерунда. Нет ничего лучше свободы и самостоятельности. Да, собственно говоря, ведь ничего не изменилось: она осталась прежней Бриджет, просто лучше узнала себя.

Дэниел принес шампанское и открыл бутылку. Напиток зашипел в бокалах.

Раны лечатся, боль стихает. Конечно, когда-нибудь эта боль вернется, но жизнь полна событий, которые помогут о ней забыть. Она благодарно улыбнулась Дэниелу, когда он подал ей бокал.

Бриджет подумала о маленьких человечках, перевязывающих раны у себя в норах. Их появление дало чтото и людям. Безумие или самопознание… а может, и то, и другое? «Нет, – подумала она, – я в здравом уме. Я только не чувствую себя счастливой, но это пройдет. А возможно, человечки просто дали нам то, что они хотели дать, а мы могли воспринять».