Тильда Гир - Дальние континенты

Потом в самой глубине ума Иеро зародилось страшное подозрение. Постепенно оно всплыло на поверхность и оформилось, приобретя четкую формулировку. Священник вздрогнул.

- Клуц! - осторожно окликнул он своего старого друга. - Как ты себя чувствуешь, приятель?

- Да в общем ничего, - вяло ответил Клуц. - Только ничего не хочется.

- Послушай... - Иеро подошел к лорсу и похлопал его по мощной лохматой шее. - Мне кажется... ну... извини, но мне кажется, что это самое поле, которое ты один и способен уловить, как-то на тебя действует. Лишает активности, что ли... ты не хочешь от него укрыться?

- Укрыться? - Лорс поднял голову и посмотрел на Иеро. Северянин ужаснулся. В больших влажных глазах Клуца он увидел выражение глубокого безразличия. Лорсу было совершенно все равно, что с ним происходит. Он отказывался анализировать собственное состояние.

Брат Лэльдо был сейчас вне досягаемости, он говорил со своими наставниками, оставшимися на далеком американском континенте. Лэса и Горм вряд ли могли оказать существенную помощь, да и ни к чему было раньше времени устраивать панику. Иеро решил, что сначала он попытается сам справиться с неожиданно возникшей неприятной ситуацией.

Он быстро сбегал к седельным сумкам, аккуратно сложенным на траве, и быстро отыскал несколько нужных ему предметов. Иеро не зря носил звание священника-заклинателя. В его арсенале было несколько приемов, которыми он и подобные ему специалисты старались пользоваться лишь в самых крайних случаях, поскольку ритуалы, сопровождавшие, например, установление защиты от сглаза и подобных ему ментальных вторжений, отнимали слишком у священников слишком много сил и значительно сокращали их собственную жизнь. Однако сейчас было не время для сомнений.

Вернувшись к лорсу, Иеро надел на голову рогатого друга венец из коротких ярких перьев, переплетенных шелковыми нитями. Нижняя часть венца была украшена маленькими бусинками, тщательно выточенными из раковин речных моллюсков особого вида. И перья, и бусинки обладали немалой магической силой.

Вторым предметом, принесенным священником, был тонкий шелковый плащ, на который трудолюбивые руки нашили множество змеиных и рыбьих чешуек.

Главным для Иеро сейчас было одно: укрыть Клуца от воздействия этого треклятого неощутимого поля. Развернув чешуйчатый плащ, Иеро вернулся к Клуцу и тщательно укутал друга в легкое шелковое полотнище.

Затем священник тихо запел, пританцовывая на месте и ритмично взмахивая коротким деревянным жезлом, на котором было вырезано множество магических символов. Медленная тягучая мелодия звучала уныло и однообразно. Но через несколько минут ритм изменился, Иеро прошелся в танце вокруг лорса, время от времени громко выкрикивая отдельные слова на древнем языке своих предков-индейцев...

Клуц не обратил ни малейшего внимания на действия священника. Он стоял, глядя прямо перед собой, и из уголка его рта свисал недожеванный стебель какой-то аппетитной травы. Иеро подождал немного, всматриваясь в лорса и всей душой надеясь, что тот очнется... но этого не произошло. То ли плащ и венец не давали достаточной защиты, то ли на обратный процесс нужно было больше времени. Но Иеро боялся, что изменения в уме его давнего друга станут необратимыми. И он решил еще кое-что предпринять.

Отойдя в сторонку от Клуца, Иеро принялся мысленно звать Лэсу и Горма:

- Эй, бродяги! Наплюйте на рыбу, возвращайтесь скорее! Тут у нас небольшая неприятность.

Иеро не хотел передавать подробности ментальным способом, потому что у него возникло опасение, что невидимое и неслышимое поле, накрывшее прилегавшую к горной гряде равнину, существует не само по себе, и что тот, кто его генерирует, может услышать разговор американцев. Хотя, конечно, он мог услышать его в любом случае... но всякая мера предосторожности казалась северянину не лишней.

Не прошло и трех минут, как Горм и Лэса уже стояли перед Иеро, вопросительно глядя на него. Священник кивком головы указал на лорса и сказал:

- Поле его глушит. Мои методы, похоже, не помогают. Лэса, думай, что у тебя имеется в запасе для похожи случаев? Горм, в ваших северных лесах умеют, конечно же, снимать сглаз. Как вы это делаете? Давайте пробовать все подряд.

Лорс никак не отреагировал на присутствие друзей. Он по-прежнему смотрел в пространство безразличным взглядом больших темных глаз, и стебель травы по-прежнему свисал из его рта.

- Сглаз? - задумчиво переспросила Лэса, разглядывая лорса. - В общем, действительно похоже... хотя, конечно, это воздействие другой природы... ну ладно, попробуем.

Она сняла с шеи один из своих многочисленных амулетов и что-то передала медведю на узкой направленной волне. Горм негромко зарычал и затоптался возле Клуца, делая передними лапами такие жесты, словно обирал с лорса что-то невидимое, - то ли паутину, то ли какие-то тонкие нитки... Лэса повесила амулет на правый рог Клуца и запела. Мелодия, вырывавшаяся из кошачьего горла, была очень похожа на ту, которую лишь несколько минут назад выводил Иеро. Горм продолжал снимать с головы Клуца невидимые нити. Через минуту лорс осторожно повернул голову и спросил:

- Что это ты делаешь?

Иеро чуть не подпрыгнул от радости, увидев, что его верный скакун начинает оживать, и весело ответил за медведя:

- Да вот, решили тут нарядить тебя, как майское дерево. Как ты себя чувствуешь?

- Да вроде нормально, - с некоторым удивлением в мысленном голосе ответил Клуц. - А что?

- Ты в последние полчаса выглядел слишком унылым, - пояснил священник. - Вот я и забеспокоился. А ты по-прежнему ощущаешь то поле, или нет?

Клуц на несколько мгновений замер, прислушиваясь к чему-то внутри себя, а Иеро стоял перед ним, по-прежнему держа в руке деревянный жезл.

Наконец лорс ответил:

- Да, ощущаю. Но...

- Что - но? - тут же вскинулись Горм и Лэса. Иеро тоже насторожился. И следующие слова Клуца отнюдь не успокоили всех троих:

- Оно стало... что-то в нем изменилось...

- Что именно? - резко спросил Иеро. - Оно стало сильнее? Слабее?

- Погоди... не то и не другое. Я не понимаю... - Клуц глубоко вздохнул, осторожно повернул голову направо, налево... и вдруг попросил: Лэса, повесь что-нибудь мне на второй рог!

Иир'ова поспешно выбрала еще один амулет из своего немалого запаса и повесила его на второй рог лорса. Иеро с некоторым недоумением отметил, что если первый амулет выглядел как простой плоский камешек с дыркой посередине, сквозь которую был продет кожаный шнурок, то второй амулет ничуть не походил на первый. Это была тщательно вырезанная из черного дерева крохотная фигурка беременной женщины, держащей в руках кувшин. Лэса провела длинным пальцем по животу деревянной женщины и отступила от Клуца на несколько шагов.