Анастасия Крамар - Босиком по времени

 — Да не за что. Я ничего особенного не сделала.

 — Сделала, — возразил Влад и хотел добавить «меня счастливым», но передумал. «Как это все-таки сложно! Надо было хотя бы порепетировать. Что я там собирался говорить?» Четко выстроенная в уме фраза опять вылетела из головы. Влад беспомощно отвел взгляд и еще раз собрался с мыслями. А затем все-таки выпалил, глядя в ее глаза цвета кофе с молоком: — Несмотря на все неприятности, этот день был самым счастливым в моей жизни, потому что я провел его с тобой. Ты мне нравишься, — и добавил почти скороговоркой: — Пойдем завтра куда-нибудь после занятий. В кино. На «Нечто». Ты же любишь фантастику?

 Пауза.

 — Люблю, — улыбнулась Кира. — Пойдем.

 Зеницкий хотел от радости подпрыгнуть до потолка, но опять-таки передумал.

 — Можно, я тебя провожу? — несмело спросил он. Кира засмеялась.

 — Конечно.

 Ребята никуда не расходились и ждали у подъезда, а когда сияющий Влад вышел вместе с Кирой, дружно и радостно зааплодировали. Даже Лина улыбнулась.

 — Теперь у нас не только самая дружная, но и самая любвеобильная группа в универе! — весело воскликнула Аня.

 — Ага, — подхватил Игорь. — Осталось только Дашке с Вовкой сойтись.

 — Это вряд ли, — фыркнула Даша.

 — Почему? — Лиля окинула взглядом Вову в белоснежной рубашке и во фраке. — Смотри, какой серьезный молодой человек!

 Самая дружная и любвеобильная группа первокурсников не спешила расходиться, и смех не стихал до тех пор, пока с балкона третьего этажа не выглянул дядька в спортивном костюме и не крикнул что-то про убавление громкости. Правда, когда одиннадцать человек все вместе высунули ему в ответ языки, контраргументов у сварливого соседа не нашлось и он скрылся у себя в квартире. Но тут из-за угла появилась Анина мама с явным намерением привести загулявшую дочку домой за ухо. Аня поспешно распрощалась с друзьями и ушла, потащив за собой Игоря. На предложение Вовки пойти все-таки в «Ультру» все ответили категорическим отказом. Проведя церемонию обниманий и рукопожатий, друзья разбрелись кто куда.

 — Линка, не кисни, — бросил напоследок Ержов. — Хочешь, вот, мою шоколадку возьми.

 — Нет, спасибо, Вов, кушай, — невесело улыбнулась Ангелина. Когда и этот болтун-сладкоежка побежал догонять компанию, Влад приобнял сестренку за плечи. Глядя на нее, он никак не мог позволить себе радоваться жизни.

 — Не расстраивайся, Лин. Пойдем домой, а то совсем холодно стало.

 Не обращая внимания на его слова, девушка опустилась на скамейку.

 — Получается, его уже нет в живых, — тихо сказала она.

 — Нет, что ты! — Влад присел рядом. — Он живет, просто… как объяснить… в другом измерении, что ли. Время устроено не так, как мы все раньше думали. Это нечто наподобие записи, которую, оказывается, можно перемотать.

 — Какая же я дура! — воскликнула вдруг Лина и ударила кулаком о скамейку. — Я не спросила у него дату! У нас ведь есть машина времени! Я думала, ее конфискуют, и мы больше никогда не сможем увидеться… а мы и не сможем, потому что я дура!!! Ну почему я не спросила, почему? — и девушка зарыдала, уткнувшись в плечо брата.

 — Ну он тоже хорош, сам ведь мог сказать, — Влад поглаживал ее по волосам. — Ты даже год не помнишь?

 Сестра мотнула головой.

 — Девятнадцатый век. И то я не уверена, я же плохо знаю историю и в архитектуре не лучше разбираюсь!

 — А вообще ты говорила, он обещал вернуться, — вспомнил Зеницкий. — У него же есть бабушка-колдунья.

 — Она смогла перенести нас во времени благодаря тому, что ковер впитал в себя остатки «омута», — всхлипывая, объяснила Лина. — Если бы у них было что-то еще из будущего. Что-то мягкое, пушистое, впитывающее жидкость… вроде… — она задумалась в поисках примера.

 — … котенка, — подсказал кто-то.

 — Что-то вроде котенка, — бездумно согласилась Лина и запоздало поняла, чей голос услышала. С опаской, что это был всего лишь мираж, она оглянулась. С пожарной лестницы спрыгнул поразительно бесстрашный для его возраста котенок перса, а за ним — граф Лебедев все в том же изумрудном камзоле.

 — Саша!!! — вне себя от счастья закричала Лина и бросилась к нему. Александр, не менее радостный, поднял девушку на руки и закружил.

 — Я же говорил, что вернусь, — похвастался он. — Слово графа — закон.

 — Ну это вообще не твоя заслуга. Если бы не Сюрприз, сидел бы ты в своем девятнадцатом веке с заморской княжной и няньчил детишек, — смеялась Лина. — А как же род Лебедевых, который прервется?

 — Его бы уже ничто не спасло. Я не женился бы ни на ком, кроме тебя. К тому же, у меня, как ты помнишь, есть сестра. Пусть она будет носить другую фамилию, но кровь-то графская! А мое обещание не было пустым словом. Если что-то должно произойти, это обязательно произойдет несмотря ни на что. А я знал, что мы с тобой не можем не быть вместе.

 — Никогда бы не подумала, что мой парень будет верить в колдовство и в провидение! — Лина опять захохотала. — Постой… а разве тебе не стерли память?

 — Нет. Я отказывался говорить им дату, чтобы меня не смогли туда вернуть. А они поставили меня перед выбором: либо назвать нужное число и время, либо навсегда лишиться воспоминаний о тебе. Во втором случае они стерли бы мне память о последних событиях и посадили в тюрьму, чтобы изолировать от общества и наказать, ведь вторжение в реальность у них считается преступлением. Угадай, что я выбрал.

 Лина еще крепче обняла Александра. Затем взяла на руки маленького, взъерошенного и перепачканного котенка. — Только попробуй теперь обидеть Сюрприза, — обратилась она к Владу.

 — Ни за что, — клятвенно пообещал тот. — Пойдем, сестренка, детское время кончилось и пора баиньки.

 — А как твои родители отреагируют на то, что я… — спохватился граф.

 — Об этом не переживай. На правах моего парня, конечно, ты вряд ли сможешь у нас ночевать, а вот на правах приятеля Влада — запросто. К тому же, ты, кажется, понравился моей маме. Пойдем, я расскажу тебе, как мы отделались от этих надоедливых охранников реальности.

 — Погоди. Есть кое что, чего я при твоей маме точно сделать не смогу, —  Александр с нежностью прижал Лину к себе и поцеловал.

Примечания

1

— Лучшие музыканты играют для наших дорогих гостей.

— Эта примитивная мелодия — единственное, что ваши лучшие музыканты могут играть?

— Нет, конечно! Но они ее очень любят.

— Есть множество более красивых и сложных произведений. Мадам Легран предпочитает Камиля Сен-Санса. Скажите несколько слов вашим лучшим музыкантам.