Blackfighter - Черный истребитель

— Это я такое говно купила? — огорчилась Танька.

— Нет, нормальная машина. Просто подмерзла. А мы ее еще подремонтируем.

Саша уверенно стартовал, выезжая через узкие ворота. Машина еще некоторое время постонала и начала звучать более мелодично. Танька исправность машины определяла на слух, очень слабо представляя себе их устройство. Но несколько раз она удивляла отца и знакомых, говоря им, что с машиной что-то не так, и пытаясь на пальцах описать, где именно не так. Оказывалось, что она права. Эта машина звучала достаточно гармонично.

— А зачем нам вообще машина? Если в метро надежнее? — вдруг озадачилась она.

— Метро не ходит туда, куда нам надо, — пояснил Саша.

— А куда нам надо?

— Далеко. Километров за двести.

— А что там? — любопытствовала Танька.

— Там? Дом, тишина, отдых. Крошечный поселок на отшибе. Чужих сразу видно. И еще кое-что. Про это дом никто из моих знакомых знать не может. Так что если и туда к нам придут — будем знать, что это привет от Скиннера.

Саша осторожно, но уверенно вел машину по переулкам. Таньке понравилось, как он водит — мягко, спокойно, умело. И, главное, не комментируя других водителей и не вспоминая весь мелкий и крупный рогатый скот. Танька сказала об этом, и Саша рассмеялся. И это в нем ей тоже нравилось — он так легко улыбался и смеялся, оставаясь при этом достаточно серьезным. Ну, если не считать истерики в песочнице. Но там они оба были хороши. Что неудивительно.

— Машину меня учил водить очень хороший человек. Каскадер. И выучил, наверное. По крайней мере, потом приглашал к себе в группу. Так что — перенял стиль. И вообще — крепкие нервы в мужчине главное.

— А я-то думала, что в мужчине главное — крепкие…

— Это главное в самце! — улыбнулся Саша. — Знаешь, чем самец отличатся от мужчины?

— Чем? — подыграла ему Танька, представляя себе ответ.

— Оба думают частью тела, разделенной на две симметричные половины. Но у мужчины она на плечах и у нее есть обзор. А у самца она скрыта штанами, поэтому ничего путного подсказать не может.

Таньку сложило в истерику от смеха. Такого она все-таки не ожидала.

— Саш, а какое у тебя образование?

— Никакое, — пожал тот плечами. — Приборостроительный техникум, армия — дальше уже как-то не захотелось. А что?

— У тебя речь очень грамотная. У нас в институте половина разговаривает вполовину проще и корявее.

— У меня дома все читали запоем. И я — не исключение. Так что набрался.

По дороге Саша остановил машину у какого-то супермаркета, взял у Таньки деньги. Танька протянула стодолларовую купюру, но Саша ехидно потребовал больше.

— Не зажимай. Нам рубли понадобятся все-таки.

— С тебя же паспорт потребуют…

— С меня? — наивно похлопал глазами Саша. — Не доверяешь, подруга!

Танька осталась сидеть в машине, созерцая автостоянку. В голове после всех приключений последних суток было пусто и звонко. Жизнь окончательно превратилась не то в сюрреалистический сон, не то в дешевый боевик. Дешевый и странный — казалось, что все должно быть просто. Найти «специалиста» — и он мигом разрешит твои проблемы. Куча трупов, лужа крови, две горсти стреляных гильз — и торжествующие герои уезжают вдаль на белом «мерине», знаменуя собой торжество справедливости. Пока что все получалось совсем не так — нудные мотания туда-сюда, долгое ожидание, полная непонятность ситуации. Какая-то лаборатория еще до полной кучи. Саша — то ли хороший и действительно опытный парень, то ли просто тормоз — и понять, с кем же она связалась, Танька была не в состоянии. Нужен был какой-то совершенно иной опыт, которого у нее не было.

Вот, скажем, зачем он, выжидая, стоял за стенкой, пока в одном помещении с ней находился посланный неизвестно кем убийца? Потому что не знал, что делать? В то время как в Таньку могли сто раз выстрелить? Или в тот момент, когда тип с пистолетом повернулся бы к ней — у него появилась бы возможность выстрелить? И зачем тащиться в какую-то деревню, тянуть время? Да как тут разобраться, черт побери!..

Вот почему бы им просто не узнать, где нынче квартирует Маршал, не поехать туда, выследить и застрелить его? Или найти в Москве человека сложно? Вот сама Танька не знала бы, где того искать, если он уехал куда-то. Но Саша же профессионал, он должен знать, как делаются такие вещи? Или — не должен? И вообще он какой-то слишком общительный и ни капли не загадочный. Конечно, а она — наивная дура, не имеющая понятия о том, должен ли специалист быть скрытным и овеянным мрачными тайнами. А этот Скиннер? Что за глупости — разговоры разговаривать? Mayday — тоже мне! Детский сад, шпионские игры. Если они ему нужны — почему было не взять их там же, во дворе? И вообще — малонаучная фантастика получается: кому-то и зачем-то нужны имперцы. Экстрасенсорные способности у них, видите ли?! И такой рай в этой секретной лаборатории! Язык они восстановили! Убиться веником!!!

Глупости глупостями — а проклятый «нюхач» забил-таки последний гвоздь в крышку ее гроба. Можно было создать теорию общего безумия в рамках узкой компании, выдумок сумасшедших с большой харизмой, которые перечитали в подростковом возрасте фантастики и заражают других… Но заподозрить в том же самом достаточно серьезного и немолодого уже офицера спецслужб было затруднительно. Оставалось только перестать врать себе, выдумывая «рациональные и логичные» объяснения, и уже окончательно сказать — «Это было, и я была», вот только страшно становилось. Потому что секретная лаборатория обретала весомость и право на существование в реальности.

«Ничего я не понимаю ни в телохранителях, ни в секретных лабораториях, да вообще ни в чем!» — мрачно заключила Танька, запуская пальцы в непривычно короткие волосы. И впала в мрачное уныние. Уныние разбавлялось только одной мыслью — что рядом с ней приятный, интересный и вообще свой человек. Хотя тоже, если разобраться — какой он свой? Вражина недобитая, если подумать. Пилот Альянса. Может, именно она, Танька, его когда-то сделала? Это чтоб совсем уж было весело от идиотских совпадений. Но все равно, «недобитая вражина» из Саши никак не получался. Вот Маршал — да, идеальный кандидат на эту должность. Тут все ясно. Вот еще понять бы, почему его имя оттуда засело у нее гвоздем в виске — и будет совсем хорошо.

На этой расплывчатой мысли появился Саша с четырьмя громадными пакетами, быстро закинул их на заднее сиденье и прыгнул за руль. Был он какой-то свежий, словно успел проветриться за время короткой прогулки в магазин, и бодрый. Танька удивилась.

— Ты чего весь сияешь?