Юрий Манов - Не мир принес

— А в таком, глянь-ка, — сказал он и предал связисту бинокль.

Городок на самом деле выглядел вымершим, полностью вымершим. Ни одного человека на улицах, лишь около памятника Ленину, покрытому бронзянкой, валялось в живописной позе тело. По всей видимости — пьяное. У магазина с вывеской «Хозтовары» прямо в луже стоял большой белый рояль с открытой крышкой, о его ножку с видимым удовольствием чесалась упитанная свинюха. Из разбитой витрины под вывеской «Галантерея» на втором этаже свешивались какие-то вылинявшие под дождем красные полотнища. Порой под порывами ветра они начинали трепыхаться, делая здание похожим на бриг под алыми парусами, не хватало лишь капитана в чулках и штанах пузырями.

Они лежали в кустах около местной школы. Школа, как и все остальные здания в этом городе, казалась совершенно вымершей, но входная дверь была закрыта и, по-видимому, на запор изнутри.

— Где люди, командир? — спросил Кайметов. — И свинья эта… Если здесь зверей полно, почему свинюка-то живая? Чего ее до сих пор не сожрали?

— Ну, может быть, звери эти правоверные типа тебя или того хуже, евреи — хасиды, свинины не жрут.

— Да ну тебя, и все-таки странно, где люди? Неужели всех того?

— А вот глянь-ка, видишь, около телевышки.

— В парке?

— Левее, левее бери, на стадионе.

— Елы-палы, у них что там, митинг, что ли? Вон, мужик какой-то на трибуне что-то говорит, руками размахивает. Может, мэр местный?

— А хрен его знает. Сколько до торка-то осталось?

— Да уж должно начаться, — сказал Кайметов, глянув на часы.

— Странно, а не чувствуется. Обрати внимание на крыши домов.

— Антенны?

— Да, смотри, это не последствия урагана, это словно нарочно кто-то постарался.

Действительно, создавалось впечатление, что телевизионные антенны, торчавшие над серыми крышами домов, кто-то намеренно свернул, причем самым варварским способом. Васинцов даже заметил пару тарелок спутниковых антенн, валявшихся перед зданием местной администрации. Похоже, по ним к тому же прокатились на тракторе.

— Фигня какая-то у них тут происходит, — заявил Корич. — Чувствую зверей в изобилии, но агрессии не чувствую.

В это время Герда глухо тявкнула, в кустах у них за спиной затрещало. Тут же раздался условный свист Крушилина, отбой тревоге — свои.

Сидоров появился первым, он без особых церемоний бросил на землю большой пыльный мешок, в которых обычно хранят картошку. Из мешка торчали ноги, обутые в смешные сандали с дырочками.

— Не по сезону обут, — констатировал Дзюба.

— Так он и одет соответственно, — объяснил Сидоров, вытряхивая их мешка чумазого мужичка. — Зато кусается. Этот герой магазин грабил прям посреди бела дня.

Мужичок, сильно заросший, действительно был одет довольно оригинально: помимо сандалий на босу ногу, на нем была широкая гавайская рубаха в пальмах и обезьянах, игривых расцветок шорты до колен и легкомысленный шейный платок. Все это никак не вязалось с его физическим обликом, он явно «озверел», оброс, лицо вытянулось, щеки покрылись густыми бакенбардами, зрачки глаз пожелтели. Но, несмотря на явно звериные признаки и довольно крупные клыки, зловещей его физиономия не выглядела. Скорее какой-то наивно-умильной. Экзотичный мужик сел на задницу и близоруко прищурился.

— Я, между прочим, жаловаться буду! — заявил он неожиданно.

— Ты сначала побрейся, — порекомендовал Васинцов, разглядывая «языка». — Ушки особенно, а то они у тебя уж больно заросли и заострились.

— Какое вам дело до моих ушей?! — возмутился мужик. — И с какой стати вы мне тыкаете? Если судить по форме — вы служащие и находитесь при исполнении. Так что потрудитесь обращаться вежливо…

Сидоров аккуратно приложил мужичка башмаком под зад, тот ойкнул и замолчал.

— Кто вы такой и что вы делали в магазине, где вас задержали? — перешел на «вы» Васинцов.

— Меднов Павел Сергеич, инженер. А в магазине я выбирал себе одежду.

— Вы всегда таким образом пополняете свой гардероб?

— А что такого?

— Действительно, ничего странного. Взять кирпич, долбануть витрину и приодеться. И как я сам до такого не додумался?

— Я ничего не долбал, — заявил мужик решительно, — витрина там давно разбита. А насчет одежды хозяин сам разрешил, берите, говорит, что хотите, вот я и взял. Хотите, сами у него спросите.

«Грифы» переглянулись.

— Павел Сергеевич, — мягко спросил Васинцов, — а вы сами из местных?

Мужик почесался, стряхнул с рукава пыль, ответил:

— Нет, мы недавно переехали с Украины. Жена настояла, здесь у нее вроде как родственница дальняя и вакансия главного инженера есть в «Агродоре».

— Жена твоя тоже зверь? — сурово спросил Сидоров, прикуривая.

— Клавдия? А то! — сказал мужик и тут же спохватился: — В смысле, она по характеру зверь, а не по внешнему виду, в смысле — не обросла. И дочь в нее пошла, а вот сын в меня.

— Вы можете сказать нам, что происходит в городе?

— Вам, а кому это «нам»? Вы кто вообще?

Васинцов достал из кармана «корки» и сунул под нос Меднову. Тот снова близоруко прищурился и разглядел документ.

— Федералы, значит? А я говорил, что вы придете, я знал и Клавдию убеждал, так разве ее убедишь? Я вот что скажу вам, ребята, что тут творится — сам черт не разберет. У нас на Украине тоже торкало, но чтобы так… В общем, будьте осторожнее, особенно ночью. Здесь ночью странные вещи творятся. Как стемнеет — звери из леса выходят, — сказал он зловещим шепотом.

Первым хихикнул Кайметов, за ним засмеялись остальные. Слово «звери» из уст этого мужичка с клыками, как у заправского вампира, прозвучало так забавно, что Васинцов тоже не выдержал и рассмеялся.

— Не нравится мне это, совсем не нравится, — сказал Дзюба, подсвечивая карту фонариком.

— Что именно тебе не нравится? — спросил Васинцов, пересчитывая оставшиеся патроны.

— Такое впечатление, что нас сюда загнали намеренно, специально.

Вот смотри, здесь они могли прижать нас к воде прямо посреди голого поля. Но перерезали нам дорогу, невзирая на мощный огонь. А здесь, у автобазы, могли окружить прямо на площади, но словно специально оставили проход по переулку. Помнишь, как звери твою Милку с Петровичем на старый стадион загоняли?

— Но они загоняли беззащитных людей на открытое место, а зачем им понадобилось, чтобы мы добрались до этой конюшни, где оборону можно неделю держать?

— Знать бы, — пожал плечами Дзюба и сложил карту.

Действительно, знать бы… На них напали совершенно неожиданно, когда они пытались найти хоть кого-то живого в здании райадминистрации. Но здание словно вымерло: в коридорах валялись какие-то бумаги, растрепанные папки и почему-то порнографические журналы плохого качества на польском языке. Света в здании не было, как и во всем городе, но вода в кранах была, и канализация работала.