Валерий Нечипоренко - Агент чужой планеты

В противоположной от платформы стороне железная дорога круто огибала нефтебазу. Помнится, Саныч рассказывал как-то, что это место облюбовано самоубийцами. Чуть не каждый месяц какой-нибудь несчастный сводил тут последние счеты с жизнью. Были и случайные жертвы, особенно после авансов и получек. Масса пьяного народу перетекала через рельсы именно на этом опасном закруглении, будто не ведая, что тормозной путь у поезда, тем более скорого, - больше километра.

Так что же мне делать с Максом?

Но сначала надо его выманить из норы.

* * *

Я не хотел ни в малейшей степени рисковать Санычем, единственным на сегодняшний день человеком, который хоть что-то затронул в моей душе.

Вскоре сложился план.

В нашем драматическом театре на вторых ролях служил актер по фамилии Струйкин, обликом несколько напоминающий Саныча. Ну а полное сходство мог придать грим.

Актер был сильно пьющий, с вечно пустым карманом, поэтому на мое предложение согласился без раздумий. Естественно, дело я ему представил как невинный розыгрыш.

И вот в домике на Полевой загорелся свет. (Саныча я тайно отвез в Жердяевку.)

Моя задача сильно облегчалась тем, что после наступления темноты проходило всего четыре электрички, и мне не было нужды подолгу торчать в бурьяне. Я прослеживал отъезд очередного поезда, а после возвращался в домик, коротая время за беседой с лже-Санычем, знавшим массу любопытнейших театральных историй. Перед проходом каждой электрички он степенно расхаживал - в качестве приманки - по двору, освещенному вторчерметовским прожектором.

Почему я не дожидался Макса непосредственно в доме? Терпение, скоро узнаете.

Макс появился на третий вечер предпоследней электричкой в 23.15. К этому моменту район Полевой прочно погрузился в дрему. Лишь собачий лай изредка нарушал глубокую тишину.

Макс был единственным, кто сошел на платформу. Сбежав по ступенькам, он быстро и бесшумно, как пантера, двинулся в мою сторону.

Что ж, он сам выбрал свою судьбу! Этот убийца и садист не оставил мне иной возможности. Пора раз и навсегда оборвать цепочку злодеяний, которыми унизан путь этого мерзавца.

Через четыре минуты должен был пройти скорый. Теперь понимаете, почему я не мог поджидать его в доме? Я не успел бы.

Когда Макс приблизился на достаточное расстояние, я послал ему мощный мысленный приказ.

Он с ходу остановился, будто налетел на невидимую преграду.

Оглядевшись на всякий случай, я покинул свою засаду.

- Макс, куда топаешь?

- Надо развязать язык одному сучонку, - ответил он с закрытыми глазами.

- Что ты собираешься с ним сделать? В его правой руке блеснула финка. Очевидно, та самая. Я так и не понял, откуда она появилась.

- За ним должок.

- Он ведь предлагал тебе деньги?

- Собачье дерьмо! Дешевка! Мелочью хочет откупиться. А я за него срок мотал. Или он сведет меня с хозяином, или я вырежу его сердце. Поглядим, зашьют ли его во второй раз.

Где-то далеко-далеко послышался перестук колес.

Продолжать беседу не имело смысла.

- Макс, становись на шпалы, на второй путь, и топай вперед. Да поторапливайся!

Он подчинился.

Я шел за ним сбоку по извилистой гаревой тропинке, строго контролируя дистанцию.

Когда мы приблизились к опасному закруглению, о котором я упоминал, скорый был совсем рядом, хотя его и закрывали цистерны нефтебазы.

Ну, пора!

Я бросился в густые заросли бурьяна, которого и здесь было предостаточно.

Локомотив вырвался из-за поворота. Мощный прожектор, похожий на удивленный глаз циклопа, высветил поджарую фигуру Макса, стоявшего между рельсов. Раздался протяжный гудок.

Должно быть, я непроизвольно ослабил контроль.

Макс вдруг встрепенулся, словно выходя из транса и обретая способность здраво рассуждать.

На миг я заколебался, пораженный чудовищностью своего замысла.

Макс рванулся было в сторону, но я, собрав волю в кулак, послал ему последнюю команду.

В следующую секунду локомотив подмял его под себя. Надрывно завизжали тормоза.

Пригибаясь, я бросился к забору нефтебазы, вдоль которого тянулась тропинка, выводящая на Полевую, и через несколько минут вошел во двор Саныча с другой стороны.

Состав стоял напротив. Он полностью прошел через то самое место. Хлопали двери, тревожно переговаривались проводники. Несколько человек с фонарем пробежали к хвосту.

Помнится, я где-то читал, что на счету каждого машиниста, в среднем, до десяти человеческих жизней. Им не привыкать. Издержки профессии. Тем более что поворот, где все произошло, давно уже пользуется у них дурной славой. Очередной самоубийца. Только и всего.

Струйкин стоял неподалеку.

- Что там случилось? - кивнул он на замерший поезд.

- Кто его знает? - Я пожал плечами. - Вероятно, встречного ждут.

- А-а...

- Знаешь, дорогой, поехали-ка в город.

- А как же розыгрыш?

- Не состоится. Тот человек уехал. Навсегда.

- А мой гонорар?

- Получишь сию минуту.

Я подвез актера до театрального общежития, где он обитал, и, покуда тот шел к подъезду, облучил его блокиратором.

* * *

Я рассказал Санычу, что ночью кто-то опять попал под поезд на злополучном повороте. Судя по найденной финке - это Макс.

Саныч ничего не ответил, но его взгляд, полный трепетной благодарности, был красноречив.

Когда мы уже ехали по Полевой, он, смущаясь, как мальчишка, признался, что они с Викой решили расписаться. Похоже, он рассчитывал на мое благословение. И получил его.

Я предложил ему поменять адрес. Этот домик засвечен, а кроме того, мало подходит в качестве семейного очага. Отчего бы не купить более приличное жилье? Например, в Жердяевке. Там тихо и зелено, ни лязга металла, ни самосвалов со щебенкой. Да и легализоваться стоило бы основательней. Только-только вышел закон об индивидуальном частном предпринимательстве. Надо пораскинуть мозгами и организовать какой-нибудь кооператив для прикрытия. Что же касается наших пиратских рейдов, то готовить их нужно более тщательно. Чтобы комар носа не подточил. Выждем еще два-три месяца, чтобы никому в голову не пришла мысль связать перерыв в "работе" с его пребыванием в больнице, и продолжим наше благородное дело. Тем более кандидатур хватает.

В скором времени Саныч стал моим соседом. Через две улицы он приобрел коттедж - не такой, конечно, просторный, как у меня, и не такой роскошный, какой был у Алины, но вполне, приятный, чтобы свить в нем семейное гнездышко.

Свадьбу сыграли в узком кругу. Кроме меня, четы Пономарцов и трех-четырех соседей, присутствовали, в основном, родственники Вики - такие же милые, симпатичные и простодушные люди.