Евгений Соло - Шаг за горизонт

Мы смотрели, не отрываясь. В видимом свете пейзаж выглядел мрачно, но стоило только переключиться на инфракрасный диапазон, как стало видно обилие оттенков. Никто не ожидал, что мы попадём в буйный тропический рай, но и такое разнообразие форм тоже оказалось непредвиденным. Местная жизнь была ничуть не менее развита, нежели чем земная - она просто была другой. Совершенно другой. Это было потрясающее ощущение - мы смотрели на иной мир почти что своими глазами!

Затем зашевелились роверы145. Они разложили длинные ходули-конечности и вылезли из посадочных аппаратов. Ровер Альфа первый вступил на грунт Теллуриса, его оператор сказал при этом, что почва по внешнему виду весьма напоминает земную и легко расшвыривается ногой. Робот отошёл от аппарата на несколько шагов, осторожно трогая лапами грунт перед собой. Затем он обернулся и пронаблюдал за тем, как на поверхность выходит Бета.

Оба робота обошли вокруг места посадки, внимательно разглядывая всё, что попадает в поле зрения, и взяли несколько образцов почвы и "растений" для анализа. Углерод, кислород, водород, кремний, азот, кальций, железо, сера... Все те же элементы, что и на Земле. Известных токсичных молекул, кроме некоторого повышенного содержания циклических углеводородов, нет. Каких-то прочих необычностей в химсоставе тоже нет. Радиационный фон слегка выше среднестатистического земного, но всё равно в пределах нормы. Забортная температура плюс двадцать пять, относительная влажность около девяноста процентов. Гамма и Дельта отрапортовали примерно о тех же результатах, только климатические данные были не такими воодушевляющими.

Согласно программе иследований, всем роботам предстояло пройти несколько километров вглубь территорий, попутно анализируя почву, воздух и воду, как только её источники попадутся. Альфа направился к ближайшей реке, Бета пошёл в противоположном направлении. Гамма и Дельта так же разошлись в разные стороны. Вскоре операторы Гаммы и Дельты доложили о том, что почва под ногами всюду смёрзшаяся песчаная и достаточно крупных жизненных форм на её поверхности они не наблюдают.

Медленно надвигалась ночь. Вообще, календарь на Теллурисе совсем не похож на земной. Зевс совершает один оборот вокруг звезды146 за тридцать с небольшим земных суток - это и есть полный местный год. Теллурис вращается вокруг Зевса, всё время глядя на него один и тем же полушарием - из-за этого при смене времени суток меняется только видимая фаза Зевса, но сам он с неба не уходит, лишь только покачиваясь около одной и той же точки. Сутки Теллуриса равны примерно пятнадцати земным, то есть год состоит всего лишь из двух местных дней! При этом каждый вечер и каждое утро сопровождаются сильными штормами. Короче говоря, условия для землян и лунарей более чем необычные.

Альфа дошёл до реки и, не смотря на свою исключительную проходимость, дальше продвинуться не смог - топкие берега заросли совершенно непролазным частоколом хвощеподобных растений с чрезвычайно твёрдыми стволами. Бета дошёл до озера. Дрон сверху разглядел, что оно круглой формы и мы предположили, что это старый метеоритный кратер. Плавать наши роботы не умели, поэтому Бете пришлось довольствоваться прогулкой вдоль берегов. Когда он услышал сильный всплеск и гулкий рёв, то мы поняли, что на Теллурисе, похоже, есть не только растительная жизнь. Вскоре в этом убедился и Альфа, когда он дошёл до места, где чащоба "хвощей" была проломлена насквозь - выглядело это как самый настоящий спуск к водопою. Грунт здесь был вытоптан и покрыт кучами некой субстанции, весьма богатой органикой. И если судить по размеру куч, то с их авторами роботам лучше не встречаться непосредственно - не та весовая категория. Дрон поднялся ещё выше, чтобы попытаться найти стадо "авторов" и вскоре он разглядел облако пыли где-то вдалеке на равнине и бредущую в нём толпу каких-то существ. Пыль была необычайно густой - вообще-то, равнина не была похожа на засушливую пустыню. Но не стоит забывать, что речь идёт не о Земле и что тут всякое можно ожидать.

Бета легко смог спуститься к воде озера, попутно установив, что его берега состоят из самого обыкновенного песчаника и глины с высоким содержанием алюминия и магния. В воде обнаружился растворённый кислород и другие газы, что, в общем, уже не вызывало сильного удивления. То, что местные воды обитаемы, мы уже знали. Бета сделал несколько панорамных снимков озера и выбрался обратно.

Необычайно воодушевлённые находками, мы готовились к высадке первых людей. Нам нужно было адаптировать планетные скафандры, собрать несколько тяжёлых строительных машин, а так же, учитывая наличие крупных жизненных форм, необходимо было хорошенько вооружиться. Первой команде предстояло выполнить несколько задач. Во-первых, надо произвести более детальную разведку местности, нежели чем могли это сделать даже столь совершенные роботы. Во-вторых, провести микробиологические исследования на предмет наличия потенциально опасных микроорганизмов: несмотря на то, что местная жизнь, скорее всего, была устроена несовместимо с земной147, существовала определённая вероятность того, что местные микробы могли бы вызывать аллергию или отравление. Как потом оказалось, опасались мы не зря - аллергены действительно присутствовали в воздухе, незащищённый человек мог бы погибнуть за считанные минуты, сделав лишь пару вдохов. К счастью, присутствие этих опасных агентов было не повсеместным, зависело от сезона и от них можно было легко защититься стандартными мерами - респираторными масками и дезинфекцией. Третья задача - установка форпоста и начало сборки мини-завода строительных материалов, из которых надо было соорудить небольшую посадочную площадку для шаттлов. Более-менее подходящее для этого место было найдено с орбиты.

Для безопасной работы мы выбрали лёгкие экспериментальные скафандры, созданные ещё к марсианской экспедиции. Они не сильно походили на своих лунных собратьев - громоздких и неуклюжих монстров. Лёгкий планетный скафандр служит не грозной крепостью, а как бы второй кожей для человека. Для применений в вакууме он не годится, но для работы на поверхности планеты подходит идеально. Внутренний слой защищает тело от переохлаждения и перегрева, в его сосудах циркулирует согревающая или охлаждающая жидкость. Этот слой так же собирает различные выделения с тела. Второй слой - искусственные мышцы. Оба этих слоя устроены почти так же, как поддерживающие скафандры для лунарей, которыми мы пользовались при поездках на Землю. Третий слой - волоконная броня, очень гибкая и лёгкая, но практически нерастяжимая и прочная на разрыв. Карбоновые волокна сплетены вместе с механомерами: полимерами, остающимися гибкими, если сгибающее усилие прикладывать относительно медленно, и мгновенно твердеющие, если по ним буквально ударить. Твёрдость и чувствительность на срабатывание для этого слоя можно было регулировать при помощи встроенного в скафандр компьютерчика. Четвёртый слой - пластинчатая броня из карбокерамики, практически такого же материала, из которого сделана плита орион-привода и головной щит звездолёта. Такая структура позволяет скафандру оставаться гибким, но в то же время обеспечивает превосходную защиту от разрезающего, раскалывающего или протыкающего воздействия. При испытаниях на манекене броня легко выдержала очередь из противопехотного пулемёта - манекен хоть и опрокинулся, сломав стойку, но остался "жив".