Александр Крафт - Полигон: простые желания

Опять пусто. Да и что я хотел увидеть? Точащиеся ножи? Сходку заговорщиков? Ничего этого не было. Люди спокойно жили, а по внутреннему времени резиденции — позднему вечеру — готовились отдыхать или уже спали. Ели, пили пиво, играли в нарды. Стоп! Что-то меня насторожило в своих размышлениях. Во всем происходящем было что-то общее, но в одном из этих фактов этого не было. Чего? Я не знал.

"Пойдем сначала", — предложил я себе, наливая четвертый по счету бокал вина. Посмотрев на него, я снова сказал спасибо Вадику, который выискал где-то бокалы вместимостью сто восемьдесят граммов. Если бы не его предосторожность, я бы сейчас соображал значительно труднее. "Итак, люди спят или едят. Еще играют в нарды, слушают музыку и смотрят телевизор. Нет, не то. Ответ был где-то рядом. Я тогда думал о времени. Время, мол, позднее: люди или уже спят, или готовятся".

Мысль исчезла, не оставив и следа. Я еще некоторое время посидел, допивая вино, когда запищал интерком.

— Вы уже там закончили с Андреем? А то я все жду, когда у благородного дона найдется время для бедной девушки. Или ты хотел еще поработать? спросила Лена с весьма недвусмысленными интонациями.

Я бы с удовольствием провел несколько часов или даже всю ночь с ней, но лейтенант мне оставил "домашнее задание".

— А что, соскучилась? Увы, не сегодня, — мне еще работать и работать, да и ты, наверное, спать хочешь, — ласково произнес я, вспомнив, с какими глазами она недавно сидела над тарелкой.

— Нисколечки! — раздался в ответ бодрый голосок. — Ну пожалуйста, я тебе не помешаю, работай на здоровье. Я просто посижу рядом, а то мне скучно, а все прямо засыпают на ходу.

Ленина просьба была чем-то из ряда вон выходящим. В большинстве случаев она предпочитала дни моих "авралов" проводить у себя в комнате или разговаривать с Людой.

Лена.

Люда.

Есть! Мысль, пробежавшая недавно мимо, выскочила из темноты и нагло улеглась передо мной. В резиденции сейчас вечер. Все устали, благо — было от чего, спали или пребывали в сонном состоянии, готовясь спать. А Лена, которая почти засыпала над тарелкой, сейчас была бодрая и напрашивалась в гости. Это не нужно ни мне, ни ей. Вопрос — зачем? И еще! У меня перед глазами стояли нервные руки Люды, менявшие кассеты в магнитофоне. Так не ведет себя человек, который собирается спать.

Я еще не знал, что буду делать со своими наблюдениями, но мне это не нравилось. В мозгу горело тревожной лампочкой: Люда делает вид, что пошла к себе спать, но заснуть не может; а Лена засыпает, но делает вид, что бодра и напрашивается в гости.

Я быстро попрощался и отключил интерком. Потом вывел на экран две комнаты: Ленину и Людину. Лена по-прежнему вела себя бодро, бегала по комнате, что-то переставляла, резвая и веселая. Но два раза, случайно, ее взгляд упал на объектив. Надолго ее не хватило, через десять минут она взяла книгу, села на кровать и еще через пять минут спала здоровым молодым сном. Люда же, в отличие от Лены, в камеру не смотрела. Она читала книгу в том же режиме, что и слушала музыку. Абзац, потом взгляд блуждает от книги к мягким домашним тапочкам, кассетам, столику, резко прыгает назад в книгу и еще абзац.

Еще не зная, что скажу, я нажал кнопку интеркома.

— Люда?

— Да, — ответила девушка ровным голосом. Если бы не резко захлопнутая книга, можно было бы подумать, что ничего не происходит.

— Ты не сильно устала?

— А что, соскучился? — если в ответе Люды и был сарказм, то он хорошо прятался за обычной доброжелательностью.

— Я тут все жду, когда у благородной донны найдется время для бедного парня, — фраза сама выскочила из меня, настолько услышанное напоминало мне разговор с Леной. Но я был не Лена, и окончание разговора было другое:

— Сейчас иду.

Не прошло и пяти минут, как Люда появилась за моей спиной и привычным жестом (откуда у нее такие привычки?) защелкнула задвижку на двери.

Потом меня обвили ее руки, а губы прикоснулись к затылку. Я на секунду забыл, зачем позвал ее, но секунда прошла, и все стало на свои места. Руки девушки сохраняли напряженность, а губы оказались холодны.

— Много работы? — поинтересовалась она.

— Много, — я усадил ее в кресло и, как недавно Андрей — мне, налил ей вина.

— Что у тебя случилось? — спросил я в лоб. Ни единый мускул не дрогнул на ее лице. Дыхание по-прежнему было ровным, а взгляд прямым.

— С чего ты взял? — недоуменно проговорила она и отпила глоток вина.

— Понятно. Ну что ж. Не маленькая, и сама решать умеешь. Не хочешь говорить — не надо. Я сам тебе расскажу, чем предполагаю заняться в ближайшее время. Я собираюсь сократить наш персонал.

Я извлек из ящика принесенный Андреем пистолет, не торопясь зарядил его, потом зачем-то открутил глушитель и посмотрел сквозь него на свет. Дырка. Интересно, что еще могло там быть? Так же, не торопясь, я прикрутил его назад.

— Понятно? — спросил я у молчавшей Люды.

— Нет. А что у ТЕБЯ произошло? — проговорила она таким же спокойным голосом.

— Скучно стало, — пояснил я. — Вот как узнал, что некоторые только и ждут, когда мы в новый "офис" переедем, чтобы от меня избавиться, так сразу и стало скучно. Теперь собираюсь повеселиться.

— Ну так чего тянуть, давай, — произнесла девушка. — Мне куда стать?

— Чего "давай", кретинка! — заорал я, вскочив с кресла. — Банда ублюдков, которые хотят меня прикончить, другой кретин в воспитателя играет, остальные ничего не видят, а ты даже поговорить со мной по-человечески не хочешь! "Много работы", "соскучился"! Приди в себя, ты не в борделе! Ты же, наверно, когда-то была нормальной девчонкой, так что, мне тебя пристрелить, чтобы ты, наконец, вспомнила, как это: быть просто человеком, а не чьей-то подстилкой?

Моя тирада не произвела на нее ожидаемого впечатления. Люда пожала плечами и произнесла:

— Можно и пристрелить. Я от этого всего очень устала... вот только отца жалко. Да и чем я могу тебе помочь? Я ведь ничего не знаю, так, обрывки разговоров, догадки, а, главное — предчувствие, что скоро здесь будет очень плохо. Сейчас, конечно, тоже не сахар, но будет гораздо хуже. Гораздо...

— Это я уже слышал, — бросил я, плюхнувшись назад в кресло. — Уже пытались и мятеж устроить, и меня убить. Все было. Обрывки, говоришь? А что за обрывки? Нет. Давай начнем с другого. Исходя из прошлого опыта, начинать нужно со "сверки контрактов". Итак, кто тебе рассказывал о твоих обязанностях, о правилах жизни в резиденции и что?

— Тебе как, официальную версию рассказывать или "пожелания трудящихся"? — съязвила девушка.