Роджер Желязны - Заря Амбера

— Они наступают с севера, — сообщил он Дэвину.

— Но там же новые рекруты! — Дэвин побледнел. — Они еще не готовы к бою!

— Враги уже у нашей передней линии. Собирай «Волков», «Медведей» и «Пантер». Еще нам нужны лучники. Отправь их… отправь их к мосту.

— Есть!

И Дэвин выскочил из шатра. Локе взглянул на меня.

— Ты говорил, что целый год дрался с ними. Что ты можешь посоветовать?

— У них пехота или конница? — спросил я.

— Рассказывай, — велел Локе одному из капитанов, стоящему рядом с ним.

Офицер повернулся ко мне.

— И то, и другое. Впереди идут пикинеры, две шеренги. За ними едут всадники с мечами. Лучников я не видел.

— Да, похоже на них.

Я попытался проглотить подкативший к горлу ком. Все было, как в Илериуме, только в больших масштабах. Там твари постепенно теснили нас, но нам было, куда отступать. А здесь у нас замок, который нужно оборонять. Похоже, нам предстоит осада. Теперь, когда молнии так и норовят сровнять стены замка с землей, он тоже перестал быть надежным укрытием.

— Сейчас для нас опаснее всего их конники, — сказал я Локе. — Не забывайте: эти лошади дышат огнем и так же охотно убивают людей, как и их всадники.

— Тогда я прикажу лучникам в первую очередь убивать всадников и лошадей, — сказал Локе.

— Против всадников нужно выходить с двумя клинками, — продолжал я. — Один — против лошади, чтобы не подпускать ее близко. Сгодится длинный нож или кинжал. Всадники сильны и любят наносить удары сверху вниз, потому надо постоянно двигаться и стараться вывести их из равновесия. Лучше всего драться по двое-трое против каждого всадника.

— Какое оружие годится лучше всего? — спросил капитан.

— Копья, пики и стрелы. — Я взглянул на Локе. — Кстати, сколько у нас лучников?

— Тысяч пять. Я присвистнул.

— Ничего себе! — Впервые я ощутил прилив надежды. — Может, этого и хватит.

— Сколько их там? — спросил Локе у капитана.

— По моим прикидкам — десять тысяч. Нас больше.

Локе нахмурился.

— Это слишком мало. Должно быть больше. Они подсылали сюда разведчиков. Они знают, сколько нас.

Издалека снова донеслось пение рогов. В шатер влетел гонец.

Он задыхался и едва держался на ногах, но все-таки как-то умудрился выдавить:

— Генерал, они наступают с юга и с востока! Их тысячи!

Локе кивнул, как будто именно это он и ожидал услышать, и встал.

— Трубите общую готовность. Выступаем через пять минут. Делите войска на три части. Первыми идут лучники, за ними — копейщики и пикинеры. Я веду войско на север, Дэвин — на восток. Оберон, возьмешь на себя юг?

— Возьму, — отозвался я. Локе кивнул.

— Мы постараемся для начала перестрелять столько, сколько удастся. Следите за подходами к замку. Если придется, мы перегруппируемся и будем его держать.

— Хорошо.

— Паркет, — обратился Локе к одному из своих адъютантов, — подбери лорду Оберону какой-нибудь доспех. Живо!

Под моим командованием оказалась огромная армия — двадцать пять тысяч пехотинцев, вооруженных копьями и пиками, около двух тысяч лучников и две тысячи кавалеристов. И все-таки я не мог избавиться от ощущения, что этого недостаточно. Нападение было прекрасно организовано. Адские твари знали, сколько нас тут, — и все-таки двинулись в наступление. Я чувствовал, что мы проглядели какую-то важную подробность.

Я посмотрел на небо, на черную клубящуюся тучу, нависшую над Джунипером. Может, они рассчитывают на молнии? Надеются, что те помогут уничтожить нас? Если нас отбросят к замку, мы неминуемо окажемся в зоне поражения…

Хотя — какой смысл беспокоиться об отступлении? Я невольно вздохнул. Если продержимся сегодняшний день, нам будет уже неважно, насколько далеко мы от замка.

Я выехал во главу отряда, вскинул меч и крикнул:

— Вперед, к победе!

Солдаты разразились одобрительными восклицаниями, и армия двинулась на юг.

Когда мы подошли к опушке, из леса бесшумно хлынули вражеские войска — поток адских тварей, вооруженных пиками. Их кавалерии пока было не видать, но я знал, что она где-то поблизости. Мы не могли дожидаться ее появления — наши лучники оказались бы под ударом первой волны нападающих.

— Лучники, готовсь! — скомандовал я, и горнист тут же повторил команду.

Наша передняя шеренга припала на колено, давая лучникам возможность выстрелить.

— Пли! — крикнул я.

Лучники дали залп. Над полем пронесся рой стрел. Передние ряды адских тварей полегли почти полностью, но из-за деревьев появлялись все новые и новые враги — бесконечным черным потоком.

Лучники продолжали стрелять, но адских тварей было слишком много. На месте каждой упавшей появлялось пять, и все они бежали на нас. А потом за их спинами показались размеренно приближающиеся всадники на огнедышащих конях.

Первые твари добрались до наших рядов.

— Пикинеры к бою! — скомандовал я горнисту.

Горнист протрубил сигнал, и наши лучники отступили. Строй пикинеров двинулся вперед, оглашая воздух яростными боевыми кличами. Лучники принялись стрелять навесом, поверх голов, по дальним рядам адских тварей.

— Придержите стрелы для их кавалерии! — крикнул я. — По лошадям стрелять только наверняка!

Основная масса противников сошлась в поле, образовав жуткую мясорубку. В бою уже схлестнулись десятки тысяч.

Наши лучники продолжали стрелять, хотя и не так часто, но нашу кавалерию я пока оставил в резерве. Кони нетерпеливо фыркали и рвались в бой.

— Спокойно… — пробормотал я. — Спокойно… Постепенно адские твари начали одерживать верх. Половина моих солдат погибла, а вторую половину теснили превосходящие силы противника. Лучники начали отступать; им уже трудно было выбирать цели. Я понял, что пора пускать в ход кавалерию.

— Труби атаку! — приказал я, вскидывая меч. Пропела труба, я пришпорил коня и ринулся в бой, а за мной — мои кавалеристы.

Потом все потонуло в водовороте боя. Я видел, как падали лошади и всадники — и наши, и вражеские, — и их рубили на куски. Но я продолжал драться и убивал адских тварей десятками. Солдаты начали собираться вокруг меня, и соединенными усилиями мы проложили широкую просеку во вражеских рядах. Я выкрикивал боевой клич и горячил коня. Я дрался так, как не дрался еще никогда в жизни. Я был в крови с головы до ног. Я рубил железо и плоть, я убивал врагов, разрушивших мою жизнь, отнявших у меня любовь и дом, — и я был пьян горячкой боя.

А потом все закончилось — как-то внезапно. Протрубили вражеские горнисты; адские твари развернулись и принялись отступать. Лучники стреляли им в спину, выкашивая их десятками и сотнями. Солдаты разразились радостными воплями.