Артур Ярин - Откуда в небе лошади (рассказы)

- Потому что таким образом мы выполняем свое предназначение. Каждый должен делать то, что умеет делать лучше всех. Каждый должен найти себя, вот мы и нашли себя и свое место в жизни. Мы - вершители закона судьбы. Если вы к нам сюда попали, значит, так нужно, значит, Всевышний Закон вывел вас сюда, чтобы вы искупили свои грехи. А еще нам, правда, очень хочется кушать!

- Но мы - маги! - вмешался в разговор Ловд. - Вы не боитесь, что для вас это может печально закончиться?

- Боимся.

- Так почему же не сядете и не успокоитесь?

- Смелый - это не тот, кто ничего не боится, а тот, кто боится, но все равно ест!!!

И вот, утомленные беседой, каннибалы решили положить конец нашей дискуссии и перейти непосредственно к делу, то есть к обеду, то есть... к поглощению нас, как вдруг в дверь раздался такой оглушительный стук, что мы все обернулись. Раздался еще один стук, и дверь слетела с петель. На пороге показался... единорог. Он медленно обвел комнату внимательным взглядом и, увидев меня, Ясну и Ловда, улыбнулся (насколько это может сделать единорог).

- Добрый день! - сказал он тихим, приятным, хорошо поставленным голосом.

- Добрый! - ответили мы в изумлении.

Каннибалы медленно попятились к стенке, снова впав в непродолжительную задумчивость.

- Если не ошибаюсь, вы Йо, а это ваши спутники Ловд и Ясна? - продолжил единорог.

- Совершенно верно.

- Если не возражаете, мы хотели бы вас отвезти во дворец царя Соломона.

- Зачем?

- Ему нужно поговорить с вами.

- Соломону?

- Да.

- Он здесь?

- Нет, он во дворце.

- Я имею в виду, он в Царстве Теней?

- Совершенно точно подмечено, он в Царстве Теней! Царь Соломон послал нас за вами.

- Вас?

- Да. Прошу вас, идемте.

Мы, ошарашенные, вышли во двор, и перед нами предстало еще несколько единорогов.

Единорог представил нам своих товарищей-одноединов:

- Единоглаз. Единоух. Единонос. И ваш покорный слуга, Единоедин.

- Очень приятно.

- Будьте так любезны, садитесь к нам на спины, и поспешим, Соломон ждать не любит!

Вот так. Я села на Единоедина, Ясна на Единоглаза, Ловд на Единоуха, и Ыго (куда ж его девать) на Единоноса.

- Простите, но ничего, что мы верхом? - деликатно поинтересовалась Ясна.

- Нет, что вы, даже приятно... - ответил Единоедин, и я поняла, что все они мужчины, в смысле едины одного пола.

СОЛОМОН

Неужели его ничто не интересует, кроме чая и высоких материй? Неужели у него нет порывов? Неужели он не знает страстей? Неужели он никогда, попросту говоря, ни с кем не трахался?

Д. Адамс

Единороги быстро домчали нас до дворца царя Соломона, и, как водится по законам жанра, мы увидели совершенно не то, чего ожидали, - вместо безумного великолепия витражей, вместо полета божественной мысли мы застали ветхую приземистую избушку, изрядно осевшую своим левым дальним углом. Соломенная крыша наводила мысли о бренности бытия и непостоянстве счастья, а местами обвалившийся порог заставлял задуматься... но, впрочем, задумываться было некогда.

Очевидно, наше удивление было настолько очевидным и заметным, что Единоедин печально вздохнул и промолвил:

- Вас смущает это архитектурное сооружение? Вы ожидали увидеть шедевр неизвестного зодчего, чье искусство сродни искусству богов? Одним словом, вы ожидали встретить дворец?

- Признаться, да.

- Что я вам могу на это сказать? Таковы семейные обстоятельства.

- В каком смысле?

- Как бы вам это объяснить? Дело в том, что царь Соломон в данный момент... э... в некотором роде в разводе.

- В разводе?

- Да. Уже полгода как он развелся со своей женой, царицей Суламифь. Ну и царь Соломон, как настоящий мужчина, оставил за своей супругой всю жилплощадь. Естественно, поначалу они хотели разменять свой дворец: думали царице предоставить Версальский дворец, а Соломону - Зимний, но оказалось, что Зимний дворец узурпирован какими-то гоблинами, не желающими вступать ни в какие мирные переговоры, так что пришлось Соломону оставить супруге свое жилье в полное пользование, а самому поселиться тут, временно, конечно, пока не найдется для его величества более подходящего дворца.

- Да... - протянул Ловд, - вот так любовь...

- Ах, мальчик, мальчик, - печально произнес Единоедин, - если бы все в жизни было так просто. Вот даже взять того же Ивана-царевича: женился на лягушке, думал, что она человеком станет, женщиной его мечты! А оказалось, что вовсе она и не лягушка, и не женщина совершенно, а змея, гадюка подколодная просто-напросто. Эх, чего уж там... Вообще, я все это рассказываю не ради досужих разговоров и сплетен, а для того, чтобы вы с пониманием и со всей серьезностью отнеслись к тому положению, в котором оказался царь Соломон, и были снисходительны к нему. Дело в том, что царь Соломон в последнее время пребывает в некоторой неопределенности. Он несколько меланхоличен и поэтому весьма болезненно реагирует на все, что касается семейных отношений, впрочем, как и отношений вообще между мужчиной и женщиной.

- Но что между ними могло произойти?! - воскликнула Ясна, большая любительница бурных любовных романов.

- Ах, как говорят у нас в Царстве Теней: "А на тысячу вторую ночь Шахерезаде все равно пришлось стирать пеленки!" Но не будем задерживаться! Поспешим, царь Соломон жаждет аудиенции, так что, Ыго, продолжи свои прямые обязанности и проведи гостей в царские покои, ты ведь все-таки гид.

Ыго подошел к двери и осторожно, но с достоинством постучал ногой. Из недр избушки донесся хриплый голос:

- Входите, входите.

Единороги остались на улице, а мы шагнули вовнутрь. Миновав сени, мы оказались в просторной комнате, где из мебели были только кровать, стул и стол, весь заваленный книгами. Судя по названиям, здесь были книги не то что со всего света, а и со всех эпох, времен и параллельных пространств. Я быстренько пробежала глазами по корешкам: "Зверагерл" и "Хроника капитана Брага", "Воля к сласти" и "Нокаут Европы", "Секскретная доктрина" и "Четвертое изменение", "Слияние пяти грехов" и "Дзинь-бродизм". А название некоторых книг я вообще впервые встречала: "Для тех, кому ЗА и ПРОТИВ", "Начальный курс духовного происка", "Философия недоделания", трилогия "Здесь и Сейчас", "Туда - Сюда" и "Там и Нигде". Тут я почувствовала, что повисла пауза, мое молчание было крайне невежественным. Благо, царь Соломон был изысканно воспитан, поэтому заговорил с дамой первым:

- Добрый день, вы, наверно, и есть та самая загадочная и неуловимая Ойо-йо-ййй?

- Да, - ответила я, медленно и равномерно покрываясь легким румянцем от смущения.

- Очень рад познакомиться. Ваша последняя книга произвела на меня крайне недвусмысленное впечатление, я имею в виду ваш последний бестселлер "Упрощение строптивой".