Константин Якименко - Эксперимент (сборник)

— А ну переставляй свои ходули! Может, те еще носилки принести?

Внезапно рука едва не выскакивает из сустава, и я лечу вперед. Пытаюсь поставить ногу, за что-то цепляюсь и не успеваю. Падаю, стремительно приближаясь лицом к асфальту, и ничего не могу сделать. В последний момент кто-то меня перехватывает и легонько толкает обратно; ноги уже стоят на земле, и я приобретаю более-менее устойчивое положение.

— …твою мать, и об эту скотину я должен руки марать!

— Нефиг, пускай сам идет!

— Слышь ты, мудакан! Иди! Иди, я кому сказал!

Кулак врезается мне в спину, толкая меня вперед. На этот раз ноги справляются с поддержанием равновесия, пусть и неустойчивого.

Если не сейчас, то когда? Руки у меня связаны, это да, но ведь есть еще ноги, они свободны!

Вот уж когда самое время пожалеть, что нет у меня никаких сверхспособностей. Только ты же сам знаешь — не бывает их, сверхспособностей. Не было, нет и не будет.

«Дайте мне еще один шанс!»

«А тебе, профессор, сейчас никто не даст этот шанс. Если ты сам не возьмешь его своими руками. Или хотя бы ногами».

Главное — собраться с силами и сконцентрироваться.

«Мне было так сложно сконцентрироваться…»

Черт!

Пытаюсь выровняться, ощутить, что я все-таки стою на твердой почве. Изображение перед глазами становится более четким. Вижу фонарь, не очень-то ярко освещающий окрестности. Впереди двухэтажный домик — значит, чья-то загородная дача, причем со стороны неприметная, построенная без особого размаха. Дорожка, посыпанная песком…

Один идет впереди, другой сзади. Сейчас я его, того, что впереди…

В голове крутится одна бессмысленная фраза: «Не стреляйте в пианиста, он играет, как умеет».

«Не стреляйте в пианиста, он…»

«Не стреляйте…»

— А ну быстрее, че застрял нахер!

Удар — и песчаная дорожка быстро движется навстречу.

«Вот и все, и ни на что ты в этом деле не годен! Это тебе не „Мортал Комбат“ гонять или боевички с Джеки Чаном смотреть…»

«Мы предоставили вам все возможности — вы их не использовали…»

— Не падать, мразь! Вперед, я кому сказал!

Передний оборачивается и с силой бьет в живот. Ну зачем это, ну я же иду, я же стараюсь идти, я же не специально, ну разве ты не понимаешь…

Да он же просто ничего не хочет понимать! Это ты, профессор, не понимаешь — он же не человек, он же… даже не зверь, он — хуже… Такие не имеют права жить на Земле, таких надо убивать в зародыше, убивать, до того как…

— Гады! Подонки! Пидарасы! — сам не знаю, откуда у меня берутся силы на эти слова.

— Бля, Моряк, ты это слышал?

— Слышал. И я этого так не оставлю!

Зачем, зачем, ЗАЧЕМ! Я же не хотел, я только…

«Это как же не хотел? Очень даже и хотел! Кого это ты обмануть собрался?»

И почему только я до сих пор не в обмороке? Ведь как было бы хорошо — отключиться и не знать ничего, что они творят с моим телом. Не знать до самого последнего момента, когда…

Неужели ты думаешь, что до этого дойдет?

Да. Дойдет.

Их нашли с отрезанными ушами, и еще кое-чем…

«…поотрезаю!»

«Солнышко в руках…»

— Ну че, братва, наигрались уже?

Далекий-далекий голос, и что-то знакомое есть в его интонациях…

— Поднимите-ка его, хочу посмотреть ему в глаза.

Да, вот этот налет хрипотцы…

— Чудной, да он весь обделался!

— А мне один хрен! Тебе бабки плачу я или дядя?

Меня поднимают и поддерживают за руки. Перед глазами бессмысленная смесь разноцветных пятен. Во рту стоит отвратительный горький привкус слизи.

Только не вздумай плеваться — прибьют… Даже и не думай!..

— Ну че, братан, вот мы и снова свиделись!

Пятна приобретают очертания, несколько расплывчатых образов сходятся в один, пока он наконец не становится достаточно четким. И я вижу то, что невозможно перепутать ни с чем.

Шрам, проходящий через всю левую половину лица.

«Хочешь доказательство? Будет тебе доказательство!»

Земля уходит у меня из-под ног…

— Э, да он никак того…

— Прикидывается, паскуда!

— Нихрена себе прикидывается, тебя бы так, посмотрел бы, как ты прикинешься!

— Вы, двое! Тащите в подвал. И без лишнего мордобоя, он мне пока живым нужен. Поняли, да?

— Ладно, босс.

— …Давай сюда… Е… Ты посмотри! Да он мне, сука, всю куртку испоганил!

— Хрыч, Чудной сказал тащить и без мордобоя. Спорить будешь?

— Дак а мы и без мордобоя. С лестницы вниз, и весь базар.

— А если шею сломает, тогда Чудной тебя самого спустит! Хе-хе!

— Нихрена, этот не сломает. Живучий он, засранец, другой бы уже давно того, а этот держится.

— Ну смотри, ток если шо, сам будешь отмазываться.

— Да нихера ему не будет. Ну, толкай!

…Лежу на полу, лицом вниз, двигаться не хочется — любое движение доставляет боль. Впрочем, и без движения боли достаточно. Темно и холодно. Странно, почему я еще жив? Может, этот Хрыч прав, и я действительно отличаюсь повышенной «живучестью». Вот тебе и «сверхспособность»!..

Не бывает никаких сверхспособностей. Не было, нет, и не будет!

Вот и все. Как там сказал этот Чудной — пока я ему нужен живым?

Пока нужен. А потом буду не нужен — и концы в воду.

«…поотрезаю!»

И никто ничего не узнает. И никогда больше не увижу ни тебя, Валечка, ни тебя, Алешка. И вы сможете только плакать, но тоже ничего не будете знать. И никогда я вам больше не смогу сказать, что…

Никогда. Ничего. Никому.

«Никогда не говори никогда!»

Какого черта! Джеймс Бонд недоделанный. Дерьмолаз.

«Но тебя ведь больше никто не держит и не бьет! Руки связаны, но ты можешь встать, подойти к двери, может быть даже тебе повезет — она будет открыта, и…»

Только никуда я не пойду. И не встану. Я не могу вставать. И не хочу.

Пускай смерть будет быстрой. Пусть он застрелит меня в спину из пистолета. Ну в крайнем случае ножом. Только не бить снова. Не надо бить! Я ведь ничего плохого вам не сделал. Никому ничего плохого не сделал!

«Но вы поймите, эта обстановка…»

«Но, может быть, еще раз… последний…»

«Ей ты тоже ничего плохого не сделал. И многим другим, кто приходил до нее — тоже».

Почему я не могу просто отключиться и уснуть? Ведь насколько легче было бы! Почему?.. Зачем мне сейчас этот дурацкий, бессмысленный, постоянный сознательный самоконтроль?

«Потому что наличие сознания отличает человека разумного от…»

К черту!

Откуда-то слева доносится странное шипение.

Что это? Уже сильнее, громче…

Господи, только бы не змея! Ненавижу змей…