Джек Чалкер - В поисках Колодца Душ

Внезапно Мавра почувствовала приступ острой головной боли. Она раздраженно потрясла лошадиной головой. Но это не помогло – в виски словно вкручивали тлеющую проволоку.

И вдруг ее мозг взорвался.

Она вспомнила. Вспомнила все. Когда она попала на Новые Помпеи, Антор Трелиг с помощью компьютера Оби обработал своих гостей, политических деятелей, и наделил их лошадиными хвостами, демонстрируя свое могущество. Оби, наделенный самосознанием, спроектированный и построенный доктором Гилгамом Зиндером, повиновался всем, кто вводил команды с консоли, но это было все равно что заключать сделку с дьяволом, как жаловался Бен Юлин. Если существовала хоть какая-то лазейка, компьютер обязательно находил ее, когда обрабатывали Мавру, он решил, что эта женщина способна удрать с Новых Помпеи, освободить дочь Зиндера Никки и увезти ее, прежде чем старый док с его помощью осуществит двойное надувательство Трелига и Юлина: повернет вспять поле вероятности, которое должно было переместить их всех в Мир Колодца.

Благодаря Оби Мавра почти справилась с этим заданием. Компьютер снабдил ее полным планом и спецификацией Новых Помпеи до последнего винтика и шурупчика. Он дал ей возможность обойти непревзойденную систему защиты Трелига, похитить Никки, украсть корабль и успешно миновать роботов-охранников. Но она опоздала – ее корабль все равно потерпел аварию после того, как вместе с Новыми Помпеями был перемещен на орбиту Мира Колодца.

Двадцать два года эти сведения хранились в ее мозгу. Они и сейчас находились там – Мавра не сомневалась. Внезапно она поняла суть проблемы, связанной с главным компьютером этого мира: слишком много данных на вводе, бедняга просто не мог усвоить всю информацию, которую ему предоставил Колодец. Мавра сконцентрировалась и обнаружила, что, если ей нужны какие-то конкретные данные, она способна извлечь их из памяти, если только правильно сформулирует вопрос.

Остальные члены экспедиции не обращали на нее никакого внимания.

– Тогда давайте выясним отношения прямо на стартовой площадке, – говорила Вули. – Времени на подготовку мало, так что надо проявить двойную осмотрительность. И не забывайте, что это высокотехнологический гекс, здесь может функционировать любая техника.

Юлин вышел из задумчивости.

– А как насчет бозогов? Они могут помешать нам что-нибудь предпринять.

Торшанд презрительно хмыкнул:

– Бозоги – оппортунисты. Они не умеют пилотировать корабль, но хотят иметь на нем своего представителя. Им все равно, кто или что будет пилотом. Кроме того, они не дураки. Они наверняка знают, в каких мы отношениях с другой группой, и понимают, что такие противоречия должны быть разрешены до старта. Так что пока в живых останется хоть один пилот, они вмешиваться не станут.

– Мне бы вашу уверенность, – пробормотала Вули. – Но, как бы там ни было, будем исходить из этой теории, ничего другого нам не остается. Помните, у нас всего несколько часов до их прибытия. Не так уж и много, чтобы оценить обстановку и подготовиться. – Ее голос стал еще холоднее и пронзительнее, чем обычно. – Антор Трелиг ни в коем случае не должен остаться в живых.

Стартовая площадка производила весьма внушительное впечатление. На ровной пустынной земле стояли огромные здания. Массивная копия железной дороги, которой пользовались южане, вела к небольшой платформе. Вокруг раскорячились огромные подъемные краны. А надо всем этим возвышалось внушительных размеров сооружение из черного металла, уходящее в небо, с наклоном в сторону северо-запада.

– Что-то мне не нравится этот наклон, – прокомментировал Бен Юлин, обозревая черную конструкцию с поезда. – По-моему, они собираются предложить нам набрать полную скорость еще перед взлетом. Такие трюки часто заканчиваются плачевно.

– За первую минуту полета вам предстоит одолеть шестьдесят три километра, – сказал представитель Бозога. – Используя всю полученную информацию, мы подсчитали, что у вас в запасе будет целых девять секунд. Небольшой наклон нужен для того, чтобы корабль сразу вышел в свободный полет, возможный в условиях высокотехнологического гекса. И вообще данная конструкция космического судна полностью исключает вертикальный взлет. Малейшее колебание корпуса может погубить вас. Любой сбой в питании приведет к снижению скорости, и вы не успеете проскочить над полутехнологическим Изводом и нетехнологической Слубликой. Вам, как никому другому, должно быть понятно, к чему это приведет.

Юлин задумчиво кивнул. Они с Трелигом сбежали с Новых Помпеи, замаскировавшись, чтобы их не убили бывшие охранники и рабы Трелига, которые, увидев, куда занесло планетоид, поняли, что они покойники – губки им больше никто не даст. Трелиг и Юлин совершили ту же ошибку, что и Мавра Чанг, – слишком низко опустились над Миром Колодца и попали в поле действия технологических ограничений лежащих под ними гексов.

В отличие от корабля Чанг корабль Юлина и Трели-га не распался на модули. Это был космический челнок, предназначенный для внутрисистемной работы, приспособленный к полетам в различных атмосферах. Он имел складывающиеся крылья, и пилоты смогли посадить его в нетехнологическом Учджине.

– Вы отвечаете за свои слова? – озабоченно спросил Юлин. – То есть вы абсолютно уверены в расчетах? Кто бы ни вел этот корабль, у него будет только одна попытка.

– Абсолютно, – заверил минотавра обитатель Бозога. – У нас были независимые источники информации. Об этом корабле мы знаем столько же, сколько его строители. И если бы не полное отсутствие на планете двух необходимых минералов, наши специалисты запросто построили бы целый космолет.

– Любопытно, – вставила Мавра, – а не является ли это отсутствие заранее запланированным?

– Возможно. Но это ничего не меняет, – ответил северянин. – Так или иначе, мы знаем, как построить корабль, но не в состоянии это сделать.

Их отвели в большое квадратное здание, помещения которого были герметически изолированы от внешней среды. Внутри путешественники нашли ряд удобных комнат со всем необходимым: туалет, мебель, освещение. В их распоряжение также предоставили систему связи с центром управления полетом и с кабинетом руководителя проекта.

Во всем здании поддерживались типичные для юга условия; температура составляла двадцать градусов по Цельсию, что вполне устраивало всех гостей.

На бозогов разница температур, казалось, вообще не влияла.

– В этом отношении у нас довольно высокий порог чувствительности, – объяснил один из сопровождающих. – В общем, мы не можем выносить только некоторые ядовитые газы, но в вашей атмосфере они отсутствуют. Прошу вашего позволения воздержаться от перечисления смертельных для нас веществ.