Эдвард Смит - Линзмены второго уровня (Дети Линзы - 2)

Вероятно, некоторые из вас скоро пожелают работать не со мной, а против меня. Чтобы предостеречь от подобной активности, я не собираюсь молить о пощаде или взывать к совести к чувству благодарности за то, что сделано для вас. Я просто ставлю в известность, что любой, кто проявит подобную нелояльность, будет уничтожен без суда и следствия. Полагаю, вас не нужно спрашивать, знаете ли вы, как погибли ваши предшественники, и не желаете ли последовать за ними. Вижу, что такого желания ни у кого нет. Следовательно, вы понимаете, насколько я могущественнее Алкона. Я не только обладаю властью, но и умею пользоваться ей. Кроме того, у Алкона не было таких надежных источников информации, как у меня. Алкон до самого последнего момента не подозревал, что опутан нитями заговора. Я же всегда буду знать обо всем заранее. Алкон грозил, запугивал, предупреждал; подвергал изменников пыткам; некоторым офицерам якобы давал шанс исправиться, хотя на самом деле этот шанс неизбежно оказывался предсмертным. Ничего подобного я делать не собираюсь. Не буду угрожать, предупреждать, пытать и, конечно, не предоставлю шанса свергнуть меня. Предатели будут казнены без фанфар и барабанного боя. Ради вашего благополучия, джентльмены, советую отнестись серьезно ко всему сказанному.

Офицеры ничего не возразили на его слова, но босконские привычки были еще слишком сильны в них. Поэтому в течение трех дней погибли еще трое из новых руководителей. Тогда Киннисон созвал новое совещание в своем кабинете.

- Среди вас присутствуют трое, кто не был на предыдущем совещании, объявил новый фраллийский тиран. - Однако они читали стенограмму, и мне не нужно повторяться. К сказанному добавлю только то, что добьюсь полного взаимопонимания и сотрудничества, даже если мне придется перебить всех вас и ваших преемников. Вы свободны. Можете идти.

Глава 20

ГАННЕЛЬ ПРОТИВ ФОССТЕНА

Убийства обессиливали Киннисона - изматывали морально и физически. Это было подло и жестоко - хуже, чем всадить нож человеку в спину: у несчастных не было ни малейшего шанса на спасение. И все-таки он продолжал убивать.

Когда Киннисон в первый раз очутился в укреплении колесоидов на Альдебаране I, то действовал не задумываясь. Если была хоть какая-то надежда на успех, линзмены шли вперед. Проводя разведку на Джарневоне, он думал ненамного иначе. К счастью, тогда он взял с собой Ворсела, но все равно решение всех проблем зависело только от него самого.

И только теперь Киннисон начал понимать, что больше не мог действовать с прежним безрассудством. Он пришел к мысли, что необходимо пересмотреть Кодекс земного линзмена, с горечью признав правоту Надрека. От него требовалось больше, чем отдать свою жизнь на полпути к победе. Он должен выжить в любых условиях и довести начатое дело до конца. Ему предстояло учитывать каждый фактор риска, чтобы добиться цели наименьшей ценой.

Так он размышлял, восседая безоружным на троне тирана Фралла, когда во дворец вернулся премьер-министр. Тот внимательно изучил обстановку и попросил нового властителя об аудиенции.

- Позволь мне поздравить тебя, тиран Ганнель, - вкрадчиво проговорил он, очутившись в кабинете. - Не могу сказать, что я удивлен, поскольку некоторое время с одобрением наблюдал за тобой и твоими действиями. Ты полностью оправдал мои ожидания. Установленный тобой режим правления функционирует превосходно. Ты в короткое время наладил согласованную работу государственного аппарата. Тем не менее полагаю, что ты недостаточно информирован,

- Возможно, - с заметной долей иронии согласился Киннисон. - О чем именно?

- Я отвечу на твой вопрос. Знаешь ли ты, кто истинный правитель Фралла?

- Мне известно, кто был им, - сделав ударение на предпоследнем слове, сказал землянин. - Но принадлежи реальная власть тебе, Алкон не совершил бы столько грубых ошибок.

- Если это комплимент, то благодарю. Конечно, тебе известно, почему я не предотвратил их. Я хотел, чтобы тиран Фралла был самым сильным из всех фраллийцев. И могу сказать без лести, что сейчас он именно такой. Вот почему предлагаю тебе добавлять слово "сэр", когда ты будешь обращаться ко мне. а

- В свою очередь благодарю за оказанную честь. Я буду обращаться к тебе так, когда ты будешь называть меня "Ваше Высочество" - не раньше.

- Не будем торопиться. Лучше вернемся к твоему вопросу. Очевидно, ты не знаешь, что тиран Фралла - кто бы им ни был - открывает мне свои мысли.

- Я подозревал, что в прошлом нечто подобное практиковалось. Но в таком случае знай и ты, что я верю тому, кто верит мне, - правда, не могу не признать, что за свою короткую жизнь я встретил лишь несколько таких личностей. Честно говоря, ты не вызываешь у меня никакого доверия, и я открою тебе свои мысли ровно настолько, насколько ты откроешь мне свои.

- Бахвальство - признак невежества, Ганнель. Ты даже не знаешь, что я могу убить тебя в любой момент. Достаточно нескольких твоих неосторожных слов, и тебя не будет в живых. - Фосстен не повысил голоса, но в его тоне послышалась явная угроза.

- Не заставляй меня воспроизводить все последствия подобного замечания, Киннисон тоже говорил спокойно, с полным сознанием своей силы. - Интересно ли тебе, почему я так уверен в том, что ты не примешь мое предложение обоюдно открыть наши мысли?

- Очень интересно.

- Потому что я подозреваю тебя в связи с линзменом Икс-А-Икс из Галактического Патруля. Возможно, ты и есть тот линзмен.

Услышав обвинение, Фосстен не выразил ни малейшего удивления.

- Пока у меня нет подтверждений такого подозрения, - добавил Киннисон, но должен тебе сказать, что, как только они появятся, ты умрешь, причем без всякого воздействия моего разума, - просто под прицелом моего излучателя.

- Все и вправду становится очень интересным, - проговорил премьер, и его рука потянулась к потайной кнопке.

- Не дотрагивайся до выключателя! - резко приказал Киннисон. Он не совсем понял, почему Фосстен не скрыл своего движения.

- Могу я спросить почему? Это всего лишь... - Я знаю, что это такое, и мне не нравятся мыслезащитные экраны.

- Не будь ребенком, Ганнель, - усмехнулся Фосстен. - Тебе известно не хуже меня, что твое обвинение абсурдно. Но я все обдумал и решил, что наше взаимное недоверие не будет непреодолимым препятствием для совместной работы на благо Босконии. Я все больше убеждаюсь, что среди фраллийцев ты отличаешься своим разумом и лучше других сможешь распорядиться властью тирана. Мне было бы стыдно без нужды убивать тебя - тем более что в будущем ты, возможно, согласишься с моим предложением.

- Возможно, - сказал Киннисон, - но, полагаю, едва ли вероятно. - Решив, что знает причину столь странной уступчивости премьера, он добавил: - Раз мы выяснили отношения, я тоже не вижу препятствий для нашего сотрудничества на основе полного и гармоничного взаимного недоверия. Как мне представляется, прежде всего мы должны посвятить наши совместные усилия уничтожению планеты Кловия и базирующегося на ней Патруля.