Игорь Алимов - Дракон 2. Назад в будущее

Эпизод 19

Пой, богиня, про гнев Ахиллеса

Поднебесная, горы неподалеку от реки Вэйшуй, III век до н. э.

— Подождите! Я так больше не могу! — взмолилась Ника, когда они вскарабкались на очередной горный уступ. Здесь была ровная площадка, небольшая, но достаточно просторная, чтобы вместить троих человек и одного крупного кота. — Поговорите со мной, прошу вас! Костя! Федя!

— Это Федор Михайлович, — указал на Сумкина Чижиков, опуская приятеля на камни и отдуваясь. — Он тебе не Федя, девочка из будущего.

Сумкин в ответ поморщился. Осторожно дотронулся до перемотанной тряпкой ноги. Тряпка набухла кровью.

— Старик, — хрипло сказал он. — Мой крупный и хорошо развитый мозг ясно подсказывает мне, что если в ближайшее время не предпринять что-то радикальное, то я схвачу заражение крови или еще какую-нибудь смертельную гадость. Но тот же мозг уверенно говорит, что вряд ли мы найдем хорошо оборудованный полевой госпиталь в этих диких горах.

— Ты молчи, Федор Михайлович, отдыхай. Покури что ли, — Чижиков, игнорируя умоляющий взгляд Ники, посмотрел вверх. До вершины оставался небольшой участок сравнительно пологого подъема. — Сейчас посидим немного, а потом заберемся на горочку. Наша прелестная спутница утверждает, что мы недалеко от цели.

Позади осталось многое, о чем Чижикову не очень хотелось вспоминать. Например — ужас извилистого лаза, по которому на ощупь, в полном мраке ломились они с Бао и Шпунтиком, зная, что задерживаться нельзя ни на секунду. А надо бежать, бежать, бежать, потому что во дворце грянули тревогу: забили барабаны, всколыхнулись здесь и там крики, лязгая оружием, забегали императорские гвардейцы.

Время стремительно выходило, и Котя, задыхаясь от страха, упорно лез вслед Бао, сослепу обрушивая себе на голову комья земли. Ему не хватало воздуха — так казалось Чижикову, ибо мрак обступил их со всех сторон. И без того узкий проход, казалось, сжимался, готовясь принять беглецов в холодные влажные объятия, забить рот и уши землей, и Чижиков с великим трудом сдерживался, чтобы не заорать истерически в полный голос. Перед невидящими ни зги глазами встали вдруг, ясно и отчетливо, лица исколотых стрелами, посеченных мечами разбойников, — мертвые смотрели пристально, с немым укором, и их становилось все больше и больше. Тут Бао с разбега выбил плечом бамбуковую заслонку, Котя кубарем вылетел на свежий воздух, изо всех сил грохнувшись на живот и на зеркало за пазухой, а по его спине проскакал заполошный Шпунтик.

Подземный ужас кончился.

Чижиков хватал ртом воздух и не мог надышаться, ноги тряслись, рядом беспокойно отряхивался кот, но Бао не дал им ни секунды отдыха. Он на мгновение исчез в горловине лаза, а потом появился вновь, с веревкой в руке — конец ее уходил в подземную тьму. Бао сильно дернул веревку и из лаза послышался грозный шорох оседающей земли. «Надо бежать!» — скомандовал крепыш, отбросив ненужную уже веревку, вздернул Котю на ноги и припустил вперед так, что Чижиков чуть было не потерял Бао из виду. Куда они бежали в темноте ночи, Котя не имел ни малейшего понятия, ясно только, что прочь от дворца. В голове было пусто, и он просто бежал изо всех сил за своим провожатым, а Шпунтик с задранным хвостом несся впереди, временами оборачиваясь и проверяя, следуют ли за ним люди — или же свернули в очередной раз, и теперь надо нагонять и сызнова восстанавливать лидерство. Кот тоже не знал, куда они так спешно бегут, но хотел быть впереди.

Довольно скоро цель безумного бега открылась — они вылетели на крутой берег реки; здесь, скрытая в ветвях огромной плакучей ивы, беглецов поджидала лодка. Довольно большая — и в ней уже сидели Лю Бан, Ника, Лян Большой, Сумкин и прочие. Притаились в чутком молчаливом ожидании, и едва Котя, Бао и Шпунтик взобрались на борт, чуть лодку не опрокинув, как сразу же была обрезана причальная веревка, намотанная вокруг старого дерева, а дальше в ход пошли бамбуковые шесты — и лодка понеслась по течению.

И только тогда Чижиков смог перевести дух.

И сразу же к нему мгновенно пристал стосковавшийся по возможности почесать языком Сумкин:

— Ну как? Нашли? Нашли? А мы уж тут заждались…

В темноте Котя не мог разобрать выражения лица Ники, но ясно чувствовал ее взгляд:

— Да, — сказал он, — нашли.

— А где наставник Фэй? — вскинулся Лю Бан.

Ему ответил Бао:

— Наставник велел не ждать его. Он присоединится к нам позднее.

— Да, но… — начал было смотритель, но потом понимающе умолк.

Темная река несла их и несла.

Шпунтик забился в ноги хозяину: кругом опять было много воды, и если бы кот знал заранее, что так выйдет, то, наверное, не стал бы бездумно прыгать в лодку, а лучше побежал бы следом по берегу. Теперь он расплачивался за собственную неосмотрительность: сидел и опасался. Хозяину, впрочем, тоже приходилось несладко, и это до определенной степени примиряло Шпунтика с рекой. Но только на время. Вот вернемся домой — и никакого больше душа и дегтярного мыла!..

Котю охватила безумная усталость. Чижиков напоминал себе выжатый лимон: казалось, не осталось никаких сил. Совсем никаких. Он только и мог что сидеть, привалившись всем весом к борту лодки, не чувствуя возможности даже пошевелиться — вот хотя бы погладить кота, что столь доверчиво вжался в его бок. Но гораздо хуже было внутреннее опустошение, не оставлявшее, кажется, ни малейшей возможности для того, чтобы собраться. Чижикова использовали — да и не только его, — использовали втемную, не считаясь с его желаниями или хотя бы с мнением, его обманывали, его водили за нос, его выдернули из привычной жизни и заставили терпеть неудобства, лишения, муки — и все ради какой-то круглой хреновины, что сейчас лежала у него за пазухой. А теперь — теперь лодка уже который час плыла неведомо куда, Котя никак не контролировал происходящее и ему было почти все равно. Почти наплевать. Он пока не вернул Нике попугая, и девушка не делала ни малейших попыток попугая забрать: сидела молча.

Глаза Коти слипались.

Едва слева по борту робкие лучи восхода окрасили розовым кромку недалекого горного хребта, как Лю Бан объявил: «Погоня! Нас преследуют!» И никто не спросил, как об этом узнал смотритель. К Лю Бану сунулся крепыш Бао:

— По реке? Советник?

— По реке, — подтвердил смотритель. — Много, много лодок!

— Что будем делать? — спросил Сумкин: он, в отличие от Коти, не ползал по обваливающейся на голову земляной норе и не несся стремглав прочь от дворца.

Федор был полон сил. Чижиков как бы невзначай нагнулся к Нике и незаметно отдал попугая: раз погоня, то нужно, чтобы все понимали происходящее и могли адекватно реагировать. Котя расстался с удивительным предметом с сильным сожалением: он начинал на своей шкуре понимать, как сладостно обладать такими вещами.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});