Шеррилин Кеньон - Поцелуй ночи

— Фиби? — выдохнула она. — Это действительно ты?

Фиби, так звали одну из ее сестер, погибших вместе с матерью.

Тень ступила в свет так, чтобы они смогли разглядеть ее лицо, которое поразительно напоминало черты Кассандры. Единственное отличие заключалось в их волосах. Фиби была золотистой блондинкой с прямыми волосами, Кассандра же являлась обладательницей тугих светлых завитков с рыжеватым оттенком. Фиби была одета в черный брючный костюм и казалась безоружной.

— Это я, Кэсси. Я здесь, чтобы помочь тебе.

Кассандра отступила назад и столкнулась с Крисом, не сводившим подозрительного взгляда с незнакомки. Даже Кэт была настороже.

Кассандра бегло окинула сестру недоверчивым взглядом.

— Мы думали, что ты мертва.

— Я мертва, — прошептала Фиби.

— Ты — Даймон, — обвиняюще произнес Вульф.

Девушка кивнула.

— О, Фиби, — сказала Кассандра голосом, полным разочарования. — Как ты могла?

— Не осуждай меня, маленькая сестренка. У меня были свои причины. Сейчас нужно переправить тебя в безопасное место.

— Как будто я собираюсь тебе доверять, — напряженно произнесла Кэсс. — Я помню нашего дядю, Демоса.

— Я не Демос и не имею ни малейшего намерения превратить тебя в подобие себя. — Фиби шагнула к сестре, но Вульф преградил ей дорогу, не позволяя подойти ближе к Кассандре, пока не выяснит ее истинные намерения.

Фиби сверкнула на него раздраженным взглядом, потом снова посмотрела на сестру.

— Пожалуйста, Кэсси. Ты должна верить мне. Я никогда и ни за что не причинила бы тебе вред. Клянусь душой нашей матери.

Другой Даймон вошел в дверь. Мужчина. Он был высоким и белокурым, Вульф отлично помнил его с того дня в клубе. Этот Даймон едва не вышиб из него дух.

И он был тем, кто называл Страйкера отцом.

Кэт задохнулась.

— Поторопись, Фи, — обратился Даймон к сестре Кассандры. — Я не могу дольше удерживать защиту. — Он прервался и, не дрогнув, встретил немигающий взгляд Вульфа. Гнев и ненависть между ними двумя была настолько осязаема, что Кассандру охватила дрожь. Она почти ожидала, что один из них в любую секунду кинется на другого.

— А почему ты помогаешь нам? — потребовал ответа Вульф.

Даймон скривился в отвращении.

— Мне абсолютно «по бороде» твоя участь, Темный Охотник. Я здесь только затем, чтобы помочь жене защитить ее маленькую сестренку. Что по-прежнему кажется мне глупой идеей. — Он перевел взгляд на Фиби, раздраженно оглянувшуюся на него.

— Завтра ты будешь думать иначе, — сказала она.

Даймон фыркнул.

— Радуйся, что я люблю тебя.

Кэт стояла, раскрыв рот от изумления.

— У Уриана есть сердце? Кто бы мог подумать?

Уриан впился в нее взглядом.

— Захлопнись, Абадонна.

Кассандра видела любовь на лице Фиби, когда Даймон приблизился к ней.

— Уриан спас меня, когда мама погибла, — объяснила Фиби. — Он вытащил меня из машины после взрыва бомбы и спрятал. Он и маму с Нией пытался спасти, но не смог до них вовремя добраться.

Кассандра не знала, что и думать об этом. Даймону, особенно связанному со Страйкером, не было резона помогать им, тем более что всю свою жизнь она преследовалась соратниками Уриана.

— Почему?

— Нет времени для объяснений, — шикнул Уриан. — Мой отец не дурак. Он быстро поймет что к чему, когда не получит вестей от этих двоих мертвецов.

Фиби кивнула и снова повернулась к Кассандре.

— Я прошу тебя довериться мне Кэсси. Клянусь, ты не пожалеешь об этом.

Кассандра обменялась хмурыми взглядами с Вульфом и Кэт.

— Думаю, мы можем доверять ей.

Вульф посмотрел на Уриана, затем на Кэт.

— Ты говорила, что они настоящие садисты. Существует вероятность, что они играют с нашим разумом?

Уриан разразился низким, горьким смехом.

— Ты просто недоумок.

Фиби пихнула мужа в живот.

— Прекрати, Ури. Ты не облегчаешь мне задачу.

Хмуро глядя на жену, Уриан потер живот в том месте, где она ткнула его, но больше ничего не сказал.

— Попытка не пытка, — сказала Кэт. — Если он лжет, теперь я знаю, как причинить ему боль. — Ее пристальный взгляд выразительно остановился на Фиби.

Уриан мгновенно ощетинился.

— Плевать на запрет Разрушительницы, тронешь ее, и я убью тебя, Катра.

— Тогда мы понимаем друг друга, — сказал Вульф. — Ибо случись хоть что-то с Кассандрой, Кэт станет меньшей из твоих проблем.

Уриан шагнул вперед, но Фиби удержала его.

— Ты говорил, нам следует поспешить.

Жесткие черты лица Уриана смягчились, когда он посмотрел на Фиби и кивнул. Не говоря ни слова, он повел их к черному глиссеру, уже спущенному на лед и ожидающему их.

Крис в сопровождении Кэт первым поднялся на борт.

Кассандра устроилась следом за ними.

— Часом не такие же лодки используют канадские констебли [констебли королевской канадской конной полиции. ] в поисковых и спасательных операциях? — спросила она Вульфа.

Охотник прочистил горло как будто оскорбленный ее словами.

— Их производит одна и та же компания, но мне нравится думать, что моя — немножко лучше.

Это еще слабо сказано. Вплоть до обивки кресел глиссер был роскошен до неприличия.

— Да, — поддакнул Крис, устраиваясь на сиденье и пристегиваясь ремнем. — Дадли Справедливый [одноименный эпизодический персонаж «Шоу Рокки и Буллвинкля», пародирующим мелодрамы и немое кино (в которых использовалось исключительно фортепиано в качестве музыкального фона). Дадли Справедливый был туповатым канадским констеблем, пытающийся одолеть своего заклятого врага Снайдли Уиплиша. ] — это про нас.

Кассандра улыбнулась ему, а Вульф устроился за штурвалом. Ее сестра запрыгнула в лодку, но замешкалась, когда поняла, что муж остался причале, и даже не попытался присоединиться к ним.

Лицо Фиби стало еще бледнее.

— Пойдем с нами, Ури, — уговаривала она, протягивая к нему руки. Ее голос звенел от напряжения и беспокойства.

Кассандра не могла оторвать взгляда от их переплетенных рук, демонстрирующих, насколько каждый из них хотел удержать друг друга и никогда не расставаться.

— Они расправятся с тобой, если узнают о случившемся.

При виде боли на лице Уриана, с тоской глядящего на Фиби, у Кассандры сердце обливалось кровью за них обоих.

— Детка, я не могу. Ты же знаешь, что не могу. Я должен остаться здесь и замести ваши следы, но обещаю, что дам о себе знать при первой же возможности.

Он пылко поцеловал Фиби, затем прижался губами к ее руке и отпустил девушку.