Стас Ас - Тени прошлого - тени будущего (СИ)

скверный. Медики ждут раненных после штурмовых операций А2 в своих светлых хоромах. Они

не бегают по расплавленному металлу под свист осколков – они не знают, что это – штурмовая

операция А2…

– Уберите “спутника” из медчасти.

– Уберу! И если вы дадите мне еще один день, сделаю это быстро.

– Айнер, вы получите еще сутки, только не появляйтесь здесь больше.

– Надеюсь, вы мне не смерти желаете?

– Нет, Айнер… Наоборот.

– А что, неплохо было бы. Но, боюсь, скоро увидимся.

Они улыбнулись друг другу, пожали руки… Улыбка доктора похожа на улыбку, а Айнер,

видимо, куда более ядовитый, чем наш сержант…

– Удачи, Айнер.

– Отдайте мне бойца – мне человек нужен, помогать будет.

Я не при оружии – сдал излучатель андроиду на входе, так что отдал лейтенанту честь, как

только скинул незримые путы – непривычно как-то…

– Рядовой N2-8090…

– Твои данные уже у меня, Герфрид. Пошли, и не отставай.

Иду за лейтенантом – не ожидал от него такой прыти – почти бежим… Вопросов не задаю, по

совету медбрата, лучше не нарываться, пока не соображу, как в Хантэрхайме с субординацией…

Четкую закономерность мне еще вывести не удалось, но она есть: чем ближе к штабам, тем все

точнее и правильнее по мелочам, а в самом коловороте – упрощено до предела. Мы да бойцы

службы безопасности – элита вооруженных сил. У нас с правилами жестко, просто, когда совсем

тяжко – условностей меньше. А вообще о нашей элитарности разговоров много… Кому еще

выпадает такая сложная, тяжелая, грязная и опасная работа? Настоящая элита вооруженных сил –

штурмовые отряды А1. Это люди S12 да защитники-D40 – мы их не видим и не слышим – таких

берегут на самый крайний случай…

Запись№9 00 00 000 00:00

10. 04. 205 год Новой Техно-Эры 17:55

Патрули службы внутренней безопасности тормозили нас на каждом переходе… Дошли,

наконец, до стоянки транспортов. Лейтенант, не подключив меня к линии, продиктовал машине

маршрут и откинулся в кресле… правда, только с третьей попытки… Что-то с ним не в порядке –

он и в транспорт вошел с трудом. Боль, видно, сильно его движения ограничивает… И его такого в

бой…

92

– Черт, спину клинит… Что смотришь? С тобой скоро и не такое сделают. Надо будет, будешь

делать, что надо, и без огрех, что бы с тобой ни было. Понял?

– Так точно.

– Тебе еще не успели позвоночник перешибить?

– Никак нет, командир, – только пару осколков под лопатку поймал.

– Делай все, чтобы этого избежать. И голову береги. Если тебе мозги плохо починят – и мне, и

тебе от твоей головы проблем будет больше, чем проку. Руки тоже – штуки нужные, хоть одну

сберечь обязан.

У него либо ненормальные шутки, либо все остальное ненормальное… Скорей тут и то, и

другое… Подвернулся же я ему под руку…

– Я понял, командир.

– По твоему виду видно, что понял. Ну что, Герф?..

– Готов.

Транспорт резко тронулся…

– Если ты серьезно насчет героической смерти, боец, – это хорошо. Нам такие пригодятся,

только не торопись. Запомни, что мне виднее, когда твоя смерть принесет больше пользы.

– Так точно. Запомню.

– Теперь все будет не так…

– Я уже понял.

– Редко кто понимает, но раз ты такой сообразительный – мне же легче. Вопросы?

– Есть, лейтенант.

– Это и был вопрос?

– Куда летим?

– Сейчас на склады заглянем – и спать. Потом времени не будет.

– Да, лейтенант.

– Айнер.

– Что?

– Это я – Фридрих Айнер. Айнер – короче, чем по званию. А по рангу – S9 – обращаться

дозволено одной технике. Нет времени – нет никаких “командир”, есть только “Айнер”. А времени

не будет. Сразу предупреждаю, Герф, завтра будет хреново. Но сегодня еще выспаться можно.

Денек… Хороший темп Стикк утречком задал…

– Так точно.

– Знаю, что тебе про наши привилегии Говорухин наговорил, – они действительно есть, но

пользоваться ими некогда. По глазам вижу – тебя продовольственный вопрос волнует. Он не тебя

одного волнует, и это пожизненно. А вообще – хорошо, когда тебя еще что-то волнует, – верный

признак того, что ты жив. Привык, что AVRG тебя и кормит, и поит, и думает за тебя – мы тоже

привыкли. Но твое выживание зависит не только от системы. Законы на севере жесткие при

серьезных нарушениях и гибкие – при мелких. Разбираться просто некогда. Первая штрафная

единица – выговор, вторая – строгий выговор с лишением привилегий, третья – первый разговор с

карателями, а вот четвертая – последний разговор с карателями. Видишь, как просто?.. Да, есть еще

одна вещь, которую ты должен усвоить, – у нас все на пределе. Избегай провокаций, не наводи

смуты – в Хантэрхайме это статья ликвидации, и никаких смягчающих или чего-то подобного.

Порядок наводить труднее, чем поддерживать, – не нарушай его.

– Так точно.

– Еще про Хантэрхайм… Здесь не ты откроешь свои потенциалы, а они – тебя. И в

обязательном порядке, хоть бы и со смертельным исходом.

– Понял.

– При хороших условиях человек дуреет, с жиру бесится – искать начинает доказательств тому,

что еще жив. А при запредельно плохих условиях ему уже не нужны ни доказательства того, что он

еще жив, ни жизнь вообще. Чтоб ты всегда знал, жив ты или мертв, и не исходил дурью вдоль и

поперек себя и других, – условия должны быть едва пригодными для жизни. Подчеркну – для

жизни. Там, где нужно только выживать, не только человек перестает быть человеком, но и боец –

93

бойцом. И тот, и другой становится – волком. Не в смысле – зверем, подохшим под тяжестью

прошлых лет, – хищником. Иначе он просто – дохнет. Штрауб дает все, чтобы ты мог жить,

Хантэрхайм – только то, чтобы ты мог выжить. И то – выжить с большим трудом… и не каждый

раз. Он тебе и жизнь, и смерть кусками швырять будет – тогда и посмотрим, кто ты есть – боец

армии AVRG или обычный голодный до добычи хищник. Но учти, что если полк со стаей

спутаешь, – я тебя заставлю так хвост поджать, что не подымешь. А надо будет – все хвостовые

позвонки перешибу.

– Ясно.

– Инструктаж завершен.

Айнер человек жесткий… И слова он выбирает пожестче… Если на них упадешь – кости об

них переломаешь, как об острые камни. А если оттолкнешься от них с усилием – полетишь в