Артем Колчанов - Путь к Золотистой

– Отстань, Тём, от человека.

– А разве я пристаю?

– Мы торопимся на дисколёт.

– Он уже сел, так что бегите?

– Сел? Вик, побежали, а то до завтра ждать придётся. Или вызов делать.

На дисколёт мы всё-таки успели. В самый последний момент заскочили в полупустой салон, расположились на пустом ряде кресел, я у окна, а Рэй рядом. Всю дорогу проболтали о пустяках, словно бы были обычными жителями этого мира. А через два часа уже были у входа в Первое Звёздное Училище. Перед входом мы, не сговариваясь, задержались.

– Немного боязно, - признался Рэй, улыбнувшись при этом.

– Мне тоже, - поддержал его я.

– Ну, уж если нам одинаково боязно, тогда пойдём.

За входом был большой светлый холл, а прямо напротив, на стене, была выложена из разноцветных каменных плиток эмблема Первого Звёздного - семь лучистых звёзд Большой Медведицы на угольно-чёрном фоне, заключенные в восьмиугольник из перекрученной золотистой ленты. Из-за этой эмблемы курсантов Первого Звёздного иногда называли "медвежатами", но они ни в малейшей степени не обижались на такое прозвище. Мы немного постояли, разглядывая эту знаменитую эмблему, потом переглянулись и пошли дальше. Внутри почти не было людей, но зато в большом количестве встречались всевозможные поясняющие надписи, планы и указатели. По ним мы без труда нашли председателя приёмной комиссии, пожилого человека в штатском. По давно заведённой традиции документы от поступающих принимал один только председатель. Мы ожидали того, что тут будет толпа, но оказалось, что в этот момент никто не атаковал комиссию и председателя. Председатель немного недоверчиво осмотрел нас с головы до ног, едва мы вошли в кабинет:

– Ну и чего вы хотите от меня, молодые люди?

– Мы пришли сюда, чтобы подать документы и претендовать на поступление в это училище, - ничуть не смутившись, ответил Рэй.

– Но сколько же вам лет?

– Уже по пятнадцать.

– И вы считаете, что этого достаточно?

– Насколько мы знаем, нижнего ограничения по возрасту у вас нет, и никогда не было. Знаем и то, что в Первом Звёздном были даже тринадцатилетние курсанты, а не то что пятнадцатилетние. А насколько мы для вас подходим или не подходим, с первого взгляда вам не определить. Если мы не сдадим экзаменов, не пройдём по контрольным тестам или по конкурсу, мы не будем иметь к вам ни малейших претензий, - высказался Рэй, а я промолчал.

– Ну, хорошо, убедили, - после небольшой паузы сказал председатель, едва заметно улыбнувшись, - давайте сюда ваши документы.

Первым личную карточку протянул оказавшийся более расторопным Рэй. Председатель вложил карточку в щель считывающего устройства.

– Рэй Климов, так… так… понятно. Дмитрий Климов, старпом "Циклона", вам случайно не родственник?

– Брат.

– Так я и подумал, вы похожи. - После этого председатель кивнул мне, и я отдал ему свою карточку, которую в первый раз держал в руках. Карточка отправилась туда же, куда и рэева.

– Виктор Стрельцов, родился на Дивере. Бывал я там когда-то… Малоприятным местом он стал сейчас.

– Сейчас там уже никого не осталось. Я был среди последних эвакуировавшихся.

– На Землю ты прибыл с Терции?

– На Терцию я даже не опускался, сразу же после карантина на орбитальной базе улетел на Землю.

– Понятно… Итак, в восемнадцатой экзаменационной группе есть два свободных места, - он открыл встроенный в стену шкаф, взял две серебристые пластинки, вставил их в лежащую на столе панель терминала, быстро набрал что-то на клавиатуре, чуть-чуть подождал и отдал их нам, - вот ваши экзаменационные карточки.

– И когда начинаются экзамены?

– Восемнадцатая группа, насколько мне известно, собирается послезавтра. Всю информацию вы можете получить у справочных стоек.

– Нам можно идти?

– Погодите. Виктор, ты уже устроился на Земле или нуждаешься в жилье?

– Я уже устроился.

– Ну и хорошо. Желаю удачи, молодые люди.

Как только мы вышли из кабинета, я спросил у Рэя:

– Кто такой этот председатель?

– Это же старший системкапитан Йорк, заместитель командира училища. Разве не знаешь?

– Экспедиция, открывшая Терцию?

– Ага, он был тогда у них капитаном.

Мы вышли в фойе. Там, в конце зала, полукругом стояли связанные с центральным кибермозгом училища стойки терминалов. Около них было несколько человек, таких же, как и мы, поступающих. Мы подошли к свободной, Рэй лучше меня знал, как с ней обращаться. Вставив в гнездо свою карточку, он выбрал в открывшемся приглашении: "Объявления по группе". На экран тут же выплыло написанное крупными буквами от руки объявление о том, что восемнадцатая группа собирается послезавтра утром у главного входа в училище, для того чтобы все познакомились друг с другом.

– Ну и что сейчас будем делать? - тут же спросил я у Рэя.

– Полетим домой. Нам с тобой нужно основательно готовится, экзамены в Первое Звёздное - это не просто так. А мы сейчас уже не имеем права не поступить.

Выйдя из училища, мы, не торопясь, пошли к посадочной площадке дисколётов.

– Прямого рейса для нас сейчас не будет, - сказал Рэй. - Придётся лететь с пересадкой. Где ты предпочтёшь ждать: здесь или на промежуточной остановке?

– Смотря где эта остановка… Хотя, лучше уж здесь подождать.

– Тогда подходящий дисколёт, - Рэй взглянул на часы, - будет через тридцать шесть минут.

Первое Звёздное располагалось на крайнем юго-востоке евразийского материка, в тропическом поясе. И здесь сейчас уже начинался вечер. Ветра совершенно не было и поэтому было достаточно душновато. На лбу у Рэя выступила испарина, и он, стянув с себя майку, начал ею обмахиваться:

– Вик, тебе что, совсем не жарко? Даже куртку не снимешь.

После этих его слов я освободился от куртки, да и от рубашки тоже. Здесь, на посадочной площадке, большинство ребят тоже страдало от духоты и тоже было без рубашек.

– На Дивере, Рэй, такое не посчитали бы и за жару.

– Видел я тебя с твоим братом, когда вы гуляли по космодрому. Тогда одежда на тебе была гораздо более скудной, чем сейчас.

– Мы с Серёжкой вообще не думали, что кого-нибудь встретим.

– Ну да ладно, дело прошлое, - улыбнулся Рэй.

Возле посадочной площадки стояло большое табло с экраном указателя-информатора. Из этого табло в разные стороны торчали два металлических стержня непонятного назначения. Поступающие в училище, а их здесь было подавляющее большинство, устроили что-то вроде спортплощадки, где соревновались в подтягивании на перекладине, которой и служили им эти штыри. Мы с Рэем пристроились к наблюдающим, которые вслух считали разы. Как раз в это самое время один парень подтянулся полтысячи раз.