Владимир Бабула - Планета трех солнц

В лицо мне ударил холодный ветер. Засвистел и мгновенно унес в необозримую даль и девочку, и карусель, и маленький поезд.

Откуда налетел этот ледяной ветер? Ведь сейчас весна?

Открыл глаза, просыпаюсь. Ледяной ветер дует на самом деле. Передо мной — бескрайнее море…

Я вздрогнул от холода и ужаса. Из розового сна — сразу к страшной действительности!

Я посмотрел на зеленовато-голубое пустынное небо и завыл от тоски. К чему необъятное пространство, которое становится хуже тюрьмы, если человек осужден жить один, без пожатия руки, без звука человеческого голоса.

Все мне вдруг показалось смешным: я сам, моя горстка плодов, резиновая лодка и враждебное море. Я начал громко хохотать, меня вновь и вновь душили приступы смеха.

— Я сошел с ума! — опомнившись, ужаснулся я.

Однако я рассуждал вполне здраво.

«Горы опустились. Не оказался ли я на острове?»

Я вскарабкался на вершину невысокой сопки и убедился, что так и случилось. Ближайший континент или большой остров вырисовывался далеко на горизонте.

В течение нескольких дней море, непрерывно поднимаясь, загоняло меня все выше. Однако затем опускание гор прекратилось. Я дождался улучшения погоды, наполнил лодку плодами и отправился в опасное путешествие по морю.

После двухдневного плавания мне, наконец, удалось добраться до материка. Я настолько ослаб, что только собрав все свои силы, смог выкарабкаться на берег и вытащить лодку. Оказавшись на твердой земле, я сразу же уснул.

Когда я проснулся, была ночь. Мне показалось, что я попал в ад. Земля дрожала и трескалась, горы над моей головой извергали огонь…

Я лег среди разбросанных вокруг, еще теплых камней и ждал, когда меня зальет раскаленная лава.

Оглушительный взрыв расположенного неподалеку вулкана будто бы снова пробудил меня к жизни. Я вскочил и стремглав помчался по раскаленному склону. Путь мне освещали вспышки молний. Несколько раз я падал, — сейчас уже и не знаю, то ли потому, что колебалась земля, а может, ноги у меня подкашивались от усталости.

Вскоре я выбрался к небольшой горной речушке. Вода в ней кипела, как в котле. Пар, клубившийся над руслом, жег мое пересохшее от жажды горло, окутывал все вокруг молочной пеленой так, что и в одном шаге ничего не было видно.

В конце концов я миновал ущелье и оказался на широкой равнине, окаймленной на горизонте лесом.

Грохот за моей спиной вновь заставил меня перейти на бешеный галоп. Словно испуганная лошадь, я перепрыгивал через ямы и трещины, спотыкался о камни и кусты. Надеясь найти спасение в лесу, я влетел в его темноту и, как дикий зверь, стал продираться сквозь заросли. Лианы и ветки царапали мне лицо и руки, но я не чувствовал боли. Порой мне казалось, что еще немного и я задохнусь — легкие отказывались служить.

Наконец я добрался до невысокого холма и остановился, совершенно обессиленный. Смутно помню, что за возвышенностью я увидел холмистую равнину. Через мгновение я уже спал.

Разбудил меня ливень и нестерпимое чувство жажды. Но я сразу забыл обо всем, когда оглянулся вокруг.

Мне показалось, что я начинаю бредить: холмистая равнина превратилась в горную гряду. В течение нескольких часов холм, на котором я уснул, был поднят на огромную высоту. Вдали бушевало море. Высоченные волны неистово бились о берег континента, выгрызая из него куски земли.

Но на этом все не закончилось. Земля дрожала все сильнее; нарастал и усиливался раскатистый грохот. Видимо, назревала еще более страшная катастрофа, потому что из первобытного леса вдруг вырвалась волна удивительных зверей и помчалась к только что возникшей горе, которая меня подняла. Спасаясь от них, я со всех ног бросился наутек.

Вскоре животные догнали меня, — их могучие жилистые тела, как призраки, мелькали мимо. Ни одно из уродливых созданий даже не посмотрело в мою сторону.

«Убегают от страшной опасности!» — подумал я и устремился вслед за ними. Пробежал несколько шагов и упал. С яростью и завистью я смотрел на бегущих животных, — они были сильны и неутомимы. Но вот я заметил ящера, который из-за своего веса и неповоротливости двигался медленнее прочих. Несколькими прыжками я подбежал к нему и взобрался на его спину. Ящер меня даже не заметил. Он напрягал все силы, чтобы догнать остальных.

В спину нам сопело чудовище с длинной шеей и жуткой, усеянной мелкими острыми зубами пастью. Достаточно было ему хоть немного вытянуть шею — и мое путешествие через ад сразу бы закончилось. Но когда опасность грозит со всех сторон, перестаешь бояться.

Пока я следил за угрозой позади, мой необычный «корабль» добежал до широкой реки, без раздумья бросился в воду и поплыл к противоположному берегу, над которым возвышались первые склоны высоких гор.

По долине прокатился оглушительный грохот. Из-за поворота показался мощный вал воды, несшийся прямо на нас.

Я соскочил со спины своего спасителя и несколькими гребками достиг берега. Меня захлестнул поток пенящейся воды, но я сумел как-то уцепиться за скалу.

С большим усилием я выбрался на небольшую горную равнину и забрался в кустарник. Удача на миг вернулась ко мне: на расстоянии вытянутой руки передо мной качались на ветках пурпурные овальные плоды, которые я хорошо знал и не раз ел.

Завывал ветер. Время от времени над кустарником появлялась голова какого-нибудь ящера. Однако я ни на что не обращал внимания, жадно глотая сладкую мякоть. Вскоре мои веки закрылись от усталости.

В этих зарослях я прожил несколько дней.

Движение горных массивов тем временем прекратилось, вулканы погасли. Недра планеты отдыхали. Погода тоже улучшилась и воздух очистился от вулканического пепла. Раны на моем теле на удивление быстро подсыхали и заживали.

Вскоре я покинул свое временное убежище и медленно двинулся в горы, к оврагу, в котором, убегая, бросил свое единственное имущество — резиновую лодку. Без нее мои шансы на спасение уменьшались до минимума.

Чем выше я поднимался, тем шире открывался пейзаж вокруг. Вам это кажется само собой разумеющимся, но меня удивляло: куда делись те горы, что выросли подо мной?.. Мне казалось, что они снова превратились в равнину, словно их выровняли огромным катком. Только когда рассеялся мглистый полог, я увидел, что вокруг меня море, усеянное многочисленными мелкими островками. Холмы, поднявшиеся на короткое время до неба, снова опустились.

Соединяются ли эти горы хоть где-нибудь с континентом или стали островами?.. Если я оказался на острове, без лодки отсюда никогда не выберусь. Древесина здесь тяжелее воды, так что о постройке плота нечего и думать. А без еды я рано или поздно погибну…