Джеймс Хоган - Сибирский эндшпиль

И прежде чем Энрико смог ответить, она выскочила в дверь и зашагала к лестнице. Квартира была на втором этаже, поэтому вместо того, чтобы выйти через главный вход, она спустилась по лестнице вниз и вышла черным ходом через подземный гараж.

Анна прошла несколько кварталов, потом взяла такси до Найтсбриджа, с южной стороны Гайд Парка. Она зашла в знакомую гостиницу и немного посидела в баре на втором этаже, привела себя в чувство рюмкой, собираясь с мыслями. Потом наконец пришла к выводу, что другого выхода у нее нет, спустилась в фойе и позвонила из автомата по специальному номеру, который ей дал ее контакт из СИС.

В оперативном зале британской специальной разведывательной службы, в лабиринтах, которые существовали под Уайтхоллом еще со времен второй мировой войны, зазвонил телефон. Дежурный офицер связался с начальником, а затем отправил радиосигнал, кодированный "Чрезвычайно срочно". В двух милях оттуда, в Челси, сигнал включил обычный с виду коммуникатор в кармане пиджака, погребенного на спинке стула под кучкой одежды. Вообще-то коммуникатор был отключен, чтобы не тревожили. Но в нем была встроена специальная схема, обходящая все подобные запреты.

Джереми ждал этого момента несколько месяцев. Ужин на двоих был великолепным, вино - безукоризненным, атмосфера - очаровательной. Теперь, под мягкие звуки скрипки и запах роз в ее спальне, он подходил к логическому концу.

Дафна поцеловала его и откинулась на спину, соблазнительно улыбаясь. Распахнув халат, она открыла его взгляду свое совершенное тело. Джереми позволил себе не торопясь любоваться им.

- Скажи-ка, - промурлыкал он, - у меня всегда была страсть к таким прозрачным маленьким трусикам, как не тебе. Под ними такая же прелесть, как и все остальное?

- А почему бы тебе не попробовать? - прошептала она.

Его рука скользнула от ее щеки вниз по шее, задержалась на груди, чтобы поиграть соском, а затем поползла вниз к животу, чувствуя, как он напряженно принимает ласку.

БИП БИП БИП БИП БИП

- Боже! Только не это!... Мать! Мать! Чтоб им всем! Чтоб они! Они...

- Что это? - вскрикнула Дафна, садясь в кровати.

- Мне нужно идти.

- Но ты же сказал, что всю ночь свободен.

- Так и есть. То есть... Долго объяснять.

- Ты не можешь выключить эту штуку?

- Она под шмотками...

- Осторожнее с этим платьем, дорогой.

- Сейчас. О Боже!...

Дафна снова накинула халат и потянулась за сигаретой. Она разочарованно вздохнула.

- Телефон там. Надеюсь, в следующий раз будет лучше.

- Так значит, будет следующий раз?

- Конечно. Я даже думаю, что ты сделал это специально, чтобы растянуть удовольствие.

- Ты в самом деле сумасшедшая. Но мне все равно нужно выйти прогуляться под дождичком.

- Под дождичком?

- А-а, так американцы говорят.

- А что это значит?

Джереми замер с рукой над телефоном.

- Ты знаешь, - ответил он, неожиданно смутившись, - понятия не имею.

Джереми подобрал Анну в такси в точке встречи на углу Гайд Парка и отвез ее к югу от реки, в Ламбет. Когда они приехали, там их уже ждали Сильвия и еще одна женщина из СИС. Теперь два агента будут вместе с ней в течение двадцати четырех часов в сутки, пока ее не перевезут в безопасное место. Снаружи за домом будет следить полиция.

- Как вы думаете, что теперь будет? - спросила Анна.

- Это не от нас зависит, - ответила Сильвия. - Раз американцы вами так интересовались, то я не удивлюсь, если вас перебросят к ним, предположил Джереми.

- Надеюсь, я вам не в тягость, - робко сказала Анна.

Сильвия рассмеялась.

- Конечно же, нет. Это наша работа. Какой глупый вопрос!

- И пусть о нас говорят, что ничто не сможет встать между нами и службой, короне и стране, - процитировал Джереми. Сильвия заинтригованно посмотрела на него, он надменно фыркнул в ответ. - Я лучше пойду чай поставлю.

И Джереми вышел из комнаты. По пути через гостиную он остановился и отвесил изрядный пинок подвернувшемуся под ногу зонтику.

27

В Замке организация чего угодно на постоянной основе - а именно это было на уме у Мак-Кейна - требовала прежде всего найти способы избегать информаторов и электронного наблюдения. Если теория Мак-Кейна об Замке, как об "информационной шахте" была верной, то вряд ли русские бы ограничились полумерами.

Рашаззи и Хабер разработали несколько способов обнаружения и отключения спрятанных микрофонов, и сейчас экспериментировали с нейтрализацией электронных браслетов. Чтобы скрыть эту деятельность и, совместив приятное с полезным, повеселиться самому, Рашаззи надрессировал своих мышек есть пластиковую изоляцию русской электропроводки, а затем выпустил их в пространство между стенами и потолком. Когда русские техники появлялись, чтобы ликвидировать поломки - которые неизбежно случались, пока двое ученых возились с системой безопасности - они неизменно находили накоротко замкнутые провода, выглядевшие так, как будто над ними поработали зубки какого-то грызуна, как правило, мышки, бегавшей тут же неподалеку. Веселье, правда, было недолгим, и через Лученко до Рашаззи дошел приказ избавиться от мышей. Тогда они таинственным образом убежали из своих клеток и, вероятно, пропали в дыре, которая столь же таинственным образом возникла в стене под бачком в одной из кабинок туалета камеры В-3. Их мобильность должна была быть потрясающей, потому что дежурные техники в течение нескольких дней носились по Замку и боролись с эпидемией коротких замыканий и обрывов. У Лученко были проблемы с начальником блока, Рашаззи потерял кучу накопившихся привилегий, но дальше этого дело не пошло.

Это упражнение послужило дымовой завесой для дальнейших изысканий о системе безопасности, но общей проблемы не решило. Русские давно стали мастерами обмана, и нельзя было сказать наверное, не являются ли обнаруженные устройства ловушкой, чтобы отвлечь внимание заключенных, в то время, как более сложный и хитрый уровень системы работает без помех. Лишь долгое время спустя после того, как Рашаззи и Хабер стали экспертами по вынюхиванию скрытых микрофонов с проводами, они обнаружили еще один вид встроенных микрофонов, работавший вообще без проводов: подключался он полосками проводящей краски, которая маскировалась сверху слоем обычной краски. Рашаззи сделал пробник с парой тонких игл, с помощью которого можно было обнаруживать такие полосы, но это была очень утомительная работа.

Можно было, конечно, играть в угадалки, прослушивается ли определенное место или нет, например, начиная провокационный разговор и ожидая реакции русски. Но и русские тоже могли играть в эту игру, закидывая сеть с широкой ячеей, они могли пропускать мелкую рыбешку, чтобы поймать большую. И потом, кто будет играть роль наживки?