Владимир Контровский - Саракш: Тень Странников

Внутри здания воздух был свеж и прохладен, пахло хвоёй и ещё чем-то лесным. Гай и офицер-пандеец поднялись по широкой лестнице мимо стражей, вооружённых автоматами и неподвижных, словно статуи (мимоходом Заар отметил, что среди них немало женщин, причём молодых и привлекательных). Однако разглядеть амазонок (равно как и красочные стенные фрески) поподробнее ему не удалось: сопровождающий офицер остановился перед тяжёлой дверью (то ли деревянной, то ли искусно имитировавшей резное дерево), вежливо склонил голову и произнёс, указывая на дверь:

– Принёсший слово Святого Мака, вас ждут.

Двери бесшумно распахнулись, и Гай, сдерживая учащённое сердцебиение, шагнул за порог.

К немалому своему удивлению, Заар оказался не в просторном зале, каковым, по его мнению, надлежало быть помещению для официальной аудиенции с правителями Пандеи, а в небольшом кабинете: по всей видимости, принимающая сторона хотела провести встречу в приватной обстановке – «приходи один и без оружия». Кабинет был невелик, уютен и строг: никакой вычурной роскоши за исключением развешенных по стенным деревянным панелям картин и холодного оружия – клинков, копий и боевых топоров. Паркетный пол, высокое, под потолок, окно, наполовину задёрнутое тяжёлой гардиной, овальный стол резного дерева. За столом сидели двое (кроме них, в кабинете больше никого не было – ни секретарей, ни охраны), и ещё одно кресло – пустое, стоявшее спинкой к дверям, – ожидало гостя. Скорее всего, подумал Гай, защита от прослушивания здесь идеальная, иначе не стоило прибегать к такой предельной степени конфиденциальности.

Кто эти двое, он понял сразу, хотя никогда их раньше не видел. Во главе стола сидел, опустив сильные руки на столешницу, темноволосый молодой человек в серо-голубой форме «лесных войск» Пандеи. На взгляд он был ровесником Гая или чуть старше, но привычкой властвовать, которой дышал весь его облик, бывший студент вряд ли мог похвастаться. И ещё Гаю почудилось, что лицо этого молодого человека чем-то ему знакомо, как будто Заар уже видел его, причём не единожды. Что же касается женщины – а вторым человек за столом была женщина в тёмно-зелёном платье с серебряным узором, небрежно откинувшаяся на спинку кресла, – сначала она не показалась Гаю властительницей, но уже через пару секунд он понял, что ещё неизвестно, кто играет в этом пандейском дуэте первую скрипку. Лицо женщины было в тени (она сидела спиной к окну), однако Заар заметил, что она, несмотря на свой далеко не юный возраст, всё ещё красива – особенно выразительными были её глаза, внимательные и пронзительно-жгучие.

– Рад приветствовать великого кёнига и кёнигин-регентшу, – старательно проговорил Гай по-пандейски (он зубрил эту фразу чуть ли не всю ночь, и надеялся, что произнёс её без особых ошибок). – Меня зовут Гай Заар.

– Мы рады гостю, – отозвался молодой кёниг по-имперски, подняв раскрытую правую ладонь в приветственном жесте. – Моё имя – Кам Энгу, имя моей матери – Итана Энгу.

Регентша промолчала, но Гай чувствовал, что она пристально – очень пристально – его рассматривает, и что интерес её носит какой-то странный оттенок.

– С чем ты пришёл к нам, Гай Заар? – спросил кёниг, не тратя времени на вопросы о самочувствии и о том, как гости доехали до столицы.

– Я владею опасной тайной: речь идёт о жизни и смерти множества людей на всём материке, в том числе и людей вашей страны. И мне нужна ваша помощь, правители Пандеи, потому что…

– Ты сказал пограничным стражам, – не слишком вежливо перебил его Кам, – что ты «принёс слово Святого Мака». Что означали твои слова?

Итана по-прежнему молчала, однако Гаю было ясно, что она тоже ждёт ответа на этот вопрос. И он ответил:

– Святой Мак – мой отец. Я пришёл к вам, потому что у вас помнят, кем он был, и что он сделал.

Наступило молчание, а затем раздался низкий и слегка насмешливый голос Итаны:

– Смелое заявление. Проверь, сын.

Гай не понял, что означают слова кёнигин, но Кам Энгу широко улыбнулся и встал из-за стола. По фигуре молодого кёнига было видно, что он крепок и силён, и движения его были движениями уверенного в себе хищника.

– Такие вещи надо доказывать, гость, – сказал он холодно. – У нас в Пандее не любят самозванцев. Я вызываю тебя на поединок. Выбирай оружие, – он махнул рукой на клинки, висевшие на стене.

Гай ошарашено молчал: чего-чего, а такого он никак не ожидал. Но время шло, и надо было отвечать: молодой властитель Пандеи явно не шутил.

– Я предпочитаю голые руки («Не хватало мне ещё продырявить его мечом, да и не умею я фехтовать на этих железках»).

– Хорошо (кёниг быстро переглянулся с матерью, и та кивнула). Ты готов?

– Готов.

В следующую секунду Гаю показалось, что его подхватил ураган. Кам Энгу каким-то невероятным образом оказался рядом, и Гай Заар едва успел блокировать сильнейший удар в скулу. Время привычно растянулось, но пандейский кёниг почему-то оказался внутри этого растянутого времени: он двигался с той же стремительностью, что и сам Гай.

Если бы кто-то мог видеть этот поединок со стороны, он вряд ли смог бы разобрать детали. Посередине кабинета метался смутно различимый клубок из двух теней, издававших резкие выдохи и вскрики боли. Кёнигин Итана наблюдала за этим невероятным зрелищем, и на губах её играла странная улыбка. А спустя полминуты она вдруг подняла руку и властно произнесла:

– Довольно. Я видела – мне достаточно. Хватит увечить другу друга – обнимитесь, братья.

На этот раз в изумлённый ступор впали оба молодых человека. Они стояли, тяжело дыша – у Кама была рассечена бровь, Гай слизывал кровь с разбитой губы, – и недоумённо глядя то друг на друга, то на женщину в зелёном с серебром.

– Что это значит? – спросил Кам. – Братья? Какие братья?

– По отцу, – спокойно пояснила Итана. – Твой отец, сын, – Святой Мак, известный также как Мак Сим. Вы похожи – подойдите к зеркалу и посмотрите.

Так вот почему лицо молодого кёнига показалось мне знакомым, понял Гай. Ещё бы – своё собственное отражение я видел в зеркале, и не раз. Правда, у меня светлые волосы и серые глаза, а этот Кам Энгу черноволосый и темноглазый, но черты лица очень похожи. И поэтому-то Итана и смотрела на меня так странно… Вот это да – кто бы мог подумать?

– Твой отец, Кам, – невозмутимо повторила регентша, – Святой Мак. Я никогда не делала из этого тайны, а мой покойный супруг никогда не делал из этого трагедии – ты был рождён во исполнение древнего пророчества. И вы оба одной крови – это показал поединок: никто не смог бы выстоять против тебя, Кам, дольше нескольких секунд, только твой брат по крови. Я рада, Гай Заар, что ты жив, и что ты здесь: я вижу в этом перст судьбы.