Юрий Тупицын - Дальняя дорога

- Меня решили принудительно перекрасить - из рыжего превратить в жгучего брюнета?

Альта помотала головой, поддразнила:

- Я участвовала в заочном заседании Всемирного общества женщин.

- Вот как! А почему именно ты?

- Решили, что это будет полезно.

- Так, так. - Лорка сокрушенно вздохнул. - Разве не анахронизм это общество? Почему, скажи ты мне на милость, нет всемирного общества мужчин?

- Потому что у вас нет всеобщих мужских интересов, - отпарировала Альта.

- Как это нет? Разве обязанность ухаживать за женщинами, любить их и лелеять не всеобщая? Не понимаю, чего женщины так суетятся! Вы требовали абсолютного равенства - пожалуйста! Так ведь не понравилось. Сами же установили равенство условное, со всевозможными привилегиями с одной стороны и ограничениями - с другой. Мы, мужчины, народ гордый и сговорчивый: условное равенство так условное, не возражаем. Что же вам еще такое потребовалось во всемирном масштабе? Решили создать поселение амазонок? Или учинить варфоломеевскую ночь и вырезать всех мужчин старше сорока и моложе восемнадцати? - Болтая, Лорка не переставал размышлять, и неожиданно у него сверкнула догадка: - Что-нибудь насчет Кики?

- Угадал!

- Ну, ну? - поторопил Лорка.

- Принято решение потребовать, чтобы в состав разведотряда была включена хотя бы одна женщина.

Альта было рассмеялась, глядя на ошарашенное лицо Федора, но сразу же заметила, что он расстроился всерьез, и положила ему руку на голову.

- Почему ты огорчился? У тебя теперь есть все основания взять меня на Кику.

- Об этом не может быть и речи, - резко ответил Лорка и, видя, как похолодели глаза Альты, мягко добавил: - Не будем возвращаться к нашим старым спорам. В моем обществе путь тебе на Кику заказан.

Альта покачала головой.

- Упрямый ты человек. И жестокий.

- Я уже слышал об этом. Вчера. От жены Соколова.

- И что ты ей ответил?

- Что справедливость нередко кажется жестокой тем, кому она невыгодна.

- Разве ты справедлив по отношению ко мне?

Лорка взглянул на жену.

- Милая моя девочка, речь идет о судьбах человечества. Ну разве можно приравнивать к ним наши взаимоотношения?

Альта посмотрела в зеленые, непривычно невеселые глаза мужа.

- Неужели дела обстоят так серьезно?

- Возможно. Я как-то запутался. Но у меня такое впечатление, что очень многое будет зависеть от того, насколько умело мы сыграем роль посланцев Земли на Кике.

- А если вы ошибетесь?

- Не знаю. Даже если всемогущие кикиане придут к выводу о безусловной космической вредности человечества, вовсе не значит, что они зададутся целью уничтожить его. Они могут изолировать нас, ограничить или просто прервать всякие связи с нами.

- Ты убежден в могуществе кикиан?

- Вовсе нет.

Альта с сердцем оттолкнула его тяжелую голову.

- Так зачем же ты меня пугаешь?

Зеленые глаза Лорки лукаво сощурились, но остались невеселыми.

- Я запутался, Альта, а поэтому и превратился в пессимиста. Если кикиане - друзья по разуму и морали, то почему они не выходят на прямые контакты? Если они враги, то почему так старательно избегают причинять нам явное зло? Не беру в расчет гибель людей на самой Кике, это могло быть недоразумением. Я не вижу границ их могуществу: они действуют незримо и неслышно, галактические расстояния нисколько их не смущают - и это меня пугает. Но рядом же я вижу их странное бессилие. И это вселяет в меня еще не совсем осознанные надежды.

Альта молча гладила его волосы и шею. Лорка, прикрыв глаза, говорил теперь словно про себя:

- Неведомо как они оказались на Земле, сначала погубили, а потом спасли Тима. Они ухитрились изучить нашу технику и угнали гиперсветовой корабль. Разве это не свидетельство их могущества? Но корабль сгорел в атмосфере! И разве это не говорит об их странной беспомощности?

- Загадочно все это, - после паузы проговорила Альта, соскользнула с дивана, прижалась к Федору. - И страшно.

- Страшновато, - согласился Лорка.

Альта потерлась щекой о его плечо.

- Скажи, почему ты против участия женщин в экспедиции? Я уже не говорю о себе. Ты вообще против, правда?

- Правда. Настолько правда, что сделаю все возможное, чтобы воспротивиться этому.

- Ты не считаешь нас достаточно храбрыми?

Федор уловил нотку отчуждения в тоне жены и обнял ее за плечи.

- Ты не подумай, я не против смешанных экипажей и отрядов вообще. Они существуют и прекрасно выполняют свои задачи. У смешанных отрядов даже больше гибкости, они легче переносят длительные невзгоды, устойчивее к стрессам. Но это если невзгоды не превышают критических величин, а стресс не оборачивается шоком. В экстремальных условиях я отдаю предпочтение чисто мужскому составу.

- А если чисто женскому?

- Возможно, - охотно согласился Лорка. - Не зря же существовали легенды об амазонках, и достоверно известно, что у многих африканских вождей существовала чисто женская гвардия - охрана. Но по космосу нет такого опыта.

- Боюсь, тебе одному будет трудно справиться с целым всемирным обществом, - не без лукавства заметила Альта.

Лорка усмехнулся, щуря свои зеленые глаза.

- На всякий случай у меня есть запасной ход.

- Какой? Секрет?

- Нет. Надо взять в отряд такую женщину, которая не вызывала бы у мужчин специфических эмоций и петушиного ража.

Альта засмеялась.

- Бабушку?

- Ну зачем брать в отряд балласт, если он даже добр и мил? Гораздо разумнее остановиться на полноценном человеке.

Альта вдруг отстранилась от мужа, глаза ее стали сердитыми.

- Уж не хваленую ли Эллу ты хочешь взять с собой?

- Да ты с ума сошла! Она же перебаламутит весь отряд, во всяком случае, постарается это сделать, и только после этого успокоится и будет по-настоящему работать. Морочить головы мужчинам для нее вопрос престижа. Нет, если так уж получится, я предложу место Нике.

Альта всплеснула руками.

- Названой сестренке? Она же совсем еще девочка!

Лорка покачал головой.

- Она так выглядит. А на самом деле ей уже шестнадцать лет, и она имеет право распоряжаться собой.

- Ты не шутишь? - Альта смотрела на мужа с удивлением.

- А ты и правда жесток, Лорка. Неужели тебе ее не жалко?

- Мне ее жалко, - хмуро ответил Федор.

- Ничего себе жалость!

- Она может отказаться.

- Ника не из тех, кто отказывается. И ты это знаешь.

- Я ее жалею, - упрямо повторил Лорка. - Если бы не это, я бы пригласил ее участвовать в экспедиции и без Всемирного женского общества. Но если я буду поставлен перед необходимостью, то первое предложение сделаю Нике. В таких делах личное ничто по сравнению с общественным долгом. Никто не простит мне ошибок.