Алекс Карр - 8-я книга. Полет "Уригленны".

Своего супруга эта восторженная особа совершенно не принимала в расчет и считала, что если Джейн согласится, то ему уже ничего не останется делать, как лететь на Плутон. Так оно и случилось. Стоило только девушке кивнуть головой, Пьер улыбнулся и, связавшись с космопортом на Ганимеде, сообщил диспетчеру, что он отправляется на Плутон. Однако, прежде чем стартовать к Плутону, они все-таки пообедали, как это и планировалось, над солнечной стороной Юпитера и полюбовались через прозрачный кокпит космояхты на огромный диск планеты. Зрелище было величественное и очень впечатляющее, тем более, что в иллюминатор было прекрасно видно знаменитое Большое Красное пятно, огромный атмосферный вихрь, который существует уже тысячи лет.

Полет к Плутону был действительно интересным. Пьер вел космояхту на огромной скорости и это позволило ему сначала показать Джейн и Наташе Сатурн с его кольцами, некоторые его спутники: рыжий Мимас и серебристый Энцелад, а так же Титан с его мощной атмосферой. После этого они пролетели над Ураном и лишь потом направились к Плутону, на орбите которого, между этой карликовой планетой и ее огромным спутником Хароном находилось это сооружение.

Из объяснений Пьера, который был куда более опытным космолетчиком чем человек-интари Майкл Стивенс, крупный ученый в области генной инженерии, Джейн поняла, что выбор расположения военной базы земных военно-космических сил был отнюдь не случаен. Во-первых, это прекрасно маскировало базу от наблюдателей с Земли, а во-вторых, скрывало ее от не прошенных гостей, которые возможно могли прилететь из глубин галактики, хотя интайрийские исследовательские корабли до сих пор не нашли в галактике разумной жизни, но, поскольку, галактика была огромна, а тахионные двигатели позволяли покрыть в довольно короткий срок чудовищные расстояния, то к вторжению извне все были готовы.

В течение долгих восьмидесяти тысяч лет солнечную систему прикрывали от вторжения шесть мощных боевых, автоматических спутников. В их задачу входило не только отразить возможную агрессию, но и предотвратить столкновение с Землей крупных небесных тел и хотя некоторые астероиды и падали на планету, они не вызвали катаклизма, способного уничтожить всю человеческую цивилизацию. Боевые спутники, которые не смотря на то, что они простояли в строю восемьдесят тысяч лет, по прежнему находились в полной боевой готовности, но теперь им на помощь, в случае опасности, должны были прийти быстроходные крейсера-истребители. Сами же спутники служили по большей части в качестве системы раннего предупреждения и контролировали объем космического пространства вокруг Солнца диаметром в пять тысяч световых лет.

Военно-космическая база поразила Джейн гораздо больше, чем любая из баз интари и даже их гордость – "Уригленна", ведь она была построена почти целиком землянами. Между Плутоном и Хароном, строго выдерживая орбитальную скорость для того, чтобы находиться в одной точке на высоте пятнадцати тысяч километров, в космическом пространстве летела над мрачной, темной планетой огромная решетчатая конструкция длиной более пятнадцати километров, более всего похожая на растопыренную садовую лестницу-стремянку.

Солнце на этом расстоянии было всего лишь очень яркой, большой звездой и лишь слегка освещало планету, делая ее призрачным, коричневатым, мрачным миром. Зато база космофлота нарядно сияла яркими огнями и напоминала рождественскую елку. По пути к этому месту Джейн узнала, что базу построили пять лет назад и что в ее строительстве принимало участие сорок девять стран. Все конструкционные модули отправлялись на интайрийскую базу размещенную на Плутоне с земных интайрийских баз грузовыми нуль-трансами, а уже потом они выводились на орбиту и поступали в руки тысяч космомонтажников.

На строительстве базы космофлота было занято более десяти тысяч человек и на монтаж ушло чуть более года, но если бы не помощь интари, построить этот небесный объект землянам было бы не под силу. По прямому распоряжению Эда Бартона, штабу объединенного отряда военно-космических сил была передана специально построенная, для такого случая, на Плутоне база, которая служила одновременно огромным отелем и научно-техническим центром с прекрасно оснащенными военными заводами и фабриками.

На базе построенной интари, высоко возвышающейся над поверхностью планеты и лишь частично превращенной в казарму, космолетчики отдыхали и учились, а на вот на базе, крутившейся вокруг Плутона, проходили свою службу. По большей части плутонианская база военно-космического флота Земли напоминала любую земную военно-морскую базу и отличалась от них лишь тем, что эта космическая армия не подчинялась ни одному земному государству.

Базой командовал космос-адмирал Чарльз Гордон, который до этого назначения возглавлял военно-морские силы Австралии. На эту должность его назначило тайное правительство Земли, возглавляемое пять лет назад председателем госсовета Китая Лао Янем, но Чарльз Гордон был свободен от каких-либо обязательств как по отношению к Австралии, так и по отношению к любой другой стране. Этот старый моряк подчинялся только одному богу – уставу военно-космического флота планеты Земля.

Не смотря на то, что военно-космические силы были официально интернациональными, каждое крупное соединение космических крейсеров-истребителей базировалось на отдельной площадке, которая носила имя одной из стран участниц строительства базы. Из крупных стран среди этих площадок не было только американской и английской, хотя и для этих стран давно были зарезервированы места.

Правительства этих стран до сих пор так и не вняли советам друзей и не пошли на тесное сотрудничество с Институтом Человека. Однако, это не мешало американцам не только сотрудничать с этой неправительственной организацией, но и служить в объединенном космофлоте Земли. Как успела узнать Джейн, служба эта была довольно тяжелой и напряженной и проходила в постоянных тренировочных полетах и учебных боях. Лишь немногие люди, подобно Пьеру Кутасову, проводили на базе по четыре месяца, чтобы потом заниматься своими земными делами. Большая часть космолетчиков трубила на базе от рассвета и до заката по десять месяцев прежде, чем отправиться в двухмесячный отпуск.

Пьеру приходилось здорово напрягаться, чтобы не утерять своих позиций и его спасало от насмешек лишь то, что вел большую и сложную работу на Земле, в армии своей родной страны. Видимо, именно поэтому, когда он вышел на связь с базой и запросил разрешения зайти в док, старший дежурный офицер базы радостно завопил по-русски:

– Петька? Кутасов? Глазам своим не верю? Ты что же, сбежал наконец с Земли? Сейчас же обрадую твою банду!