Валерий Быков - Книга власти.

-А что с тем, кого укрыли шкурами?

-Он чувствует себя также, но не умер, ему также плохо, как и вчера. Это ты виноват! - Главный охотник хотел было взять меня за грудки, но один из моих гвардейцев тут же приложил острие своего копья ему к горлу, и тот сдал назад. - Если бы ты назначил верное лечение, все сейчас были бы живы, Так, один из моих лучших охотников, старый друг!

-Слушай, главный охотник, постарайся понять, я никогда не встречался с таким ядом, и никто не встречался. Ты винишь меня, за то, что я не смог его вылечить, но ты сам не знал что делать, и лекарь не смог, и никто не смог, и не смог бы. Никто не знал, как это лечить, я сделал логичное предположение, как лечить такое, я попробовал и не сумел, а теперь мы знаем как. В следующий раз такого не повторится, мы укутаем отравленных в тёплые шкуры и они выздоровеют. Я не виноват, потому что я не всезнающий.

-Ты старше нас всех!

-И поэтому, ты обязан меня уважать и слушать. Я знаю, и видел много, больше, чем знаешь и видел ты или главный лекарь, мне ведомо очень многое. Но даже я не знаю всего, и не видел весь свет. Теперь я знаю, что не всегда тело надо остужать, иногда жар это хорошо, раньше я этого не знал. В следующий раз я буду умнее, и спасу больного.

-Ты виноват!

-А ты сам не виноват? Если ты винишь меня, почему ты не вылечил его сам?

-Ты год, демон, а я человек.

-Я не виноват, и знания мои велики, но не безграничны. Не вини меня, я не хотел убивать их, я пытался их спасти, я не враг тебе. Мы все пытались их спасти, но не смогли. Люди умирают, такое происходит каждый день, им просто не повезло. Иди, и успокойся, а я пока осмотрю трупы и выжившего.

Они достали трупы, и я стал их осматривать, меня интересовало, появились ли где-нибудь на теле какие-нибудь припухлости, что характерны для поздней стадии отравления многими ядами. Но их не было, за исключением отёка носа и гортани, причём, отёк гортани и её красный цвет можно было увидеть, лишь заглянув в рот.

-Что делать с ними?

-Я увидел всё что хотел, тащите на кладбище и закопайте как обычно. А сейчас я хочу посмотреть на выжившего.

Я пошёл к соседней землянке, и его вытащили оттуда на свет. Он был практически без сознания, и очень горячий. Я попытался привести его в чувство, но не смог, зато тот очередной раз на нас покашлял. Мне очень быстро стало понятно, что его самочувствие на самом деле сильно ухудшилось, по сравнению с тем, что было вчера.

-Зовите старшего охотника. Я хочу с ним поговорить, сейчас и здесь.

Он подошёл буквально через две минуты.

-Что ты хотел?

-Видишь этого больного?

-Да.

-Ты винил меня в том, что я назначил неверное лечение. Я хочу, чтобы ты понял, что это не совсем так. Смотри на него.

-Что с ним?

-Его состояние сильно ухудшилось по сравнению со вчерашним днём. Да он жив пока, но я не уверен, что он доживёт до сегодняшнего вечера. Тепло не лечит яд, и возможно, он всё равно умрёт, просто позже. Так что твои люди умерли не из-за меня, и они бы умерли в любом случае.

-Я понял.

-Они умерли, потому что яд смертельный, а не по моей вине. И это очень опасный яд. Всё, теперь ты можешь идти.

-Есть ли у него шанс выжить?

-Есть, но небольшой, его состояние сильно ухудшилось со вчерашнего вечера, он почти не приходит в сознание, температура высокая, и, наверное, даже выше чем вчера. По своему опыту я знаю, что яд постепенно выводится из организма, хотя и убивает, сейчас он слабее, но и яда в нём меньше. Сможет ли он выдержать критический момент или нет, я не знаю. А теперь, у меня свои дела...

* * *

Тем не менее, под вечер, охотник всё ещё не умер и был жив. Его состояние было очень тяжёлым, он бредил и постоянно что-то шептал про себя, часто и натужно кашлял, из носа текли сопли, но не кровь. И да, крови всё ещё не было, хотя при сильном кашле она обычно появляется, а это важно, значит, внутреннее воспаление было не очень сильным и не повредило органы. А я знаю, что люди умирают именно тогда, когда повреждаются органы. И охотник всё ещё был жив, и главный охотник продолжал обвинять меня в смерти своих людей. Он не бросал мне это обвинение в открытую, но обиженно поглядывал, что ж, возможно, я виноват я знаю. Но про это главный охотник скоро забудет, думаю, примерно через недельку. И всё же он не прав, винит меня за то, что я не сделал невозможное, ошибся, я же не должен знать вообще всё. Я не сверхсущество, почему они от меня ожидают, что я знаю абсолютно всё, это несправедливо, да я знаю больше, но и я могу ошибаться, я делаю гораздо больше, чем любой из них, а они требуют от меня идеальности. Они ожидают от меня слишком многого и привыкли ожидать. И всё же, думаю, такое отношение ко мне, не грозит потерей власти, даже наоборот, говорит о том, что никто из них не считает меня равным, они считают меня выше себя, и потому требуют от меня большего.

Этим вечером отправляясь спать, я чувствовал себя не очень хорошо. У меня под вечер слегка приболела голова, и я как-то очень устал. Хотя весь день занимался, чем обычно. Это было странно, но я не придал этому значения и лёг спать намного раньше, чем обычно.

Меня разбудили утром, в дверь просто колотили изо всех сил, нагло, сильно и открыто. Я открыл глаза, и с трудом поднялся, сразу же закашлялся, но спустя минуту кашель спал, а весь нос был полон соплей и заложен, голова болела и ходить, думать, просыпаться, было очень тяжело. Мне хотелось лечь и спать, и не вставать. Но я превозмог себя и вышел наружу.

Передо мной здесь, прямо в крепости стоял один из младших лекарей, вопиющий случай, его пустили сюда в святая святых моего города, куда проход открыт только гвардейцам. Видимо случилось нечто действительно важное.

-Гвардеец, я полагаю, у тебя есть серьёзное объяснение для меня, почему ты пустил его сюда.

-Послушайте год, ситуация экстренная, и я вижу, вы тоже отравлены.

Я вдруг, осознал, что у меня те же симптомы, что и у охотников, как будто я съел горсть ядовитых ягод, как и они, только не так много. И это было невероятно, потому что, как и откуда я мог отравиться, если я ел свою пищу здесь, и даже не притронулся к добыче группы Така. Как???!!!

-Не может быть, не может быть... Такого не может быть... - Впал на секунду в прострацию я. - Но ты прав. Я тоже отравлен. Такого не бывает, и быть такого не может.

-Год, отравлены не только вы, более трёхсот человек по всему городу, и многие чувствуют себя намного хуже вас. Они лежат, горячие, спят, кутаются от холода, кашляют и сморкаются, задыхаются. И что хуже всего, болен главный охотник, а мой руководитель, главный лекарь, он болен намного сильнее многих, он лежит, спит, и отказывается вставать, не может смотреть на яркий свет. Я даже не смог привести его сюда. Такое ощущение, как будто он съел целую кучу ядовитых ягод.